Охота на "Черный аист" - Артём Март

Все ждали, что скажет капитан «Каскада». Вместо него снова заговорил Шарипов:

— Этот душман, очевидно врет. Но у нас нет времени разбираться с ним сейчас. Он все равно расколется, когда попадет к нам в руки. Товарищ капитан?

— М-м-м? — Недовольно замычал Наливкин.

— Вы не послушали меня в первый раз и атаковали противника. Теперь прошу вас все же прислушаться ко мне.

— Говорите, — суховато бросил каскадовец.

— Как я уже сказал, времени на то, чтобы разбираться с пленным у нас нет. Как минимум ему самому нужна медпомощь. И посерьезней той, что мы можем оказать. К тому же — проложил особист, — повторюсь: нам нужно как можно скорее выдвигаться дальше. Возможно, если поторопимся, сможем обхитрить Аистов и уйти от них. Но для этого нам придется разделиться. Оставим половину группы со спасенными бойцами и этим душманом. Пусть идут на восток, навстречу силам из Новобада. Сержант Малинин узнал, когда парни из СБО смогут кого-нибудь прислать?

— Не меньше часа, товарищ капитан, — бросил ему Наливкин, — Вторая застава выдвинула к нам первое отделение на БТР. Но путь неблизкий.

— Ну вот, — кивнул Шарипов, — потому прикажите половине группы выдвинуться им на встречу и напряжении всего пути охранять освобожденных солдат и раненого духа. А мы двинемся дальше, по следу.

Шарипов снова глянул на душмана, который ответил ему заискивающим взглядом.

— Кто этот человек такой, — Шарипов кивнул на духа, — мы еще успеем узнать.

— Товарищ капитан, — внезапно подошел Звада, — разрешите обратиться?

— Что такое? — Спросил Наливкин.

Звада глянул на духа, потом тихонько прошептал что-то Наливкину чуть не на ухо. Капитан помрачнел.

— Отойдем, — приказал он, — Ефим, Андрей, охраняйте этого! Звада, если кто из парней ранен, окажи помощь.

Вместе мы отошли на несколько шагов. Наливкин заявил:

— Один из пленных рассказал Зваде, что этот душман понимает и говорит на русском.

— С-с-сука… — Протянул Шарипов, — а мы вывалили ему все, как на духу…

— Это не имеет значения, товарищ капитан, — сказал я, — он все равно ничего не может сделать. По крайней мере, сейчас.

— Селихов, — Шарипов неприязненно надул ноздри, — я бы на твоем месте вообще молчал. Во-первых, ты стрелял без приказа. Во-вторых — из-за тебя мы попали в полную задницу. Наша группа раскрыла себя и теперь вынуждена сильно рисковать и работать в впопыхах.

Наливкин хотел было открыть рот и что-то сказать, но я его опередил:

— Когда все закончится, вы можете делать со мной все, что хотите. Но сейчас, товарищи капитаны, лучше бы вам послушать меня.

— Ты уже «отличился» сегодня, Селихов, — покачал головой особист, — хватит с тебя.

— Не торопитесь, товарищ капитан, — вклинился Наливкин.

Взгляд Шарипова сделался усталым. Казалось, он не очень хочет слушать Наливкина. Однако явно понимая, что слушать все же придется, особист обреченно засопел.

— И не сопите так недовольно, — уколол его Наливкин, — я бы и так отдал приказ открыть огонь, Хаким Булатович. Давайте начистоту. Слишком уж мы с вами увлеклись спорами, и если бы не Александр, как минимум один из пленных советских солдат, был бы мертв. Потому я не вижу никакого резона как-то осуждать Селихова. Даже, напротив, я искренне ему благодарен.

— А я не испытываю ни капли благодарности, — поджал губы Шарипов, — даже напротив…

— Товарищи капитаны, — прервал их я, — вы снова уходите не в ту степь.

Оба офицера удивленно глянули на меня. Шарипов тут же нахмурился. Его явно возмутило, что я влез в их разговор. Мне показалось, что он собирается что-то сказать, потому я, обращаясь к Наливкину, заговорил первым:

— Товарищ капитан, разрешите изложить свои мысли по этому делу.

— Селихов… — Выдохнул Шарипов недовольно, — у нас нет времени…

— Разрешаю, — благосклонно кивнул Наливкин.

Особист раздраженно сплюнул и явно собрался уходить, но я его остановил:

— Товарищ капитан, нам понадобится и ваша помощь тоже.

Лицо особиста осталось таким же недовольным, а вот в глазах блеснул интерес.

— О чем вы, Селихов? — Вместо него спросил Наливкин.

— Я считаю, что нужно рискнуть и допросить пленного.

Офицеры переглянулись.

— Селихов… — Хотел было воспротивиться Шарипов, но Наливкин его остановил, попросил особиста все же выслушать меня.

— Мы с вами понимаем, что этот человек не тот, за кого себя выдает. — Начал я, — более того, я почти уверен, что он не имеет никакого отношения к душманам, которые взяли Искандарова.

— Я тоже так думаю. Но пока что это ничего не меняет, — строго сказал Шарипов.

— Но зато, он явно говорил с теми, кто точно принадлежит к банде.

С этими словами я указал на погибших душманов, которых резал одноглазый. Они, обезглавленные, так и остались лежать аккуратным рядком. Аисты завязали им руки за спиной, а одноглазый, после казни каждого из них, аккуратно уложил головы духов рядом с их телами.

— Я предполагаю, что и неизвестные душманы, и «Аисты» тоже ищут Искандарова. Они шли по следу бандитов Камран-Хана. Думаю, им просто посчастливилось найти на стоянке членов банды этого вожака. Их захватили, допросили, а потом казнили.

— Считаешь, этот, — Наливкин кивнул назад, на раненного «духа», — может что-то знать о том, где находятся бандиты, которые захватили нашего разведчика?

— Совершенно верно. Я думаю, он может знать что-то полезное о том, где находится Искандаров. Но, как заметил, товарищ капитан, — я глянул на Шарипова, — времени основательно колоть пленника у нас нет. На счету каждая секунда. Но у меня есть кое-какие мысли о том, как вывести его на чистую воду. Как припугнуть. Причем эффективно, а главное, быстро. Правда, мне понадобится ваша помощь, товарищи капитаны. Ведь главная наша задача — вернуть Искандарова на Родину. И если все обстоит так, как я думаю, пленник сослужит нам в этом хорошую службу.

Офицеры переглянулись.

— Я против, — отрезал Шарипов. — В моих глазах ты, Селихов, потерял всякое доверие.

— А в моих — приобрел, — возразил ему Наливкин, — потому, выкладывай, Саша. Только быстро.

— Есть, — кивнул я и понизил голос: — Значит, идея такая…

* * *

Абади чувствовал, что напуган. Однако пока что у него успешно получалось бороться с этим страхом. Бороться и держать себя в руках.

— Че