Год 1976, Незаметный разворот - Александр Борисович Михайловский

корабль, находящийся вне акватории шведских портов, и оставляем за собой право топить такие лоханки без предупреждения. Товарищ Брежнев, мне тут подсказывают, что у вас там, совсем рядом с Москвой, на авиабазе Шайковка в Калужской области базируется 52-й гвардейский тяжелый бомбардировочный полк, имеющий на вооружении сорок восемь бомбардировщиков-ракетоносцев Ту-16КСР-2, ракетное вооружение которых пригодно как для ударов по кораблям, так и по береговым целям. Базировать самолеты можно на аэродроме Кратово, где имеется подходящая по размерам взлетно-посадочная полоса. Разведывательно-информационное обеспечение, чтобы не было ни одного «холостого» вылета, я беру на себя, а ваши летчики получат опыт стрельбы по реальным целям. Когда у шведов, финнов и немцев на Балтике закончатся боевые корабли и торговые суда, то можно переходить к ударам по наземным целям в Финляндии, складам, штабам, аэродромам и правительственным зданиям, чтобы уроды, объявившие войну Советскому Союзу, знали, что на этом свете они заживутся недолго...

Товарищ Брежнев сначала состроил на лице выражение типа «а что мне за это будет?» -видимо, в первый момент верх в нем взял реципиент. Правда, потом «Просто Леня» встряхнулся, послал прежнего хозяина тела подальше и с интересом спросил:

- Товарищ Серегин, вы хотите задействовать в этой операции весь полк?

- Нет, - ответил я, - думаю, что достаточно одной эскадрильи. А летный состав можно ротировать через определенное количество полетов, чтобы как можно больше пилотов и штурманов получили реальный боевой опыт и приобщились к священному делу борьбы с немецко-фашистскими захватчиками. Пока бомбардировщики будут разрывать вражеские морские коммуникации и начисто выносить наземную инфраструктуру, генерал Маргелов приступит к формированию своих экспедиционных сил. А применить их лучше всего при внезапной десантной операции по захвату Хельсинки, которая и станет главной целью всей цепи операций на Северном и Северо-Западном фронтах. Ведь ни Маннергейм, ни другие финские генералы не подозревают о наших десантных возможностях, и концентрируют войска на Карельском перешейке, а главную роль в обороне своей столицы отводят минно-артиллерийским позициям, так как считают их непреодолимыми. Одна стремительная операция - и столица захвачена, правительство в плену, Финляндия с возу, а Советскому Союзу легче.

- Вот это правильный план, - сказал Сталин, - политически выверенный и корректный. Но только мы хотели бы знать, что на это скажет товарищ Брежнев, ведь это именно его экспедиционным силам товарищ Серегин отводит роль главной ударной силы...

- В общих чертах, как конечная цель операций на Северо-Западном направлении, это и в самом деле правильный план, - ответил Ильич Второй, похлопав рукой по лежащей пред ним пухлой папке. - Я предлагаю создать группировку смешанного комплектования, чтобы организационно-командное ядро и инструкторский состав были из нашего семьдесят шестого года, а большая часть рядового состава и как минимум половина младших командиров комплектовались вашими людьми. Кроме того, предстоит просчитать необходимое количество фронтовой авиации, с которой, как я помню сейчас, у вас не очень хорошо. То, что есть, устарело и не выдерживает никакой критики, а то, что критику выдерживает, имеется в совершенно недостаточном количестве. Очевидно, нам в семьдесят шестом году в очередной раз придется поскрести по сусекам. Тут у меня доклад товарища Устинова по остаткам разной устаревшей в наше время, но вполне боеготовой техники. Вот, товарищ Сталин, ознакомьтесь. Финнам тут всякого разного добра хватит с головой, и еще останется немцам. Не будет проблемой, даже если Гитлер решит бросить на Ленинградское направление все свои танковые дивизии: тут найдется все, что нужно, чтобы и остановить, и разгромить и погнать их назад. В моем мире не было таких запасов оружия просто на всякий случай...

Отец Народов взял массивную папку, взвесил ее на руке и отложил в сторону.

- Наверное, для разработки этой операции необходимо прислать сюда какого-нибудь хорошо зарекомендовавшего себя специалиста, например товарища Василевского, - сказал он. - Он в Генштабе пока что первый зам первого зама, так что его отсутствия никто и не заметит. При этом, занимаясь Северо-Западным направлением, мы не должны спускать глаз и с остальных участков фронта. Впрочем, при тех возможностях, что предоставляет товарищ Серегин, это дело совсем не сложное. Скрыться от внимания его разведки невозможно, и мы об этом уже знаем.

- А я хотел бы знать, каково будет ваше отношение к Китаю? - на вполне чистом русском языке спросил Чжоу Эньлай. - Вы выкрали меня из нашего центрального госпиталя, лечите своими непонятными, но явно действенными методами, а я не могу понять, для чего все это.

- В сорок первом году, - ответил Сталин, - закончив с Гитлером, мы сразу же развернемся на восток против самураев и выметем их отовсюду, куда дотянутся наши руки. Что касается семьдесят шестого года, то я уже вам говорил, что раскол между коммунистическими партиями Китая и Советского Союза надо заканчивать. Вопрос о прекращении вражды товарищ Брежнев поставит перед двадцать пятым съездом КПСС, после чего официально протянет вам руку дружбы.

- Да, - сказал Леонид наш Ильич, - так и будет. Только нам нужен кто-то, кто принял бы эту руку и протянул в ответ свою. И преемник Мао Хуа Гофэн, и ваша креатура Дэн Сяопин настроены остро антисоветски, так что будущим руководителем китайской компартии и государства должны стать только вы, и никто другой. Если Советский Союз и Китай встанут спина к спине, то алчным янки и британцам придется поискать добычи в другом месте.

- Дружба с англосаксами еще никого не доводила до добра, - сказал я. - Там у нас, в двадцать первом веке, Китай все же встал на естественный для себя курс дружбы с северным соседом, но до той поры утечет столько воды и будет упущено столько возможностей, что страшно и подумать. Впрочем, на эту тему лучше поговорить позже и в узком кругу, а сейчас вас требуется вернуть в заботливые руки наших врачей. На этом, товарищи, если ни у кого нет возражений, я предпочел бы закруглить нашу встречу, чтобы каждый занялся своим делом...

24 июля 1941 года, 20:45 мск, Пуцкий залив, линкор планетарного подавления «Неумолимый», офицерская гауптвахта

Группенфюрер СС и генерал-лейтенант полиции, президент Интерпола, Рейнхард Тристан Ойген Гейдрих

Совсем скоро я вернусь домой... В смысле - в Третий Рейх, где меня с нетерпением ждет прежде горячо любимый фюрер. И вернусь я туда совершенно другим. И поэтому мне не по себе. Тот стержень, что держал меня всю жизнь, надломлен, а нового я в себе пока не ощущаю. Как же я справлюсь с задачей? Мне нужно будет очень хорошо притворяться... Иначе мне конец. Если фюрер заподозрит меня в предательстве национал-социалистических