Владимир Контровский - Ракетоносцы. Адское пламя

Паника расходилась кругами по воде, заражая миллионы людей: привычная свобода слова сыграла с американцами злую шутку. Пилоты истребителей спали в кабинах боевых машин, и появление в воздухе даже одиночных германских самолётов порождало ужас: а что если этот самолёт несёт атомную бомбу? Однако самолёты континенталов не сбрасывали не только атомных, но и обычных бомб: вместо них на американские города белым листопадом сыпались миллионы и миллионы листовок. А мощные радиостанции раджеров с Антильских островов на всех частотах непрерывно передавали «Обращение стран Европы и всего мира к американскому народу».

«Мы обращаемся к вам, простые американцы. Мы сожалеем о мирных гражданах, погибших в Нью-Йорке. Но не мы начали войну против мирного населения: мы не бомбили жилые кварталы городов Америки, наши бомбы были нацелены на военные объекты. И не мы послали атомный бомбардировщик на японский город Ниигата, где погибло сто тысяч женщин, стариков и детей. Да, наша ракета упала на Нью-Йорк, но где она взорвалась? Мы сделали всё, чтобы свести к минимуму число жертв. Мы могли взорвать атомную бомбу в центре Манхэттена, но не сделали этого: нам не нужны лишние жертвы. Мы только ответили ударом на удар, чтобы показать вашим правителям: нам есть чем ответить. Ваши правители из-за своей безудержной алчности и жажды власти над миром тянут в пропасть всю вашу страну: погибая, они хотят унести с собой миллионы невинных жизней. Мы не испытываем ненависти к американскому народу – мы хотим сокрушить демонов в человечьем обличии, захвативших власть в вашей стране для того, чтобы высасывать соки из всей нашей планеты. Мы не собираемся уничтожать всех американцев, хотя вы уничтожили индейцев, коренных жителей Америки, – прошлое принадлежит прошлому, а мы смотрим в будущее, и за него мы будем бороться до конца. И теперь только от вас зависит, каким будет этот конец.

Соединённые Штаты Америки проиграли войну, и дальнейшее её продолжение приведёт только к бессмысленным жертвам, которые грозят стать неисчислимыми. Если у нас не останется другого выбора, мы обрушим на Америку десятки и сотни атомных бомб, хотя нам этого не хочется: мы хотим всего лишь лишить власти над Америкой тех людей, которые обманывали и обкрадывали вас, простые американцы, используя вас как послушное и удобное орудие для достижения своей дьявольской цели. И мы пойдём до конца, потому что эти люди угрожают нам самим. Выбор у вас очень простой: жить или умирать за чужие интересы. Вашему правительству нами предъявлен ультиматум, в котором мы не требуем от Соединённых Штатов Америки утраты независимости и государственной целостности – мы не намерены превращать Северную Америку в колонию Германии или России. Подумайте и вы, простые американцы, и прислушайтесь к голосу разума: мы ждём ответа не только от вашего президента, но и от вас».

Однако раджеры допускали, что психологическое воздействие не принесёт должного эффекта – война шла уже шестой год, и на почве, густо политой кровью, взошли ядовитые цветы взаимной ненависти. И поэтому на «Байерн» были загружены две новые боеголовки для «молотов», а на авиабазы Антильских островов доставлены шесть атомных бомб. Но все эти действия сопровождались обдуманной утечкой информации, организованной ведомством адмирала Канариса, а русские открыто сообщали населению Сиэтла о готовящемся ядерном ударе «змеев горынычей» с Аляски по авиазаводам и верфям и призывали мирных жителей покинуть город. Напряжение нарастало…

Американцы середины сороковых годов двадцатого века были людьми, достойными уважения. Они умели и работать, и драться, и любить – отпуская комплименты смеющимся девушкам, они не могли себе представить даже в страшном сне, что всего через пятьдесят лет подобное поведение будет считаться преступным. Они помнили и Великую Депрессию, и марши безработных, и голодные бунты, и многие из них задавали себе вопрос: чем же моя Америка так насолила всему миру, что он против неё ополчился? Думать эти парни тоже ещё не разучились…

Спохватившись, власти приняли жёсткие меры для ограничения «нежелательного знакомства с вражеской пропагандой». Листовки сжигались, радиопередачи глушились, а те, у кого находили «прокламации раджеров» (или уличённые в слушании «вражьих голосов»), привлекались к ответственности «по законам военного времени». Но семя было брошено, и оно быстро дало первые всходы.

В руках у миллионов простых американцев было оружие, и не какой-нибудь «кольт» домашнего хранения или винчестер старинного образца – современное оружие, выданное им правительством. И когда эти люди всерьёз задумались над тем, что происходит…

На Северном и Южном фронтах были отмечены случаи братания с противником, во многих городах страны имели место беспорядки (к ним относились любые демонстрации и митинги, запрещённые по всё тем же «законам военного времени»). Вспоминались старые обиды, начался поиск виноватых (которых, естественно, находили). Вспышки недовольства подавлялись, активистов арестовывали, но прибегать к откровенной силе власти опасались – солдатам ведь тоже было известно содержание «ультиматума континенталов», и заставить армию стрелять в народ означало перейти ту зыбкую грань, что отделяла осаждённую страну от хаоса новой гражданской войны. Капитаны большого бизнеса лихорадочно искали выход, и не находили его: кольцо смыкалось, и впору было взвыть в смертной тоске.

Президент Рузвельт практически ничем уже не управлял – состояние его здоровья резко ухудшилось. А скорпионы в банке присматривались друг к другу – кого бы отдать на съедение победителям, чтобы спасти свою собственную шкуру? Скорпионам было плевать на миллионы своих сограждан, но гореть вместе с ними в атомном огне им не хотелось (а в том, что раджеры готовы запалить очистительный ядерный костёр, сомнений уже не было).

Если металлическую пластину, пусть даже из хорошего металла, долго гнуть, она в конце концов сломается. И американская пластина сломалась, причём произошло это гораздо быстрее, чем ожидали в Москве и в Берлине.

«Лейтенанты большого бизнеса» рассудили, что ради спасения тонущего корабля не грех выкинуть за борт «капитанов», раз уж те не сумели миновать опасные рифы и провести свой корабль сквозь бурю. Революции в Америке не случилось, не было и публичных казней – произошёл тихий «дворцовый переворот», в ходе которого сторонников и представителей правящей клики душили без ненужной шумихи, заботливо приберегая наиболее одиозных персонажей для выдачи раджерам в качестве выкупа: бизнес, ничего личного.

В конце августа 1945 года на острове Сан-Сальвадор – на первом клочке земли, на который ступила нога Колумба, открывшего Новый Свет для Света Старого, – американская делегация во главе с Трумэном (Франклин Делано Рузвельт за два дня до этого при не совсем ясных обстоятельствах отошёл в лучший мир) встретилась с делегацией континенталов для обсуждения условий капитуляции Соединённых Штатов Америки.

Условия победителей были прежними: территориальные уступки (включая Гавайи, Багамы, Кубу и Гаити), вывод американских войск из Канады и Мексики, разоружение и роспуск армии, передача союзникам всех кораблей US Navy (за исключением ограниченного числа судов береговой охраны), полная демилитаризация всей страны и ликвидация военно-промышленного комплекса (особое внимание обращалось на атомную промышленность), выплата контрибуции и выдача военных преступников для предания их суду. Соединённые Штаты сохраняли государственность и территориальную целостность, но если какой-либо штат в будущем изъявит желание выйти из состава федерации, центральное правительство США обязывалось этому не препятствовать.

«И ещё одно, – добавил Молотов, возглавлявший делегацию Народной России. – Мы требуем, чтобы ФРС была признана преступной организацией. Она должна быть распущена и запрещена».

«Мы согласны» – произнёс Гарри Трумэн после минутной паузы.

Эпилог

2 сентября 1945 года на борту линкора «Кайзер» был подписан акт о капитуляции Соединённых Штатов Америки. Вторая мировая война закончилась.

По приговору Гаванского международного трибунала были осуждены многие: кое-кого приговорили к длительному сроку заключения в тюрьме Гуантанамо, а кое-кого и к смертной казни через повешение. Федеральная Резервная Система, уникальный инструмент для завоевания власти над миром и структура, конечной целью которой являлась скупка его (мира) на корню, была признана организацией, повинной в многочисленных преступлениях против человечества, и Эйбрахам Долл, фигура в высшей степени загадочная и окружённая ореолом таинственности (хотя его вину в разжигании двух мировых войн удалось доказать), был повешен. Его адвокат требовал смягчить приговор, апеллируя к почтенному возрасту господина Долла, но апелляция была отклонена. Судили и других «капитанов большого бизнеса», однако большинство из них избежали серьёзного наказания. Пророчество Леона Кауфмана сбывалось: стоило только воинам вложить мечи в ножны, как «золотые змеи» подняли головы и поползли из тёмных углов, где они прятались, снова оплетая руки и души людей.