Первый инженер императора – I - Александр Вольт

теперь проехаться дальше на северо-запад от вашего имения, в нескольких километрах был небольшой хутор. Хотелось бы проверить его состояние.

— Думается мне, Ваше Величество, что с тех пор оно уже превратилось в кучу грязи и камней. Время здесь не щадит ничего, как я успел заметить. К слову, — сказал я, отставляя стул от двери и пропуская монарха в коридор, — вы не думали над тем, чтобы расширять территорию на север? Туда, куда мы собираемся.

— Опасное занятие, — сказал он спокойно, глядя перед собой. — Но продолжай.

— Более детально я смогу сформировать свои мысли после того, как экспедиция будет завершена. Но идея такая: если материала будет достаточное количество, то неплохим будет построить тракт и защитные сооружения, чтобы можно было регулярно и безопасно делать такие вылазки. Но об этом позже.

— Для этого нужно много людей, — резонно отметил монарх. — И оружия, если уж на то пошло. Дремучие земли заселены невиданными существами, от которых обычным арбалетом и мечом не отобьешься просто так.

— Знаю, — парировал я. — Но хламникам это удается, значит не все так плохо.

Монарх ничего не ответил, но мне и не надо было. Семя посажено, а значит будет расти.

Мы вышли на улицу, после чего я сопроводил монарха к его коню и свите, что стояли у забора к дому возле поместья и о чем-то переговаривались.

— Что ж, был рад повидаться, барон Кулибин. Когда нам ожидать новую партию, за которую вы взялись? Сроки поджимают, — сказал Его Величество, явно играя на публику.

Я широко улыбнулся.

— Завтра доставим. Андрей Михайлович сегодня к обеду закончит, все проверим и уложим на повозки.

— Прекрасно. Тогда до скорых встреч, — он схватился за седло, сунув ногу в стремя, и вскочил на коня, отчего тот недовольно фыркнул, но продолжал послушно стоять.

Я отсалютовал двумя пальцами от виска и проводил монарха взглядом. Он стукнул коня пятками в бока, заставляя того сдвинуться с места и через полминуты вся процессия уже неспешно двигалась по старому тракту ровно на северо-запад как и хотел Алексей Петрович.

Что-то мне подсказывало, что в скором времени дворецкий вместе с канцелярией может лишиться не только своей зарплаты, но и поста. В худшем случае — голов, если брать в расчет тот факт, что смертная казнь здесь существует в ее самом ярком виде.

Повернувшись в сторону дома, я двинулся к столу, чтобы наконец-то позавтракать и взяться за дальнейшие дела. Как минимум нужно закончить арбалет Ивана и заняться подготовкой к вылазке.

Глава 22

22

Доделать арбалет не заняло много времени. Если конкретнее, то за полчаса я смог приделать лошадиный волос в качестве перекрестия на прицел и затем, вынеся тиски на столе на улицу и установив мишень, закрепил арбалет и сделал один выстрел, после чего убедился, что перекрестие относительно совпадает с тем местом, куда попал болт.

К сожалению, точных инструментов, чтобы подогнать его идеально в точку у меня не было, но в нашем положении даже такой прицел выглядел, как произведение инженерного искусства.

— Считаю, что достаточно точно, — сказал я Ивану, продемонстрировав закрепленный арбалет и прицел, в который, заглянув, можно было увидеть болт, что торчал в мишени почти ровно по центру.

— Хм, — Иван наклонился, прищурив один глаз и смотря в трубку. — Действительно очень близко. Правда, пока не понимаю, как быть со стрельбой на дальнюю дистанцию, так как болт будет довольно сильно падать.

— Попробуй, у тебя есть время, мишень и пространство. Но учти, что теперь он стреляет намного мощнее.

— Да я уж понял, — отозвался хламник, хохотнув, после чего стал возиться с Бьянкой. Я оставил Кречета наедине, а сам двинулся обратно в дом, где собирался вновь проведать Скворцова и затем подготовиться к экспедиции.

Путь предстоял длинный и опасный и это я понимал уже сейчас только со слов Ивана и его отряда. Мог бы предположить, что это все блеф и выдумки, как с призраками, если бы сначала не лютокрысы, которых я видел собственными глазами, а затем загадочное письмо и осада еще какими-то крылатыми существами.

Ответственно могу заявить, что после такого поверить можно даже в черта лысого, а не только в то, что через пару-тройку километров в заброшенных землях нас ждет не только густая чащоба, а и всякая враждебная живность. И пробираться нам придется с осторожностью, хотя я себе слабо представлял как хламникам удается пробираться через такие дебри вместе со своими повозками, куда они складывают барахло.

Вот заодно и узнаю.

У самого выхода я столкнулся с тем, кого и хотел увидеть. Мэтр Скворцов стоял ровно у дверной рамы, отворив створку. Лицо его было посвежевшим, а сам старый маг казался явно отдохнувшим, чего я не сказал бы о себе.

— Кажется, я пропустил все веселье, — сказал Скворцов, глядя на меня своими синими глазами, словно два куска льда.

— Не то слово, — ответил я ему.

— Приношу свои извинения, молодой барон. Но, как вы могли заметить, у меня не было возможности вмешаться. Годы берут свое.

— Обошлось, мэтр Скворцов. Но я бы хотел, чтобы вы ставили меня в известность, когда соберетесь сделать так снова, чтобы я был готов.

Он коротко кивнул головой, пропуская меня внутрь дома.

— Позволите задать пару вопросов?

— Слушаю, — ответил маг.

— Что можете посоветовать для грядущей экспедиции? Чего опасаться, что можно добыть ценного для магии, например?

Скворцов усмехнулся, но улыбка его показалась мне горькой, как у обреченного человека. Словно он знал что-то такое, о чем никому не хочется рассказывать.

— Не все так просто, как бы хотелось, Александр. Я уже давно не выходил за территорию этого города и его окрестностей и поэтому даже для меня загадка как сильно мог измениться старый город и его обитатели. Дикая Руна влияет на все окружение самым неожиданным образом. Из всего, на что я хотел бы обратить внимание, так это именно на Шепот. Ни в коем случае и ни при каких раскладах не прислушивайтесь к тому, что слышите внутри головы. Игнорируйте. Пропускайте мимо ушей, как какой-то шум, потому что как только начнете вслушиваться — назад дороги может уже не быть.

Что-то мне это напоминало. Все то, о чем говорил Скворцов было схоже с обсессивно-компульсивным расстройством в легком виде, когда у человека возникала навязчивая