Олимпиец. Том IV (СИ) - Осколков Артур

— Секунду, — Я мгновенно зацепился за его слова. — А что, вместе с душой сила не идет? В первой посылке, если можно так выразиться.

Глаза Марка радостно блеснули.

— Правильные вопросы задаешь, Адриан, правильные. На уроках бы так. Ответ — «Да». Еще как. Мы говорим минимум о «Дельте», может и «Гамме».

— Боже…, — невольно застонал я.

— Эй, ты сражаешься с богом, — пожал плечами учитель. — Никто не говорил, что будет просто. Главное, чтобы твоя горная лучница не перенеслась на уровне «Беты».

— И что будет тогда?

— Тогда тебе конец, — честно ответил Марк и рассмеялся. — Надейся на лучшее.

Но готовься к худшему. Ясно.

— Ладно, — Я неохотно поднялся с удобного дивана и размял ноги. — Мне пора, финал рано утром, а я хотел бы выспаться. Последнее наставление на дорожку?

— Это можно. Постарайся не умереть.

— Не дождетесь.

— И Адриан…, — голос учителя остановил меня, когда я уже открыл дверь в коридор. — Разберись уже в ваших отношениях. И желательно до поединка. Потому что после шанса может просто не представиться.

Я стоял на одиноком холме в десятке километров от города и терпеливо ждал. Согласно правилам, в этот раз никаких грузовиков за нами не посылают, а наверх — и да, мы сражались прямо на верхушке Олимпа, под прямым наблюдением богов — нас должен доставить сам Гермес.

Кэйт расположилась рядом, вытянув ноги на покрытой росой утренней траве. После вчерашней игры я ожидал ледяных взглядов или полного и тотального игнора… Но девушке удалось меня удивить. Приветливо кивнула при встрече, и даже не поморщилась, когда я примостился рядом с ней на траве.

— Ты не жалеешь? — спокойно поинтересовалась она, подставив бледное лицо под мягкие лучи утреннего солнца. Свои длинные темные волосы девушка заплела в хвостик, а из одежды на ней красовались короткие спортивные шорты и любимая волейбольная майка с цифрой тридцать три на спине.

— О чем?

— Что все обернулось… так? — она подтянула колени к животу и обхватила их ладошками. — Я вот, жалею.

На меня накатило чувство дежавю. Именно в такой позе Кэйт сидела, когда я нашел ее под мостом. Перед той самой, памятной игрой в волейбол. И выглядела девушка также. Спокойной, задумчивой и немного печальной.

От воспоминаний против воли по спине пробежала волна мурашек. Я осознал, что мне этого не хватало, не хватало… ее компании, что ли? И как бы я не был разочарован поступком Кэйт, как бы не понимал ее мотивов… У меня не так много друзей, чтобы я мог ими разбрасываться.

— Почему ты ушла?

— Что, решил использовать свой вопрос с Дженги? — на ее лице проскользнула знакомая улыбка. — Что ж… Это твое право. Ответ очень простой. Я — дура.

Лаконичненько.

— И все же?

— И все же…, — Кэйт задумчиво уставилась на алую полоску горизонта. — Я знаю, ты этого не помнишь, но мы и правда с тобой общались. До… Всего этого. Вот только это нельзя назвать дружбой. Ты был никем, слабаком, плаксой, понимаешь? Ты во мне нуждался. И это было…

— Приятно? Я ведь тебя боготворил, наверное.

— О да, — она снова печально улыбнулась. — Еще как. Я знаю, что это неправильно, но все же… Я ничего не могла с этим поделать. Вот только потом ты потерял память. Заболел. Вернулся другим.

Кэйт впервые с начала разговора повернула голову в мою сторону.

— Помнишь, как ты отобрал у меня мяч? И еще потребовал извинений. Сказать честно, тогда я была готова убить тебя на месте, правда! Знаешь почему?

Я наклонил голову.

— Потому что мы стали равны.

— В точку, — кивнула девушка и, сорвав с земли крошечную травинку, повертела ее в руках. — Больше не было запуганного мальчика, которому требовалась защита. Был ты… Просто ты.

С ее губ сорвался короткий смешок.

— А потом я узнала, что ты бог. Натуральный бог, а не подделка вроде меня. Капитан клуба, любимец учителей, все вокруг тебя так и вьются! Адриан, Адриан, Адриан! — Кэйт старалась говорить спокойно, но голос буквально звенел от прорывающихся эмоций. — А как же я? Как же…

Она одернула себя на середине фразы и замолчала. Только чтобы после паузы продолжить снова.

— Я подумала, что если уеду, если сменю школу и клуб, то все станет по-другому. Что я смогу победить сама, без чужой помощи… Но я не знала, что все обернется… Так! Церби, Лика, Рик… Я не знала…

Кэйт бросила на меня боязливый взгляд.

— Ты, наверное, ненавидишь меня, правда?

— Нет.

И это было правдой. Я… Не знаю, мне хотелось смеяться. С тех пор как Кэйт ушла, я придумал в своей голове сотню причин, одна нереальнее другой. Незаметное влияние Артемиды на разум, контроль или угрозы со стороны моих врагов, гениально замаскированное предательство.

А реальность… Реальность оказалась куда проще. Семнадцатилетняя девчонка просто позавидовала успехам своего бывшего «друга» и решила сбежать из дома, чтобы доказать всем и каждому, что она тоже на что-то способна.

Боже… Куда я попал.

— Адриан? — В голосе девушки проскользнула мольба. — Скажи что-нибудь, пожалуйста. Только не молчи!

Я, все еще неверующе покачивая головой, поднялся с земли и отряхнул себя от налипшей травы. После чего тяжело вздохнул и протянул чуть ли не плачущей девушке руку.

— Ты была права, Кэйт, — хмыкнул я, одним движением поднимая ее на ноги. — Ты и правда круглая дура. Добро пожаловать обратно.

Никаких поцелуев и романтических бредней не случилось. Да их и не могло быть на самом деле, я никогда не воспринимал девушку в подобном ключе. Да и она, думаю, тоже. Это было бы слишком просто, слишком очевидно для наших странных отношений.

Так что мы просто обнялись.

— Душе-е-евно, — донесся из-за спины ехидный голос, и Гермес смахнул с лица несуществующую слезинку. — Вот ради таких моментов я спускаюсь на землю. Ну что… Адриан Лекс, Кэйтлин Саммерс.

Он протянул каждому из нас по ладони.

— Вы готовы?

Мы переглянулись и одновременно кивнули. Гермес одобрительно хмыкнул, сосредоточился и «Фшух!»… Испарился. На одиноком холме больше никого не осталось. Разве что сорванная Кэйт травинка несколько раз кувыркнулась в воздухе, чтобы плавно опуститься на землю.

И исчезнуть среди сотни себе подобных.

Кэйт атаковала открытой ладонью, стараясь выбить у меня лук. Да. Ее лук. Девушка явно не ожидала, что сразу после звука гонга я отберу у нее оружие и теперь вовсю за это расплачивалась. Я же в свою очередь во всю уворачивался, приседал и отбивал ее удары в сторону левой рукой.

— Бу-у-у!

— Да врежь же ты ей уже!

— И это что, финал?

По каменному амфитеатру то и дело разносились недовольные крики богов, особенно из тех, что послабее. Они пришли увидеть сюда бой века, противостояние титанов. Чтобы молнии, огонь и крики раненых, а багровая кровь смешивалась под ногами бойцов. А вместо этого… Получили игру в догонялки.

— Я смотрю, ты наловчилась! — усмехнулся я, плавно отступая в сторону, только чтобы нарваться на жесткий удар ногой по голени.

— А то! — Кэйт разгоряченно сдула попавшие на лицо волосы. — Теперь у тебя нет шансов!

Девушка и правда сражалась гораздо лучше, чем в прошлый раз. Когда пыталась забрать у меня волейбольный мяч. И дело даже не в Символе, нет. Как-никак сейчас он сиял на обеих наших головах, а значит никаких преимуществ в силе и скорости попросту не было.

Кэйт просто научилась думать. Анализировать ситуацию, окружение, противника… Никаких сумасшедших бросков дикой кошки, только четкие отмеренные движения.

— Ух! Навевает воспоминания, скажи? — рассмеялся я, когда мощный удар каратиста просвистел у меня над головой.

Прямой, с ноги в челюсть. Я едва успел пригнуться, и то, ее кроссовок взъерошил волосы на голове. Помню, помню. Вот только в этот раз я не стал перекатываться в сторону — не хотелось получить по печени — а наоборот, воспользовался ее секундным замешательством.

Прыжок на месте, с хлестким, практически невозможным для простого смертного переходом в удар ногой с разворота в лицо. Девушку аж отбросило на полметра в сторону и еще несколько раз кувыркнуло на сухом песке амфитеатра.