Покладистый отморозок - Мархуз

потеряли, зато опять обезопасились от стихий и нехороших людей. Да и прибыль вполне офигенская всё равно получилась. Дон Родриго тоже здесь расторговался, решив не мотаться в Акапулько. Нет смысла выгадывать копейки с риском потерять рубли.

— …Представляете сколько всего произошло за время вашего отсутствия, — это я лишь вкратце ознакомил нашего друга с последними новостями.

— Поразительно, дон Старк, как будто целая эпоха сменилась. А как дальше всё будет развиваться, как вы думаете?

— Скорее всего императора лишат власти и выберут короля, ограниченного конституцией. Парламент в любом случае сохранит власть. Хотя, могут вообще республику провозгласить и тогда начнут выбирать президентов.

Родриго Хименес поморщился, он ярый противник демократии, как и я. Пусть лучше будет диктатура, чем общенародная анархия, прикрытая фиговым листком "голосований и выборов".

— Надеюсь, что на поиски короля у них много времени уйдёт, — благородный дон явно лучше меня разбирается в монархических устоях, — трудно будет подобрать кандидатуру в Европе, да и претенденты скорее всего будут отказываться.

— Ну, что же, воспользуемся этой передышкой. Новыми винтовками можно будет вооружить ещё две сотни бойцов. Я заказал крупных лошадей, чтобы создать бронированную кавалерийскую сотню.

— Так у вас же все на лошадях, — удивился собеседник.

— Нет, это лишь для мобильности в передислокации отрядов. Ну и грузы перевозить, а значит разгружать медлительные обозы.

Беседы с доном Родриго позволяли более глубоко понимать слабости Мексики. Например, в столице существовали две ложи: одна проанглийская, другая проамериканская. Обе ложи отстаивали интересы двух стран, желавших поглубже запустить свои когти внутрь мексиканской экономики. Кроме того, постоянно шло брожение умов в провинции Ново-Филиппинос (пока ещё не Техас). Ну и естественные разногласия в кругах, имевших солидный вес и приближённых к правительственным.

— Армия однозначно раздута из-за войны, а чиновников в несколько раз больше, чем потребно. Взяточничество повсюду, да ещё и казнокрадство развито. С этими проблемами правительству придётся долго бороться.

— Согласен, независимость дорого будет обходиться, зато экономика начнёт развиваться, освободившись от запретов, введённых метрополией.

В начале октября вернулся Рафа в сопровождении Тимофея Степановича. Ну и как там моё золотишко поживает?

Глава 26

Глава двадцать шестая

Кучка образцов песка и самородков весила килограмм шестьдесят примерно, то есть, две тысячи унций. Что по ценам составляет порядка сорока тысяч баксов.

— Тимофей Степанович, ваши люди заработали 14 тысяч долларов. Можете получить в лавках "для калифорнийцев" всё, что посчитаете нужным.

— Это, как же получается, Олег Александрович? Десять мужей столь много для нашего поселения сделали за короткий срок? Неужели Маммона настолько силён?

Честный порядочный старовер изумлён тем, что небольшая по времени и по трудам работа принесла невероятный доход. А сколько для своих можно заработать, если сотню снять с полей и отправить в горы.

— Понимаю, уважаемый, что искушение велико, но это тоже правда жизни. Теперь вы видите сами какой дьявольской притягательной силой сей презренный металл обладает.

— И что же делать, господин Старков? Урожай собран, погоды вроде тёплые, может действительно продолжить начатое?

— Я не против, но важно насколько возможно дольше хранить тайну. Если от вас найдётся человек тридцать, то поработайте пока совсем холода не наступят. Всё меньше достанется тем, которые когда-нибудь понабегут, чтобы разбогатеть для личного величия.

Старообрядцам важен психологический момент, им не нужны деньги для личной роскоши. Приветствуется лишь то, что на пользу общине идёт. На том и порешили, я предоставил право первой ночи именно им. Тем паче, что оговоренный форт они уже достраивают и даже выданные пушки размещают.

Страна готовится к обороне, в том же Фресно уже налажен выпуск качественных луков, стрел и копий для ополчения. Дошли слухи, что император Мексики, чтобы хоть как-то удержать власть в своих руках, готовит отряд для возвращения Альта Калифорнии в состав страны. Вроде мелочь, но ему кажется что таким подвигом он вернёт прежний авторитет и поддержку народа. Монтерейцы уже предложили нам очередной вариант взаимодействия.

— Дон Старко, вы должны прислать пятьсот солдат и вооружённых индейцев, а также хотя бы двадцать пушек и пару фрегатов, — дует мне в уши посланник, — вместе мы отразим угрозу.

— Я никому ничего не должен, сеньоры. Ваш отряд настолько слаб, что не в состоянии мне помочь.

Мы, как опытные стрелочники, смещаем приоритеты в разговоре. У роялистов своё видение ситуации и дикое желание загрести жар моими руками, впрочем, как и у меня. Только я не приглашаю их под своё крыло.

Беседа ни к чему не привела, а в конце месяца Монтерей был атакован более чем тысячным отрядом при поддержке двух правительственных фрегатов и одного корвета. Два десанта были высажены, как к югу от обречённого города, так и к северо-востоку. Роялисты понимали, что обречены, но отбивались до последнего. Их дюжина пушек оказалась бессмысленна в контрбатарейной борьбе с орудиями кораблей, а заслоны из солдат на юге и севере были уничтожены.

Попытка сдаться на милость победителя оказалась неудачной, оставшихся в живых "людей короля" просто повесили. Часть мирных жителей ограбили под горячую руку, включая все пять асиенд благородных (и от этого богатых) донов. Торговцам и служащим таможни тоже не повезло. Нашлась парочка американских попаданцев, некогда проживавших в Монтерее, которые указывали цели за долю от "трофеев".

Потери самих вторженцев оказались достаточно велики. Они потеряли убитыми и ранеными порядка трёхсот человек. Полковник Гарсиа отправил торжественное сообщение в столицу о том, что мятежная провинция полностью ему подконтрольна.

— Дон Старк, императорский отряд не собирается на этом останавливаться, — доложил прибывший посуху падре Леонсио, — следующими атакуют вас.

— Благодарю, падре, за сообщение. Мы уже готовы к встрече, уж очень хочется закончить эту кампанию до Рождества Христова. Желательно без особых потерь с нашей стороны.

Опытный полковник отправил наземным путём отряд в четыреста человек, снабдив их дюжиной пушек. Вроде расстояния в этих местах небольшие, но артиллерия и обоз задерживали движение врагов. Плюс, по ночам отряд подвергался подлым нападениям индейцев, которые не вступали в честный поединок лицом к лицу, а лишь обстреливали устающих за день солдат стрелами.

В Монтерее понимали, что пехота долго будет двигаться, поэтому эскадру отправили лишь на третий день. Вроде корабли никаких проблем в пути не испытывали и даже подошли к вечеру ко входу в Залив, чтобы с утреца ворваться в него и всю береговую оборону задавить своими морскими орудиями. Заблуждения класса "два русских" и "горстка разбойников" по-прежнему довлели в Мехико и никоим образом в том же Монтерее не переменились. Заносчивые мексиканцы, победившие "саму Испанию", просто не понимали и не признавали, что на отсталой окраине кто-то