Орден Святой Елены (СИ) - Виталий Абанов

не все, но некоторые из них.» — на мою грудь ложится узенькая, смуглая ладошка и сияет зеленым светом, излечивая раны и вытягивая боль из груди.

— Ты просил меня научить тебя чему-нибудь. — говорит кицунэ, сидящая рядом и прижимающая свою ладонь с целительным светом к моей груди: — я научила тебя превосходить свои лимиты. Это долгий путь, а сегодня ты сделал первый шаг. Однажды ты превзойдешь меня — если только не свернешь с этого пути. Однажды я смогу сказать Небожителям — это мой ученик и сказать это с гордостью.

— Вот как. А как же твое слово? — говорю я, чувствуя, как боль уходит и необычайная легкость наполняет тело: — ты же говорила, что…

— Процесс будет продолжаться пока ты не умрешь. — серьезно кивает головой она: — раз начавшись, процесс не будет останавливаться. Теперь ты будешь обучаться даже во сне. Твое тело выдержало начальную инициацию, ты преодолел свои ограничения, и теперь — ты будешь расти все время. Учиться все время. Развиваться все время. Пока не умрешь.

— Вот как. А я думал ты совсем с катушек слетела и решила меня всерьез убить…

— Да ты что. И куда я потом? В глушь к разбитому чайнику? Тобой, кстати, разбитому. Ты, кстати, знаешь, что учителю полагается за уроки платить? Тысяча рублей с тебя! — складывает руки на груди лисица и я закашливаюсь от такой наглости.

— И нечего кашлять, я тебя вылечила, не должно у тебя крови в легких остаться. Симулянт.

— Ты! Совсем с ума сошла! Дура! — на кицунэ налетает Ай Гуль и начинает ее колотить сорванной с головы меховой шапкой: — ты! Чтоб тебя! Я чуть с ума со страху не сошла! Клятый демон! Чтоб твою мать демоны драли! Я тебя!

— Успокойся, женщина! — отбивается кицунэ: — ничего с твоим драгоценным братом не случилось!

— Еще бы случилось! Неделю тебе курятины не видать! Мотоцикл в салон верну! Книжки все твои разорву!

— Гулечка, успокойся… — тянет ее за рукав назад вездесущий Сандро: — погоди ты! Все же в порядке…

— Вот и делай людям добро! — закатывает глаза Акай: — да я за сегодняшний урок столько полезных подсказок сделала, в Хань меня бы на руках носили и сто лян серебра с шелковыми одеждами и титулом подарили, а тут шапкой по голове! Еще и грозятся книжки разорвать! Книги нельзя рвать, это мудрость веков, данная нам в наследие.

— Еще раз так сделаешь, и никакая мудрость веков тебе не поможет, — говорит Ай Гуль: — и чем это ты меня приложила⁈ У меня же защита от ментальной магии.

— Вот видишь! Защита защитой, а мелочей не учитываете. Если скажу, как у меня это получилось — не будешь книжки рвать? — прищуривается кицунэ: — там все просто.

— Я еще на тебя сержусь, — заявляет Ай Гуль и садится рядом со мной: — ты как? Все в порядке?

Глава 23

— Поздравляю с назначением и наградой, Владимир Григорьевич. — жмет мне руку пожилой мужчина в строгой форме генерал-майора лейб-гвардии. Это Аргутинский Владимир Вячеславович, легендарный кавалерийский военачальник, тот самый, который в свое время самолично возглавил оборону Измаила с гарнизоном в две сотни человек против двух тысяч турецких янычар. Десятикратное численное преимущество! Да, он держал оборону в хорошо укрепленной крепости, да, технически турецкая армия уступала имперской, да, он и сам являлся к тому моменту магом восьмого ранга, что немало, но все же. Недаром его грудь помимо прочих — украшал орден Святого Александра Невского, по-моему даже с бриллиантами.

— Для меня это высокая честь, Ваше Высокопревосходительство, — отвечаю я на рукопожатие я. Да, рукопожатие. Казалось бы, какие рукопожатия, «Так точно!» и «Никак нет!», вот и все, воинский салют, приложить руку к головному убору, лейб-гвардейцам разрешается двумя пальцами к брови, и все тут. Но нет, в ЕИВ Армейском корпусе существует так называемое офицерское братство, все тут друг другу «брат-храбрец» и «сестра-воитель», обменявшись приветствием — тут же старшие по званию предлагают «без чинов» и по-простому. Так и тут, Владимир Вячеславович морщится, предлагает по-простому, пропуская все это «Ваше Высокопревосходительство», потому как общее дело делаем, и ты, брат-храбрец у нас не хухры-мухры, а Закрывающий Маг и ранг высокий. И уже два закрытия на своем счету имеешь, так что давай по-простому. Соглашаюсь, киваю, заявляю о том, что постараюсь оправдать высокое доверие Государя и Министерства.

Аргутинский в свою очередь кивает, садится на свое место за большим столом и указывает мне на стул напротив. Чего мол стоять, в ногах правды нет. Я сажусь.

— Итак. — говорит генерал-майор: — Владимир Григорьевич, формально вы остаетесь в составе отдельного 31-го пехотного полка, но фактически этого подразделения не существует. Как армейского подразделения. Ну, да вы наверняка в курсе. Все эти валькирии и их экстерриториальность… независимость от армейского руководства. Это вызывает определенные трудности в руководстве войсками, а также сложности в планировании.

— Я понимаю. — говорю я и на самом деле понимаю, о чем идет речь. Валькирии со своим независимым командованием и моральным компасом — головная боль у армейских. Это как если в состав мотострелкового подразделения девушек из группы поддержки ввести, причем без подчинения напрямую и со своей структурой и субординацией. Уверен, что если ввести единое командование и дать время на притирку, даже чирлидерши смогут держать строй, копать окопы и вести огонь на подавление противника. Семи пядей во лбу тут не нужно, тут нужна дисциплина и слаженность. Однако если нет общего командования, то тут кто в лес, кто по дрова.

Валькирии являются слишком полезным активом, чтобы от них отказываться, однако же и бардака они с собой приносят очень много. В первую очередь — «сотрудничеством с ЕИВ Армией и Флотом». Сотрудничеством! Какое к черту сотрудничество в армейской структуре? Отдаешь ты приказ, а тебе в ответ — «мы подумаем, насколько это соотносится с нашими внутренними моральными принципами и только если Святая Елена Равноапостольная не против — выполним то, о чем вы просите». Понятно, что я утрирую и что в обычной жизни я ни разу не видел, чтобы валькирии приказ той же Мещерской оспаривали, однако важно то, что они такое право имеют! В общем, валькирии в армии — это как чемодан без ручки, и тащить тяжело и бросить жалко. Тащить тяжело, потому что отдельная это структура, прямо как войска СС в состав вермахта не входили, ну или преторианская гвардия у наместника какого-нибудь. Отдельная структура, отдельные источники снабжения, обучения, свои материально-технические базы, свои уставы и положения… как только об этом задумаешься, сразу же становится понятно почему СИБ так обеспокоена этим положением.

Но и бросить их жалко. Казалось бы, простой выход — признать Орден Святой Елены и всех валькирий гражданскими и уже по отдельности принимать каждую в армейские подразделения.