Старый новый мир - Андрей Валерьевич Степанов

class="p1">Яркий большой зал с круглыми столиками под белыми скатертями, сцена с ламповым освещением и целый оркестр духовых дополняли томный женский голос, который, как ни странно, исполнял что-то вроде джаза.

Я прошел чуть ближе к сцене, но не стал садиться — некоторые гости тоже слушали чарующие звуки стоя. Певица была одета в длинное блестящее платье, которое серебрилось в ярком свете.

Песня подходила к концу, дошли до пронзительных нот духовые, звякнули тарелки и мелодия резко оборвалась. А зал взорвался аплодисментами. Только тогда я заметил, что постепенно подобрался к сцене достаточно близко — третий ряд столиков, не дальше.

Мощные прожекторы провернулись, выхватив музыкальную группу, а потом сошлись на исполнительнице.

— Несравненная Эле-е-ен! — из-за кулис выскочил конферансье в белом двубортном пиджаке и белых туфлях. — А мы продолжаем наш вечер, дамы и господа...

Девушка не пошла за кулисы, как это обычно бывает. Она спустилась со сцены в зал, лавировала между столиками, но держалась отстраненно и замкнуто, хотя одаривала каждого сидящего улыбкой.

Она крутила головой по сторонам, выискивая кого-то. И тут я услышал голос ведущего:

— Сегодня у нас особый день. Один из вас станет счастливее, потому что .... — он повысил громкость так, что даже если бы двигатель парохода рокотал через стенку, я бы его не услышал, — потому что его ждет фантастический ужин с самой Элен!

В глаза мне ударил ослепительный свет и я поднял руку, закрываясь от него, а когда отвернулся, увидел рядом с собой Элен. Вблизи она оказалась совсем невысокого роста, с выразительным живым взглядом, но при этом со скудной мимикой — во время разговора ее губы почти не шевелились.

— А вот и наш везунчик! — проорал в микрофон ведущий. — Аплодисменты!

Вот так я, человек, который с пистолетом в сумке пришел выбивать долг у некоего пассажира этого корабля, оказался за одним столиком, ужиная с какой-то, очевидно, известной певицей. Мало мне сложностей в жизни!

Убедившись, что рядом свободных мест нет, официанты выделили пространство и вынесли туда еще один стол. Моментально появились и стулья и, пока я растерянно смотрел по сторонам, а народ шумно аплодировал мне с ненавистью во всех мужских глазах, Элен преспокойно заняла свое место, откинула за спину длинные прямые волосы.

— Что же ты не садишься? — спросила она, закашлялась и тут же схватила вовремя принесенный стакан с водой, выпила его до половины, глубоко вдохнула и внимательно посмотрела на меня.

— Ага, — ответил я, глядя в блестящие черные глаза, и сел, вцепившись в сумку.

Тем временем на сцене начался другой номер, а стол постепенно заполнялся едой. Тарелки заполняли морепродукты, необычные салаты и то, что даже профессора Императорского Университета себе позволить не могут.

— Ты удивлен? — вдруг спросила меня Элен.

— Я вообще здесь в первый раз и... да, я удивлен, — тут же добавил я, заметив, как начала меняться в лице девушка, слушая пространное и совсем ненужное объяснение.

— Значит я угадала. Я тебя раньше здесь не видела.

— Так ведь наверняка не только постоянные клиенты сюда приходят, — я пожал плечами и посмотрел на обилие приборов. — Можно я задам тебе один вопрос?

— Валяй, — девушка откинулась на спинку стула, протянула руку, и стоящий рядом официант тут же подал ей сигарету. — Спрашивай, — произнесла она, прикуривая от зажженной им же спички.

— Конечно, я везунчик и все такое, но знаешь, — я еще раз посмотрел на три абсолютно разных вилки, лежавших возле тарелки, и пару ложек, которые отличались по форме, но не размеру, — я не слишком хорошо разбираюсь...

— В женщинах? — нагловато усмехнулась певичка.

Я посмотрел на ярко накрашенное лицо, пытаясь определить ее возраст. Двадцать пять или, может быть, чуть больше.

— Нет, в них я разбираюсь, — пришлось отвечать мне на дерзость. — А в столовых приборах — нет. Надеюсь, тебя не оскорбит, если я буду есть салат не той вилкой?

Глава 6. Знакомство

Смеялась она так же грубовато, резко. Даже немец и тот звучал более благородно, чем эта певица. Но на сцене она была хороша, спору нет. Затянувшись сигаретой, она еще несколько раз дернула плечами, а затем выпустила дым в мою сторону.

— Мне ровным счетом все равно, что и как ты будешь есть. Если ты окажешься приятным собеседником, мне будет хорошо. Если ты намерен есть, как свинья — а таких здесь, поверь, немало, — я как-нибудь стерплю. И не вздумай приставать.

— Я здесь не за этим, — хмуро ответил я. — Но приятный собеседник, который расскажет мне, что здесь творится, будет весьма кстати. Я Максим.

— Хорошее имя, сильное, — девушка протянула ладонь через стол, и я аккуратно пожал ее, после чего Элен потушила сигарету. — Во всяком случае, сейчас ты не тащишь меня в постель, как многие здесь, хотя пришел один.

— То, что я один здесь, еще не значит, что я один вообще, — я подцепил на вилку что-то скользкое, похожее на кальмара и сунул в рот.

— Думаешь, наличие жены или мужа кому-то вообще мешает? — презрительно фыркнула Элен. — Ничего подобного. Из постоянных гостей почти каждый пытался меня затащить в постель.

— Вот сволочи, — выразительно выдал я, проглотив склизкий комок и зажмурился от отвращения.

— Спасибо, — насмешливо ответила девушка, а я, недоумевая, спросил:

— За что?

— За то, что не спрашиваешь, кому это удалось.

— Думаю, это твое дело, соглашаться или нет.

— О-ой, только не говори, что тебе все равно?

— Мне даже любопытно, но я считаю, что спрашивать такое не слишком вежливо.

— Надо же, какой тактичный.

Девушка притихла. Я так и не разобрался, хотела она рассказать о своих похождениях и связях с богатыми и знаменитыми, или это наоборот была проверка для меня. Но некоторое время мы просто молча ели.

И было только две вещи, которые отличали нас от других столиков. Это сверкающее платье Элен и стоящий рядом официант, которого девушка именовала Джонни.

— Между прочим, ты говорил, что тебе нужен кто-то, чтобы рассказать о «Кутейце», разве нет? — закончив с закусками, проговорила девушка, и Джонни тут же удалился с грязными тарелками.

— Да. Что тут за люди? Откуда столько пафоса?

— Пафоса? — тонкая черная бровь поползла вверх.

— Судя