Скаут - Александр Вячеславович Башибузук

пары метров, неизвестный зачем-то потоптался и неожиданно пошел назад.

Тим беззвучно выскользнул, сделал два быстрых шага в такт шагам кривоногого коротышке и резко ударил его по затылку рукояткой пистолета, а потом подхватил под шею сгибом локтя и утащил на пожарную лестницу.

Быстро обыскал, вытащил из подмышечной кобуры пленного глушенный Вальтер РРК, проверил у «немца» магазин и заменил «Вальтером» свой «Браунинг».

Потом заснул глушитель глубоко в рот охраннику и надавил большим пальцем на глаз.

— Оум-мм… — бешено захрипел коротышка, но увидев лицо Тима, быстро затих, отчетливо постукивая зубами об металл пистолета.

Тимофей прижал палец к губам.

— Сколько вас? Говори, иначе…

Контрразведчик быстро закивал и зашептал, шепелявя и давясь слюнями:

— Шетверо… двое в коридоре и двое в квартире… — он громко икнул и наябедничал: — Они… телевишор шмотрят и пьют твой вишкарь…

— Кто вы такие?

— Мы с Дереком из отдела технишеской рашведки. Отправили на ушиление. А внутри Билл и Кашпер, они из группы захвата, профессионалы. Но они не верят, что ты шюда придешь. Оттого рашлабилишь…

— Где Сара?

Ответить коротышка не успел, в коридоре раздался озабоченный голос:

— Ты где, Пьер, мать твою?

Тим саданул рукояткой в висок Пьеру и шагнул за дверь.

Глушитель уставился в лоб внушительного громилы, с бочкообразной грудью и мохнатыми бакенбардами на красной морде.

Тот резко полез за пистолетом, но на полпути остановил ее и с ошалелой мордой вздернул вверх уже сразу обе руки.

— Ствол, двумя пальцами…

— Ага, ага… — громила тоже закивал и выбросил свой Вальтер на пол. — Не стреляй, брат… мы не причем, нас послали… мы просто…

— Не брат ты мне, гнида беложопая… — Тим скользнул ему за спину, приставил глушитель к шее сбоку, поморщился от противного запаха пота и приказал. — Веди в квартиру. Живо!

— Понял, понял, брат…

— Когда вас должны сменить?

— Только завтра утром, мы только заступили…

— Как докладываете?

— Никак, телефон же отключили, а остальные квартиры на этаже пустые. Лейтенант Филлинг приезжает, проверять…

— Где Сара Смит?

— Сбежала эта сучка… — зло прошептал громила и сразу заканючил. — Прости, прости, я машинально… сутки назад… как будто испарилась… мы всю квартиру перерыли, нет ее… видать выскользнула. Мы же сначала ее только в коридоре стерегли…

— Заходи…

Громила нажал на ручку, дверь с тихим шелестом отворилась.

Шаг, еще один…

Двое сидели на диване и смотрели какое-то шоу по телевизору. Тимофею были видны только их головы.

— Опять ты, Каспер? — не оборачиваясь, недовольно буркнул тот, что сидел слева. — Марш на пост бездельник… — он громко отхлебнул из бутылки прямо из горлышка.

Изначально Тим никого не собрался убивать, чтобы не давать в руки Флауэру лишние козыря. Но увидев в руках громилы бутылку двадцатичетырехлетнего шотландского виски, которое Тим Бергер берег как память от отца….

В общем, палец сам нажал на спусковой крючок и нажал его не Тимофей, а остаточные рефлексы настоящего хозяина тела.

Тихо щелкнул «Вальтер». На затылке левого вспухла алая клякса. Второй среагировал быстро, очень быстро, он выхватил пистолет и рванул в сторону, на ходу разворачиваясь, но пальнуть не успел.

Вторым выстрел Тима прошел мимо, но третья пуля вышибла мозги на стену.

— Блядь… — бессильно ругнулся Тимофей.

И в тот же момент отлетел к стене, схлопотав мощный удар в скулу. Пленный здоровяк изловчился и саданул его локтем.

«Вальтер» вылетел из руки, Тимофей сунул руку за «Браунингом», но громила успел развернуться и влепил ему по печени, а потом швырнул как щенка об стену.

— Я из тебя все дерьмо выбью, сволочь. Порхай как бабочка… — контрразведчик довольно ухмыльнулся и стал в картинную боксерскую стойку. — Жаль…

— Жаль что ты петух! — зло гаркнул Тим, оттолкнулся от стены, финтанул и коротким, но резким ударом ноги сломал громиле колено.

— Су-уука… — тот с воплем рухнул на пол, завыл, но второй удар размозжил ему кадык.

Скаутов никогда не учили какой-то определенной системе рукопашного боя, их учили только убивать: максимально быстро и максимально эффективно. Да и сам Тим всю свою жизнь посвятил самбо, а точнее, его боевому направлению. И прекрасно знал, что убивать надо первым ударом, потому что второй раз ударить, можно уже не успеть.

Прикончив громилу, Тимофей потер ноющую скулу и растерянно осмотрелся. Вся квартира была перерыта, а вещи разбросаны по полу. Мало того, сдвинута мебель. Судя по всему, ребята Флауэра действительно искали Сару.

Скользнув взглядом по стене, Тимофей заметил, что один ассегай отсутствует.

— Да ну нахер… — Тим потряс головой и счастливо улыбнулся. — Моя ты кошка…

И сразу же рванул в коридор, к встроенному шкафу.

Дело в том, что квартира несколько раз перестраивалась прежними хозяевами и после одной из перестроек, в прихожей образовалась большая ниша замысловатой формы, которой не смогли найти применение и банально закрыли шкафом. Для того, что проникнуть в эту нишу, надо было отжать заднюю стенку шкафа чем-то длинным, острым и тонким. Тим сам показывал Саре это укромное местечко и сам применял тот самый ассегай.

— Кошка… — он стукнул костяшками пальцев по доске. — Кошка, это я…

— Медведь… — глухо всхлипнули в нише. — Что это за хрень творится, сраный ты русский?

Тим сбегал за вторым копьем, затем помог Саре вылезти и тут же схлопотал по морде уже от невесты.

— Ты мне все немедленно объяснишь! — Сара показала кулак Тимофею. — Но потом… иначе я сейчас описаюсь… — она жалобно сморщилась и шмыгнула в туалет.

— Все объясню, — вздохнул Тим. — Но не факт, что ты мне поверишь…

Глава 23

Честно говоря, Тимофей побаивался, что Сара ему не поверит, но ошибся.

— Какого черта! — девушка вскочила и заметалась по комнате. — Флауэр совсем рехнулся? Я всегда подозревала, что он сволочь, но это… это измена! Но ничего! Как только я доберусь до телефона, отец обо всем узнает! И тогда этому ублюдку конец!

— Ты не дозвонишься отцу, — устало возразил Тимофей.

— Это еще почему? — возмутилась Сара. — Здесь они отключили телефоны, но во всем же городе.

— Все звонки членам правительства идут через ведомственный коммутатор, а его обслуживают люди Флауэра. Сама понимаешь, ты не дозвонишься, мало того, тебя вычислят.

— Тогда я позвоню матери!

—