Кодекс Оборотня 2 - Эрик Гарднер

из кармана пакетик с имбирными леденцами и принялся их грызть.

Директор появился на пороге кабинета, заметно побледневший.

— Конмэл, зайди. Мистер Одонел возвращайтесь на урок. Впрочем… Зайдите тоже.

Мы прошли в кабинет.

— Садитесь, — сказал директор, но я остался стоять. — Руари, я не могу позволить тебе больше оставаться в школе.

— Вы не имеете права выгонять меня, отнимать мое законное право на образование, — заметил я, разумеется, больше из принципа.

— Ты ведь считаешь, что это все вранье, Руари! — директор кивнул на учебник в руках историка. — Так что тебе тут делать? Терроризировать остальных учеников и учителей? Давай посмотрим твои оценки. Может быть, я ошибочно полагаю, что знания тебе не нужны?

Он раскрыл на своем ноутбуке отчет об успеваемости учащихся. Ухмыльнулся и начал называть предметы и полученные за них баллы. Я мрачно слушал, возразить на это мне было нечего.

— Вы не имеете права, — повторил я, когда он закончил.

— Тебе нужна бумага об образовании? Ты ее получишь. Если сможешь договориться с учителями об экстернате. Раз в триместр будешь сдавать контрольные по всем предметам своей программы. Официально ты останешься учеником нашей школы. Неофициально… Чтобы больше духу твоего тут не было, Конмэл!!!

Тяжелой волной меня накрыло бешенство. Я поддел директорский стол рукой так, словно отбрасывал от себя лист бумаги. И он, огромный, сделанный из массива дуба, полетел, кувыркаясь в воздухе, с жутким грохотом врезался в стену сбоку от нас и разлетелся в щепки. Кабинет содрогнулся от удара. Директор застыл с выражением ужаса на лице, вцепившись в подлокотники кресла. За его спиной сорвалась со стены картина в раме и со стеклянным звоном грохнулась об пол. А я склонился к бледному как смерть Одонелу.

— Надеюсь, вы примете у меня экстернат, мистер Стукач? — прошипел я ему в лицо.

— П-п-п-приму…

— Рад, что вы не идиот, а всего лишь осел.

Я, разъяренный, вышел, пихнув плечом сунувшегося в кабинет секретаря. Постепенно гнев утих, снова жутко захотелось спать, а я вспомнил, что сегодня полнолуние. Я зашел в уборную, долго умывался ледяной водой. В школе прозвенел звонок. В туалет вошли двое смеющихся мальчишек. Увидев меня, они тут же выскочили вон.

— Дарли, Грин!

Оба вернулись, втянув голову в плечи.

— Мы не хотели тебе мешать, Руари…

Я вытирал бумажной салфеткой лицо и мрачно смотрел на них.

— Что было смешного?

— Мистер Одонел… Вернулся после звонка. Мы уже в коридор вышли, а он как зомби вошел в чужой кабинет.

Я шагнул к ним, в голове нарисовалась картина мести. Они дернулись, но остались стоять на месте, зная, что от меня не убежать.

— Так кто из вас двоих попал в меня камнем? Грин… Дарли, вали отсюда.

Мальчишка пулей вылетел из уборной.

— Руари, пожалуйста, я не хотел…

— Сегодня ничего с тобой делать не буду. Потом тоже, если сделаешь для меня кое-что.

— Что?

— Потом скажу. Проваливай.

Я вышел в коридор, и в этот момент зашуршали динамики и нервный голос секретаря произнес:

— Руари Конмэл, подойди к директору.

Я чертыхнулся, открыл окно и сиганул вниз со второго этажа. Выбрался с территории школы через дыру в ограде и перешел улицу. Напротив школьных ворот находилась машина капитана Гарды. Привалившись к капоту, стоял Фалви и смотрел на главное здание. Я подошел к машине, положил руки на крышу, на них подбородок, присоединившись к наблюдению, и спросил сержанта:

— Вы что тут делаете, мистер Фалви?

Полицейский, удивленный, повернулся ко мне.

— Руари? Директор школы сказал, что ты в невменяемом состоянии разнес в щепки его кабинет.

— Только сломал ему стол.

— Всего-то? Сейчас вернется капитан Мёрфи и расскажет. Я попросил его забрать тебя оттуда, чтобы еще кто-нибудь не узнал про твою сущность. Мистер Дойл как узнал?

Я коротко рассказал.

— Еще и историк… Мне теперь с них подписки о неразглашении брать.

Я смотрел с подозрением на Фалви. Он проявил удивительно спокойное отношение к произошедшему.

— Разумеется, я в курсе, что сегодня полнолуние, — Фалви словно расшифровал вопрос на моей физиономии. — И я дочитал папку мистера Мурра. Иди домой, Руари.

— Этот ублюдок выставил меня из школы, — произнес я.

— И ты сломал ему стол? Хорошо, что только стол.

— Вы это к чему? — нахмурился я.

— Сколько до пика полнолуния? Часов пять осталось?

— Я себя контролирую, — прошипел я, начиная злиться.

— В прошлом месяце это было неудачно.

— Брон Дойл не пытался меня убить!

— Спокойно! А вот и капитан Мёрфи.

К нам пошел глава Гарды Клонмела.

— Привет, Руари, — поздоровался он и протянул мне руку. — Славно ты ему разнес стол!

У Фалви глаза полезли на лоб.

— Мёрфи, и вы тоже?

— Что тоже? А, вы про то, что я знаю, кто Руари? Да.

— Что с мистером Дойлом?

— Пересрался, — он добродушно засмеялся. — Простите, Фалви. Просто мне директора любить тоже не за что. Он моего сына выгнать из школы хотел в свое время.

— И что со столом? Действительно Руари разнес его в щепки?

— В щепки. Об стену. С потолка и со стен потом еще вся штукатурка обвалилась.

— Ясно… — Фалви смотрел на меня, словно делая какие-то выводы. — Руари, иди уже домой. В Управление придешь послезавтра.

— Пока, Руари! — капитан махнул мне рукой.

Глава 22

На следующий день я пробрался в школу. Ученики в коридорах огибали меня, стараясь не смотреть в глаза. Но сейчас мне не было до них дела.

Учительница химии стирала с доски формулы. Я тихо прикрыл за собой дверь в пустом классе.

— Добрый день, мисс Коннолли.

Она, вздрогнув, обернулась, выдавила из себя улыбку.

— Ты напугал меня, Руари.

— Вы серьезно?

Она вздохнула, сжимая в руках испачканную в меле губку.

— Мистер Дойл рассказал о том, кто ты.

— Он не имел права!

Она пожала плечами.

— Созвал учительское собрание и рассказал об этом всем.

— Что он еще сказал?

— Чтобы никто не допускал тебя к экстернату.

— И что вы ему ответили?

— Например, у нового историка случилась истерика. Странно, мне он