Большая игра - Антон Перунов

приложат все усилия для преодоления германо-французских противоречий. Для чего должен быть заключен всеобъемлющий договор о зонах влияния.

Больше того, заявлялось о преодолении закрытости рынков и запретительных тарифов и образовании ГАТТ — генерального соглашения о торговле и тарифах, целью которого становилось объединение всех ведущих экономик под общими правилами. Ставилось целью постепенное отступление от колониальной политики в целом и передаче суверенных прав новым государствам. Предполагалось разделить все нынешние колонии и страны на ряд групп, и последовательно работать на формирование их действенной независимости, на условиях, конечно, открытости рынков этих стран и признании прав, в том числе и на интеллектуальную собственность.

Сделка ставила перед Парижем практически непреодолимый барьер для реваншизма — сама по себе Франция попросту не располагала необходимыми ресурсами для победы над немецкой армией и флотом. Но одновременно она же гарантировала безопасность для Третьей Республики. Предполагалось в перспективе обсудить и особый режим управления Эльзасом и Лотарингией, значительно расширяющий возможности и права французского капитала и французских граждан в этих регионах.

Основной же целью общей работы становилось дробление и фактически растаскивание британских колониальных владений. В этот процесс предполагалось вовлечь и Париж, и Вашингтон.

Япония же обозначалась как угроза владениям европейских держав на востоке. Ей выставлялось условие ограничения дальнейшей экспансии и широкий допуск в ее владения иностранного капитала и товаров. Окончание же конфликта между Россией и Японией (заключение уже не перемирия, а полноценного мира) обозначалось как вопрос строго между двумя державами, в который не требуется внешнего вмешательства.

По факту, Вильгельм высказал следующее соображение:

— Если ты, Александр, желаешь с ними покончить силой, право твое. Но учти, для решительной победы у тебя будет от силы полгода. В ином случае лучше и не начинать, удовлетворившись достигнутым на сегодня. Право, и того немало!

— Что же, если мы обо всем договорились, — усмехнулся русский царь, ставя свою подпись под трехстраничным рукописным документом, составленным сразу на двух языках, — пройдем к столу?

Эпилог

Представители многих знатных домов на Руси с незапамятных времен имели личные церкви, называемые домовыми. Клан Колычевых не был исключением, но их собственный храм располагался не в доме, а на самой первой фабрике, из которой потом и вырос концерн ОЗК. Освятили ее в честь святых Козьмы и Дамиана, слывших покровителями кузнецов и вообще мастеровых. Среди рабочих и служащих заводов считалось престижным крестить в них детей или венчаться. К тому же находившиеся на жаловании у Колычевых священники не брали за это денег.

Так что, когда у Кима родился сын, крестить его было решено именно здесь. Одним из восприемников изъявил желание стать внезапно приехавший в Петербург цесаревич Николай, а крестной матерью стала Саша.

Участие столь высокопоставленной особы вызвало настоящий ажиотаж, и все пространство рядом с не слишком большим храмом оказалось запружено толпами народа, желающими поглазеть на наследника престола. К счастью, все обошлось без эксцессов и никого не придавили.

Витькин наследник наблюдал за творившимся вокруг него действом с легким изумлением в маленьких раскосых глазках, и лишь когда отец Василий окунул его в купель, сморщился и заплакал. Присутствующие не смогли удержаться от улыбки, а виновник торжества был наречен Михаилом, после чего получил золотой крестик с маленьким адамантом.

— Щедрый дар, — едва слышно прошелестело под сводами церкви, и все взоры обратились к невозмутимому как статуя Будды Колычеву.

— Всегда удивлялся их дружбе, — шепнул сестре выхлопотавший приглашение для них обоих Шпекин. — Они ведь совершенно разные и в культурном отношении, и вообще…

Служба при самом молодом сенаторе сказалась на Николае Аполлинарьевиче самым благоприятным образом. В движениях его появилась уверенность, в речах необходимая гладкость, и даже худоба перестала быть такой пугающей. Дело дошло до того, что на последнем балу родители из тех, что поумнее, даже показывали на него своим дочкам. — Мол, гляньте, дуры, какой перспективный молодой человек!

— Друзей, как и любимых, не выбирают, — вздохнула в ответ Катя.

Вступившая в пору своего расцвета барышня старательно делала вид, что совсем не интересуется стоящим неподалеку от цесаревича капитан-лейтенантом Акинфеевым, но без особого успеха. Василий вместе с Чкаловым только на днях вернулся из тайной миссии в Африку и, судя по их геройскому виду, они там знатно повоевали.

— Теперь-то он одаренный, — кивнул в ответ ничего не заметивший брат. — Даже цесаревич не погнушался с ним покумиться…

На самом деле, члены царствующей фамилии довольно часто крестили детей у простолюдинов, но обычно это были дворцовые служащие или люди, так или иначе связанные с ними.

Наконец таинство подошло к концу, и все собравшиеся поспешили выйти на воздух.

— Господа, прошу всех к нам отведать, чем Бог послал! — срывающимся от волнения голосом заявил счастливый отец. — И вы, батюшка, разумеется, тоже!

— Не откажусь, — прогудел в ответ священник.

— Надо бы людей угостить, — озабоченно заметил Март ждущему его у выхода Беньямину.

— Я уже распорядился, — поспешил успокоить его начальник службы безопасности. — Обед накроют в заводской столовой. Три блюда, бутылка водки на четверых.

— А…

— Все будет хорошо, а пожелавших «продолжения банкета» на территорию уже не пустят.

— Разумно.

Для высокопоставленной публики столы накрыли в загородной резиденции Колычевых, благо, та была неподалеку. Несмотря на присутствие цесаревича тут все было просто и по-домашнему. Николай был рад снова оказаться в кругу друзей. С удовольствием слушал их рассказы о путешествии и приключениях, иногда при этом фыркая от смеха, а иногда сжимая кулаки, как будто представляя себя на месте рассказчиков.

— Господи, как я вам завидую! — вырвалось у него. — А вот я от тоски скоро завою…

— Неужели твое пребывание на Дальнем Востоке столь безрадостно? — не без иронии поинтересовалась Александра.

— Увы, любезная моя кума, — картинно развел руками Николай, — но жизнь наместника только со стороны выглядит сплошным праздником. На самом деле это бесконечные совещания, обсуждения, тонны бумаг, в содержание которых нужно вникнуть, и просто огромное количество текущих дел, ждущих разрешения…

— А я слышал, ты неплохо справляешься, — улыбнулся Март.

— Приходится. К счастью, я многому у тебя научился.

— Рад был помочь.

— Не знаю, как тебя, точнее, всю твою команду благодарить…

— Не стоит. К тому же ты ведь тоже часть этой команды.

— И мне снова нужна ваша помощь.

— О чем ты?

— Мы можем поговорить?

— Конечно, — улыбнулся Колычев, скользнув в сферу и установив вокруг себя с цесаревичем непроницаемый для других одаренных энергетический кокон.

«Никак не привыкну к твоим фокусам».

«Могу научить. Это несложно».

«Как-нибудь потом».

«Что-то случилось»?

«Не что-то, а кто-то. Асано вернулся в Корею».

«Очень интересно».

«Японцы явно что-то затевают».

«Есть какие-то наметки»?

«Черт его знает. Контрразведка роет землю носом, но пока никаких результатов. Но учитывая специализацию Асано, можно ожидать покушения на первых лиц государства».

«С него станется».

«Самое ужасное, что я совершенно не понимаю, зачем это нужно Микадо? Мы ведь уже практически договорились с японцами».

«А знаешь, вполне вероятно, Хирохито здесь ни при чем. В стране Восходящего солнца есть принципиальные противники России, категорически не желающие мириться с нами».

«Ты полагаешь, он может действовать на свой страх и риск»?

«Еще вчера я бы сказал, что это категорически невозможно».

«И что же случилось вчера»?

«Чкалов вернулся, — ответил Март и, видя недоумение высокопоставленного приятеля, пояснил. — Во время одной из стычек им удалось захватить относительно целого одержимого. Допрашивать их практически бесполезно, но этот экземпляр оказался не совсем обычным».

«В каком смысле»?

«Не простой исполнитель, а что-то вроде младшего командира. В общем, способность самостоятельно мыслить он еще не потерял».

«И что же»?

«Во-первых, мы узнали, где находится база нашего друга. А во-вторых, о том, что далеко не все их операции санкционированы руководством».

«И что теперь будем делать»?

«Навестим врага в его логове».

«Я с вами»!

— Ты уверен? — удивился Март и убрал защитный кокон, пока тот не стал привлекать излишнего внимания.

— Ни за что это не пропущу!

— Мальчики, о чем это вы шепчетесь? — подозрительно посмотрела на них Саша.

— Все в порядке, любимая, — поспешил успокоить ее Колычев. — Просто Николай пригласил нас к себе.

— Это правда? — повернулась к цесаревичу не поверившая ни единому слову внучка Колчака.

— Ну, разумеется! — сделал честные глаза наследник престола.

— И когда мы отправляемся в Маньчжурию?

— Да хоть завтра!

Наградите автора лайком и донатом: https://author.today/work/276251

Примечания