Корсары Николая Первого - Михаил Александрович Михеев

разнообразить знакомство, поскольку дама была вряд ли старше него самого, однако же находилась в несомненно счастливом браке. В том плане, что муж ее выглядел лет на шестьдесят, а это, в свою очередь, открывало достаточно широкие перспективы на продолжение общения. Тем более оно хотя бы перспективами случайного, но оттого не менее реального брака не грозило. С незамужней попробуй, заведи роман – сразу окрутят, а мимолетная интрижка с пребывающей в законном браке – дело, в общем-то, житейское. Впрочем, на том размышления и прервались, именно тут лейтенанта и сморила дремота, поскольку он по-прежнему наблюдал за точкой пространства, где ныне из живности имелись разве что вездесущие комары.

С другой стороны, так вот сидеть и ни о чем не думать было так здорово! Именно поэтому Александр и ляпнул не подумавши:

– Если я слушаю вас не перебивая, то не надо меня будить.

Очевидно, это было столь непривычным проявлением неуважения, что привыкшая находиться в центре внимания женщина в первый момент даже не нашла, что ответить. И, когда Александр уже был счастлив, приняв возникшую паузу за окончание разговора, она покраснела, как морковка, надулась и выдала:

– Лейтенант! Вы пьяны!

– А у вас ноги кривые. А я завтра буду трезв. Живите с этим.

На сей раз пауза оказалась куда более затяжной. Очевидно, реакция молодого офицера выпадала из привычного восприятия мира. Зато потом… Впрочем, Александр этого уже не слушал. Зато в памяти всплыли картины того, как одобрительно кивала ему добрая половина собравшихся, включая мужа-подкаблучника.

– М-да… Похоже, мне не стоило так много пить. Надеюсь, это не кончилось вызовом на дуэль?

– Нет, – усмехнулся адмирал. – Хотя, конечно, наша Зинаида Сергеевна ожидала, что кто-нибудь будет из-за нее стреляться, обожает она быть в центре внимания.

– И?.. Мне показалось, она кого угодно может сподвигнуть на любую глупость, лишь бы не слышать ее визга.

– Оно так, конечно. Вот только сейчас у всех был один неперебиваемый аргумент: «он меня убьет». У вас репутация страшного человека, Александр Александрович.

Ну да, пережить несколько абордажей – это вам не шутки. И тот факт, что здесь большую роль играла голая удача, ибо Верховцев на самом деле отнюдь не лучший фехтовальщик, да и стрелок так себе, остался никому не известен. Да уж, репутация – штука грозная!

Адмирал словно прочитал его мысли и рассмеялся, удивительно задорно для его возраста:

– Не переживайте, лейтенант. Говорят, в Шотландии овец больше, чем людей. Я иной раз, выходя на улицу, понимаю, что живу в Шотландии. Слишком много вокруг идиотов… и идиоток. А ведь она до вчерашнего дня всерьез рассчитывала женить вас на своей дочери, которая, это между нами, засиделась в девках исключительно из-за того, что никто не хочет иметь в довесок такую тещу.

– Спасибо за предупреждение.

– Да не за что. Особенно учитывая, что теперь она точно не видит в вас зятя. Кстати, а откуда вы знаете насчет кривых ног?

– Она косолапит при ходьбе, и довольно сильно. Даже платье это до конца не скрывает.

– Вы наблюдательны… Честь вам и хвала, лейтенант. Но имейте в виду, сейчас Зинаида Сергеевна для вас не просто несостоявшаяся теща, а искренний, верный враг. Хотя… Думаю, не слишком опасный.

Ну да, тут не поспоришь. Все же провинциальная дворянка, замужем за титулярным советником… Александр уже сейчас в этом ранге. Словом, возможностей мало, перспектив никаких.

Адмирал понял затянувшуюся паузу по-своему:

– Да не переживайте вы так, Александр. Между нами говоря, это она считает себя вашим врагом. Но тратить на нее свои нервы… Поймите, враг – это высший статус человеческих взаимоотношений. Куда более высокий, чем даже статус друга. Ведь считая кого-то своим врагом, мы тем самым признаем его равным себе. Так что плюньте – и идите дальше. Право слово, не стоит она того. Обычная вздорная баба. К слову, дочка характером пошла в нее, так что…

– Честно говоря, я даже не рассматривал ее дочь в качестве потенциальной невесты. Я вообще жениться пока что не собираюсь.

– Естественно, вы и без этого неплохо развлекаетесь. Кстати, на мой взгляд, нынешняя ваша пассия несколько… простовата.

– Что?

– Рано утром, – усмехнулся адмирал, – сюда явились несколько человек из вашей команды, дабы узнать, не случилось ли с вами чего. Полагаю, они до сих пор опасаются, что я вас арестую за неподчинение. Так вот, среди них была и девушка. К слову, при таком характере, внешность у нее могла бы быть и поинтересней.

– То есть?

– Когда один из лакеев прошелся по матросам в юбках, она, ни слова не говоря, свернула ему челюсть.

– Ну и дурак, – пожал плечами Александр, успокаиваясь. – Это, наверное, Алена, из поморок. У нас на кораблях служат несколько женщин – помощницы медиков, ну и еду кто-то готовить должен. У них это неплохо получается.

– Ну да, конечно, – что-то в голосе Бойля подсказывало, что он не поверил ни единому слову лейтенанта. – Весьма правильный подход.

– Нет, в самом деле, – начал Верховцев, но тут же осекся. Чем сильнее протестуешь – тем смешнее выглядишь, тем более что все равно не поверят. Разве что репутацию девушке еще сильнее измараешь. И черт их всех дернул сюда припереться! Оставался единственный вариант – сделать безразличное лицо и перевести разговор на другую тему. К слову, актуальную и весьма его интересующую. – Кстати. Вы обещали найти медиков?

– Как мне сообщили, они уже выехали из Петербурга, – кивнул Бойль. – Я, признаться, не ожидал, что их так легко смогут найти, а главное, заставить сюда поехать. Но, очевидно, кому-то понравились ваши победы. Как-никак, другие чем-то столь же эффектным похвастаться ныне не в состоянии[62].

– Что же, квалифицированные медики – это хорошо, – задумчиво кивнул Верховцев.

– К слову, я уже отправил в столицу рапорт о ваших новых достижениях. Правда, полагаю, кто-то успел сделать это еще до меня. Знать бы только, кто.

Судя по тому, как дернулась щека у обычно невозмутимого адмирала, Верховцев понял: он крайне недоволен тем, что кто-то действует через его голову. Это, в принципе, было ожидаемо – кому такое понравится? И Александр не собирался облегчать ему жизнь. Пускай адмирал хорошо к нему отнесся и покровительствовал их изначально безнадежному, казалось бы, предприятию, но… В общем, это был не только его секрет, и разглашать его было бы глупо и недальновидно.

– …Ну что, Егор Иванович, рассказывай.

– Оно тебе надо? – Гребешков смотрел на командира без восторга. Создавалось впечатление, что он всерьез жалел о данном обещании. Или думал, что Александр о нем забудет? А может, что кто-то из них