Гром победы, раздавайся! - Андрей Владимирович Булычев

Крики внутри укреплений усилились, и сквозь них явственно проступил клич атакующих егерей. С валов на западную дорогу скатилась густая толпа убегающих турок.

– А вот теперь уже пора! – Каледин хищно ощерился и вытащил из ножен саблю. – Вперед! Руби их в песи, круши в хузары!

Развернутые в боевой порядок эскадроны взяли с места в карьер. С посвистом и лихими криками казачьи сотни врубились в толпы бывших защитников крепости.

* * *

– Все трофейные орудия с восточной стороны перетаскивайте на западную! – распорядился Кутузов. – Господин майор, вы свои тоже на эту же сторону на крепостных валах выставляйте, – приказал он прибывшему с полевыми орудиями офицеру-артиллеристу. – Времени у нас в обрез, полагаю, что совсем скоро гостей от Измаила можно будет ждать. А твои егеря – молодцы, Алексей, – кивнул он на проходящую мимо вала колонну пленных. – Две сотни здесь пленными взяли, еще столько же побитых в самой крепости и рядом с ней лежит. А сколько их еще на западной стороне в степи и в камышах было порублено!

– Казаки тоже отличились, Михаил Илларионович, – ответил генералу Егоров. – Подполковник Милорадович мне рассказывал, что есаул у них там разумный. Своих он расставил грамотно в засаде, атаку внутри крепости вовремя поддержал. Если бы не казачьи сотни, тяжело бы моим егерям там пришлось. А так все вместе дружно навалились, выгнали турок за валы и уже на открытом месте посекли бегущих.

– Ну, вот и славно, – кивнул Кутузов. – Тех пленных обозных, что вы мне давеча прислали, я на скорую руку сам допросил и донесение генерал-аншефу отправил. Войска Меллера сейчас идут на Килию, и любые сведенья о придунайских крепостях для него крайне важны. Не позднее завтрашнего дня я половину тех войск, что у меня сейчас под рукой, буду обязан отправить к нему. Но перед этим еще надобно показать неприятелю, что мы здесь сильны и путь к Килии надежно с этой стороны перекрыт. Вряд ли, конечно, он решится из-за крепких Измаильских стен всем своим войском для полевого сражения выйти. Но уж лучше поостеречься.

Первый турецкий дозор показался со стороны Измаила около полудня. Два десятка сипахов покрутились в отдалении, словно бы что-то вынюхивая, и потом унеслись обратно на запад. Через час с этой же стороны вышло уже не менее пары их сотен. Громыхнули выстрелы пушек, посылая вдаль ядра, и из-за валов захваченной русскими придорожной крепости выкатилась казачья лава. Турки не приняли ближнего боя и точно так же, как недавно их дозор, спешно ретировались. Еще несколько раз показывались их небольшие конные отряды, но близко к валам они не подходили. Ночью казаки сами сделали наскок к Измаилу, приблизившись к крепости на расстояние орудийного выстрела. Разогнали возле передовых ретраншементов пару небольших турецких дозоров, всполошили весь гарнизон и потом отошли обратно.

– Ну, вот и все, господа, теперь уже турки точно не решатся отходить большими силами из-за стен, – заявил утром на сборе командиров Кутузов. – По имеющимся у меня сведеньям, войска Суворова осадили Галац и стоят всего в семи десятках верст к западу от Измаила. Мы с вами находимся в шестнадцати верстах с востока. Кавалерия бригадира Орлова выходит от Кагула к озеру Кургулай и перекрывает всю северную сторону. У сераскира теперь остается только лишь один выход – это запереться в своей сильной крепости и готовиться обескровить нас в изнурительном осадном сражении. Сегодня же в ночных сумерках Бугский егерский корпус и полк Егорова идут на подмогу к их высокопревосходительству генерал-аншефу Меллеру в Килию. Всем остающимся здесь я приказываю твердо удерживать эту захваченную крепость. Старшим тут оставляю командира Приморских гренадер полковника Морокова. Ираклий Иванович, принимайте командование над всем гарнизоном.

Глава 5. Килия

Казачьи разъезды подъехали к Килии третьего октября уже ближе к вечеру, а четвертого к ней подошла и вся остальная кавалерия. Пехота и полевая артиллерия следовали за ней. Русские войска начали обкладывать крепость со всех сторон. Батареи осадной артиллерии и часть сил оставались пока что в Татарбунарах в ожидании обозов с порохом, ядрами и бомбами. Везли туда фураж, патроны и осадный припас. Все это должно было подтянуться со складов Аккермана и Бендер. Опаздывал с прибытием на Дунай и генерал-майор Хосе де Рибас. Его гребная флотилия и казачий отряд атамана Головатого в 48 судов-чаек отстаивались пока в Днепровском лимане, ибо на Черном море в это время свирепствовал жестокий осенний шторм.

Еще 30 сентября фельдъегерь доставил генерал-аншефу Меллеру приказ от главнокомандующего южной императорской армии светлейшего князя Потемкина-Таврического следующего содержания: «Приложите, Ваше высокопревосходительство, все старания достать скорее Килию в руки!» Исполнительный и горячий Меллер, не дожидаясь ответа на ультиматум о сдаче крепости от ее коменданта, отдал приказ своим войскам готовиться к штурму. Его не останавливало то, что еще не прибыла осадная артиллерия, обозы и часть пехоты.

– Михаил Илларионович, это замечательно, что вы все же успели сюда подойти до начала приступа! – встретил он словами генерала Кутузова. – Времени на передышку для ваших егерей у меня нет. Распределяете их перед пехотными колоннами, и уже через два часа я даю сигнал к общей атаке! Связываете неприятеля своим огнем, а колонны гренадер и мушкетеров сомнут оборонительные порядки турок в штыковом бою!

– Не нравится мне все это! – ворчал Алексей, оглядывая предкрепостные укрепления в подзорную трубу. – Разведка неприятеля не производилась, артиллерийской поддержки не будет, идем впопыхах, прямо с марша – и сразу же в бой! Ну, ладно, вот эти передовые ретраншементы еще можно худо-бедно хоть как-то разглядеть, а что там дальше за ними? Вижу, вроде как городские предместья с плотной застройкой, а после них еще основные стены крепости возвышаются. Хотя видно их отсюда очень плохо. Какие нам тут силы неприятеля противостоят? Где и какие пушки у него расположены? Какие он еще укрепления за наружными ретраншементами расположил? Одни лишь вопросы, и все они у нас без ответов.

– Спешит их высокопревосходительство, торопится, – в тон командиру проговорил Гусев. – Я тут успел с одним из командиров батальона Лифляндского егерского корпуса переговорить, так у них там тоже ничего ведь толком неизвестно. Приказ для всех один – как можно скорее преодолеть земляные укрепления и городские предместья и уже потом ворваться на плечах отступающего противника в саму крепость. Они и сами-то вот только что этой ночью сюда подошли, успели наспех лишь пару десятков лестниц себе сколотить.

– У нас и этого даже нет, – заметил стоящий рядом со своей