Максимальный Форсаж - Крис Форд

должно быть, практикующие, и стали задавать какие-то до нелепого банальные вопросы.

Пришлось потратить какое-то время, чтобы удовлетворить их любопытство. Правда, Вика не выдержала раньше, и хоть и вежливо, но буквально вырвала меня из рук этих акул пера, ревниво сверкая глазами.

* * *

— Андрей, нам нужен дополнительный комплект! — я захлопнул дверь гольфа и окинул взглядом СТО. — Это никуда не годится! Я с такой погодой натурально плыл, а не ехал!

Андрей почему-то никак не отзывался.

Техники старательно работали, игнорируя моё присутствие. Странно, к полудню Андрей уже должен быть здесь. Забухал, что ли…

Я неторопливо подошёл к ближайшему технарю, который безуспешно пытался открутить строптивую гайку.

Понаблюдав за бедолагой с полминуты, я не выдержал и, подобрав разводной ключ, протянул инструмент.

— На, так проще будет! Кстати, Андрей тут?

Работяга кивнул, принимая ключ и настраивая его на гайку.

— Да, с самого утра в офисе торчит. Какой-то шишак приехал, до сих пор трещат там…

Я поблагодарил техника и направился в офис. Вряд ли я им там сильно помешаю.

Я аккуратно постучал в дверь и смело открыл её, входя внутрь.

— Андрей, нам явно нужен протектор помощнее!

Андрей сидел за своим столом, сложив руки вместе. Он с некоторым удивлением перевёл взгляд на меня.

— О, Макс! Мы как раз говорили о тебе.

Я прикрыл дверь и опёрся плечом о стену.

— Что, тоже видел, как твой гольф чуть не унесло в грунт?

— Да, но не только я, — Андрей кивнул в сторону гостя. — Тут… гражданин говорит, что вы с ним знакомы.

Изумившись, я повернул голову и чуть не поперхнулся. Я был готов увидеть здесь хоть самого Абакурова, но вовсе не…

— Господин… Макc, если я правильно помню?

На диване для гостей тот самый мужик, с которым мы гоняли на Кипре. Паскаль Куарон. Как он здесь вообще оказался?

Паскаль приветливо улыбнулся. Ситуация явно требовала от меня какой-то реакции.

— Да. Паскаль, верно? — я подошёл ближе и протянул руку. Паскаль с достоинством протянул свою в ответ, заключая рукопожатие.

— Именно так.

— Какими судьбами ты здесь оказался? — я приземлился на тот же диван подле, — и как ты меня нашёл?

— По роду профессии, — он усмехнулся и положил до неуклюжего широкий ноутбук на колени, раскрывая его. Какие же огромные они были тогда, оказывается… — Я всё время нахожусь в поисках одарённых пилотов. И вот на днях мне попался этот фрагмент…

В офисе разнёсся джингл приветствия Windows 98, от которого я даже как-то успел отвыкнуть. Через несколько кликов Паскаль открыл видеофайл, и я увидел то, что чего совсем не ожидать узреть.

Это была та самая трасса на Ходынке. Гонка уже приближалась к самому завершению. Дождь шёл стеной, и через него было сложно что-либо рассмотреть. Неожиданно камера выхватила приближающийся к повороту автомобиль, увеличивая зум, и я узнал в этом авто Фольксваген Гольф, на котором гонял тогда. В кадре время от времени показывались фрагменты других участников.

Уже в тот момент, когда любой здравомыслящий человек должен сбрасывать скорость, чтобы вписаться в этот самый злосчастный поворот, автомобиль, напротив, резко набрал обороты и описал невообразимый пируэт, каким-то неведомым образом оставшись на дороге, после чего, стабилизировался за долю секунды, продолжил гнать к финишной линии.

— Выглядит впечатляюще, на мой взгляд, — прокомментировал Паскаль, закрывая ролик. — Но потом было ещё удивительнее… — он открыл следующее видео, и я продолжил смотреть.

В этот раз я смотрел на самого себя — в полной экипировке на фоне того самого неистового гольфа. Послегоночное интервью.

— Это же было несколько дней назад! — воскликнул я, поворачиваясь непосредственно к Паскалю. — Как это так быстро оказалось у тебя?

— Один из моих помощников получил конверт с диском. Никакой подписи, — он только пожал плечами, — Может, кто-то из твоих постарался?

Я задумался, пытаясь выстроить хоть какую-то логику. Из всех мало-мальски знакомых мне людей с Куароном общался только я да… Неужели, Вика? Но зачем?

— Я бы хотел ещё раз попытать удачи заполучить тебя в свою команду, — Паскаль вырвал меня из размышлений.

Я крепко задумался. Паскаль орудует в намного более высокой лиге, с его помощью я бы мог перепрыгнуть несколько ступеней разом. Тем не менее, мне не хотелось бросать свою команду просто так — ведь я оказался здесь, в том числе, благодаря их помощи.

— Это очень… очень интересное предложение, — начал я, увы, отказываться от желаний было не так-то и просто. — Я бы с радостью его принял, но…

Я обернулся, взглянув через плечо на давно уже затихшего Андрея, который сидел в своём углу, молча, как рыба, только лишь наблюдая за нами. Я вздохнул, посмотрел на француза и продолжил:

— Я не могу бросить свою команду. Я им многим обязан.

— Я могу это понять, — кивнул Куарон, — но всё же прошу подумать ещё раз.

Он посмотрел в сторону Андрея.

— Я так понимаю, вы главный в этой команде?

— Да, всё так, — очнулся «главный». — Менеджер и спонсор.

— Могу я одолжить вашего пилота на взаимовыгодных условиях?

Я недоумённо повернулся к гостю. Что это он задумал вообще?

— Эээ… а что вы имеете в виду? — похоже, не я один не могу понять, что происходит.

Куарон прочистил горло и продолжил:

— Я хочу предложить авто из моего парка в ваше владение на ближайший год, если вы позволите мне взять вашего Макса.

Это он зря. Андрей точно никогда не пойдёт на такое — обменять единственного и лучшего (не потому что единственного) пилота на новую игрушку.

— Это… просто… — Андрюха явно чуть не задохнулся, услышав подобное. Зуб даю, что он не может найти слов от возмущения. — … Превосходно!

Прощай мой зуб.

— Дрон, ты сейчас серьёзно?

— Да ты подумай! Какие перспективы откроются перед тобой! — вот теперь слова нашлись, впрочем, увидев мой возмущённый взгляд, он слегка стушевался. — В смысле… ну ты прикинь, сколько времени ты потратишь на местечковых соревнованиях. А тут в вышку сразу берут! Ты столько времени сэкономишь!

Я реально не могу понять, чего в этом парне сейчас больше — желания покататься на новой машинке или искренной радости за человека, который обеспечивал ему кучу побед. Может, вообще пополам. Ладно, по правде говоря, мне и самому этого