Сын Тишайшего-2 - Александр Яманов

Золото, а не человек! Надо поближе присмотреться к нему и ещё нескольким офицерам с десятниками, хорошо проявившим себя сегодня. Собственно для того и организовывался рейд. Вернее, это одна из его задач.

— Ты получишь пищали и любое количество коней с провизией. Людей бери сколько хочешь, тебе виднее, на кого можно положиться. Более того, следом за тобой пойду я с Государевым полком, и мы захватим мелкие пушки. Повозки под них лёгкие, и пройдут по бездорожью. Орудия разборные, поэтому часть деталей навьючим на лошадей, — взмахом руки пресекаю, готовящегося возразить Морткина, и смотрю на вновь прибежавшего вестового, — Бояре гневаются и требуют убедиться, здоров ли ты, государь. Просят пропустить самых уважаемых людей, выбранных для этого.

— Веди, — машу рукой.

Всё равно не отстанут. Смотрю, Дунин тут же подал сигнал и рассредоточил охрану вокруг. Но ребята особо не отсвечивали.

Интересно, где они были, когда у нас шла заруба? Пятёрка бояр выглядела, будто вырядилась на парад, и они точно сегодня не махали саблями. Возглавлял делегацию Пётр Салтыков, наверное, выбранный старшим из-за возраста. Ведь следом шли князья Иван Репнин, Иван Лобанов-Ростовский и Алексей Голицын. Эта троица точно знатнее обычного боярина Салтыкова. Последним членом делегации оказался Иван Бутурлин, это который в каждой бочке затычка и известный сплетник.

И чего им в Москве не сиделось? Зачем-то попёрлись в поход, хотя толку от них ноль. Кроме Голицына, остальным боярам за шестьдесят. Это солидный возраст даже для XXI века. Кстати, князя Черкасского и ещё десяток вельмож я приказал арестовать, когда ещё оперировал раненых. Мы более или менее разобрались в ситуации и начали действовать. Поэтому вельможи выглядят неважно, напуганы они, пусть и пытаются хорохориться.

Мой вид гостей удивил, но старых придворных интриганов подобным не проймёшь.

— Мы рады видеть тебя в добром здравии, государь, — произнёс Салтыков, после положенного поклона, — Прости за навязчивость, но надо бы…

Боярина перебили, причём самым неожиданным образом. Я и сам оторопел.

— Нечестивец!

Из-за палатки, где ещё лежал один из бойцов, выскочил всклоченный и грязный персонаж, пытавшийся выстрелить в меня из пистолета. Но пришельца тут же сбили с ног и начали крутить люди Дунина. Тот рычал аки зверь, но после парочки хороших ударов немного успокоился, продолжая дёргаться.

— Прости, государь, — произнёс подскочивший Иван, — Мы его по всему каструму обыскались, не уходил он отсюда. А наш герой в нужнике спрятался. То моя вина, и я готов понести наказание.

— Перестань, дай насладиться зрелищем. Не каждый день встречаешь одновременно предателя и опарыша. А воняет-то как! — под улыбки бойцов я демонстративно помахал рукой перед носом.

После слов Троекурова я отдал приказ найти Толстого, оказавшегося тем самым подлецом стрелявшим мне в спину. Но наш герой неожиданно пропал. И вот нарисовался, обмазанный и благоухающий дерьмом.

— Насмехайся, безбожник! Придёт и твой час плакать! — заорал Пётр Толстой, а это был именно он, — Но она всё равно останется моей! Пусть не телом, так душой. Мы ещё встретимся в раю, а тебе гореть в…

Вот и причина ненависти нарисовалась. Я особо и не сомневался, но думал, что боярин мстит за уничтожение клана Милославских, в который он входил. Оказывается, всё сложнее.

Один из сообразительных бойцов, заткнул рот поганца кляпом. Вот идиот! Ну, решил ты поиграть в Ромео, так зачем подставляешь Джульетту? Ей ещё со мной жить. И зачем орать об этом на весь белый свет? Будто ты не видишь навостривших уши бояр, подобравшихся поближе. Или этот полудурок для них и вещает?

— Иван, Петьку охранять, как зеницу ока. И не дай бог, он помрёт от колик в животе или повесится на шнурке, перед этим перерезав себе горло ногтем. Отвечать головой будешь ты и все сторожа, — хмуро смотрю на напряжённого Дунина, — Я его допрошу чуть позже, только помоюсь, а то зудит всё от крови.

— Так ведь он может себе язык откусить, — влез в разговор Бутурлин, — Или некоторые тати…

Резко оборачиваюсь и впиваюсь взглядом, сделавшего шаг назад боярина.

— Ничего страшного, — моя речь сейчас больше похожа на змеиное шипение, отчего вельможи разом взбледнули с лица, — Чай грамотный, напишет признание. У нас есть кому развязать язык, даже если его нет. А ты, считай уже лишился стол ненужного органа. Коли всплывёт, какая крамола, то вместе с головой.

— Государь, я…

Бутурлин попытался рухнуть на колени, но бойцы уже сбили его с ног, начав пеленать. Вообще-то, я хотел припугнуть болтливого подлеца. Но раз так получилось, то допросим его основательно. А то распустились и слишком много о себе возомнили. Пора спускать товарищей с небес на землю.

— Пошли вон! — кидаю через плечо четвёрки бояр, начавших пятиться спиной от меня подальше.

— У тебя прибавиться работы, — обращаюсь к Башмакову уже спокойным тоном, — Зато появилась возможность разрубить этот гордиев узел одним ударом. Князь, всех бояр под замок. Лучше вернуть их в главный лагерь и там посадить под замок до моего возвращения. На этом берегу они все не поместятся. Никаких гонцов, писем или сношений с войсками. Выдели им место, поставь палатки, пусть возьмут по одному слуге и ждут. Боярских людишек тоже посади в отдельный загон. И будь внимателен, там могут встретиться весьма юркие ребята. Дунин поможет тебе с людьми, но и сам глазами не хлопай.

Это уже предназначалось Морткину. Немного подумав, добавляю.

— Теперь ты — главный воевода, Барятинского тоже посади к остальным боярам. Тех, кто бился со мной вместе или помог Касогову, не тронь. Но и покидать расположение войска не позволяй. Если они не захотят присоединиться к погоне, конечно. Выполняйте!

Народ разошёлся, а я направился к слугам, снова принёсшим тёплую воду в двух больших вёдрах. Надо смыть с себя грязь телесную. Только как быть с духовной? Этот сучонок Толстой, будто в душу дерьмом плеснул. Ладно, ты подставил свою возлюбленную! Но ведь подлец только что заложил под государство мину замедленного действия. И называется она — кризис престолонаследия. Даже если я прикажу казнить пятёрку бояр, то слухи о шашнях царицы с якобы любовником всё равно просочатся. Не удивлюсь, если Петька болтал языком и до сегодняшнего дня.

Поэтому слухи всё равно пойдут. Благо если Марфа родит дочь, а сама помрёт от горячки. Эта овца такую судьбу точно заслужила. Но я