Мечников. Том 4. Открытие века - Игорь Алмазов

вовсе невозможно диагностировать. По крайней мере, в здешних условиях.

На следующий день, добравшись до Хопёрска, я первым делом рванул на завод. Я приказал своим новым работникам начинать подготовительный процесс. До чего же я был удивлён, когда обнаружил, как кипит жизнь в некогда заброшенном предприятии.

Илья Синицын и Игорь Лебедев активно руководили процессом, не замечая, что я стою прямо позади них. Настолько мои соратники увлеклись этой работой!

— Ну что, господа? — воскликнул я, заставив коллег вздрогнуть. — Жду отчёт о проделанной работе. Как у вас тут продвигаются дела?

— О, Алексей! Вернулся! — обрадовался Синицын и хлопнул меня ладонью по плечу. — Всё путём. Рабочие уже подготовили всё необходимое оборудование для производства сульфаниламида. Можем начинать хоть сейчас!

— Можем, но без Щеблетова не начнём. Нам понадобится его криомагия, чтобы заменить кристаллизатор. А тебе, Игорь, и вовсе предстоит тяжелейшая работа. Я помню, что магических ядер у тебя много, но рисковать мы не можем. Ты участвуешь сразу в двух этапах изготовления вещества. Если в какой-то момент ты устанешь и ошибёшься с температурой, вся партия будет уничтожена.

— Не беспокойся, Алексей, я уже третью неделю тренируюсь контролировать свою силу. Раньше мой огонь сразу же поднимался свыше пятисот градусов, но я значительно увеличил диапазон своих возможностей. Если не веришь, смотри сам, — он протянул мне руку.

И я ничего не увидел. Однако ощутил, как от кожи Лебедева исходит тепло.

Огня нет, а тепло есть!

— Градусов тридцать? Сорок? — удивился я.

— Примерно пятьдесят, — ответил Игорь. — Я решил расширить диапазон доступных температур не только вверх, но и вниз.

— Это очень хорошо, — кивнул я. — Если не сможешь поддерживать семьдесят пять градусов на первом этапе производства с помощью пламени, тогда попробуешь прогреть раствор безогневым методом. Ты открыл очень полезную способность, она нам обязательно пригодится, — я перевёл взгляд на Синицына. — А как обстоят дела с пенициллином? Всё делал, как я и просил?

— Ой, ты не представляешь, как я устал вымерять эту дурацкую кислотность! — вздохнул он. — Но ты не думай, без дела я не сидел. Сахар и остальные добавки подавал регулярно, в нужных дозах. Единственное, с какой трудностью я столкнулся — это с поддержанием кислотности на уровне «6,8».

А вот это плохо. На протяжении всего процесса выращивания пеницилла это число не должно отходить в сторону ни на одну десятую. Я подозревал, что с этим возникнут трудности, поскольку в производстве кислотность среды измеряют более точными приборами, и уж точно не лакмусовой бумагой.

— Однако спешу тебя приятно удивить, — ухмыльнулся Синицын. — Я нашёл человека, который отлично разбирается в оттенках и мастерски распределяет их на числовой линии. Господина Шацкого помнишь?

— Художника позвал? — удивился я. — Ну ты даёшь, Илья! Отличное решение.

— Представь себе, как только он приступил к работе, процесс роста пошёл намного быстрее. Я ему немного заплатил за помощь, хотя он отказывался, узнав, что этим производством заведуешь ты, — объяснил Илья.

— Превосходно! — улыбнулся я. — В таком случае мы можем с чистой совестью приступать к основным этапам производства. Вызывай Щеблетова, завтра приступим.

Воодушевленный кипящим процессом я прошёл к складу, чтобы осмотреть, все ли ингредиенты у нас на месте.

— Нас ждёт открытие века, господа! — воскликнул я, распахнул двери склада и…

Замер.

— Так, не понял, — медленно обернувшись к Синицу с Лебедевым, произнёс я. — А куда пропал весь технический спирт⁈

Глава 21

Один из главных компонентов производства сульфаниламида пропал! Технический спирт, на который мы потратили кучу денег. Причём не одна бочка. Кто-то укатил несколько сотен литров! Да как же это понимать?

Неужели кто-то из рабочих умыкнул?

— Игорь, Илья, это что такое? — строго спросил я. — Половины склада нет. Куда всё девалось?

— П-понятия не имею, — вскинул брови Синицын. — Только вчера всё было на своих местах! Клянусь! Я сам лично проверял.

— А замок куда делся? — поинтересовался я. — Здесь был замок. Кто его снял?

— Вчера он ещё был здесь, я точно видел, — сказал Игорь.

Ну дела…

— Вы понимаете, что весь наш проект застопорится, если мы не найдём пропажу? Нам придётся заказывать новый спирт. И тратить на это ещё больше денег! — воскликнул я. — Причём там с избытком было! Понимаете? Мы ведь в теории можем ошибиться с температурой. Не надо на меня так смотреть, Игорь. Шанс на ошибку всё равно есть. Поэтому я позаботился о том, чтобы осталось хотя бы немного для второго захода. Но и тот спирт тоже стащили.

— Думаю, это сделали какие-нибудь алкаши, — предположил Лебедев. — Прознали о том, что у нас здесь имеется спирт, и выкатили его посреди ночи.

— Вопрос только в том, откуда у алкашей ключи и зачем им понадобился технический спирт? — воскликнул я. — Они ж помрут, если его выпьют.

— Вот так мы и поймём, кто его похитил! — хлопнул ладонями Синицын. — По-моему, отличный план. Всё равно они не выхлебают все запасы. А как только к нам в госпиталь или морг поступит человек с ожогом пищевода, у нас сразу же появится ниточка к остальным злоумышленникам!

— Это ты, конечно, «здорово» придумал, Илья, но лучше не дожидаться, пока вымрет половина Хопёрских алкашей, — сказал я. — Надо рабочих поспрашивать. Возможно, кто-то из них видел посторонних на территории.

Мы потратили несколько часов на опрос наших работников. Я внимательно следил за каждым. Ложь я распознавать умею очень хорошо. Особенно если лжёт какой-нибудь простой человек, а не хитрый, тренированный в интригах дворянин.

Тщетно. Никто ничего не знает.

— Господа, вообще-то, у меня тоже кое-что пропало, — неожиданно сообщил нам кузнец Сергей Петрович.

— Петрович, а чего ж ты молчал? — воскликнул Синицын. — Может, это сделал тот же человек, который спёр наш технический спирт! Что у тебя пропало?

— Кусачки, — сказал он. — Тут металл ржавый валялся, я его порезать хотел и с вашего, разумеется, разрешения забрать.

— Уж ржавый металл нам не жалко, в отличие от сырья для производства, — кивнул я. — А кусачками могли сломать цепь, которой мы обычно закрывали склад. Выходит, это всё-таки кто-то из наших рабочих. Либо кто-то, кого мы до сих пор не