Кровь на камнях - Андрей Владимирович Булычев

Глава 5. У Неготинской крепости

– Кюбят, Эдиз, вы едете с нами! – махнул рукой туркам капитан. – Я раньше уже всё разъяснил, что нам от вас нужно. Будете хорошо делать то, что я сказал, значит, останетесь живы! Обещаю!

Через десяток минут от Слатины отошло два отряда. Большой на трофейных конях уходил на юг по той дороге, что вела в сторону Неготинской крепости. Малый, с ранеными егерями и с высвобожденными из подвала селянами, шёл на восток в сторону недалёкого от села Дуная. Оставлять отбитых сербов в селе значило обрекать их на верную смерть. Их теперь нужно было вывозить с собой.

– Быстрее, быстрее! – торопил егерей Алексей. – Половина на лошадях, остальные налегке рядом бегут. Потом чередуются! Время, братцы, время! Нам позарез нужно поспеть в крепость до вечера!

В Неготине было тревожно. Вот уже неделю на противоположном валашском берегу мелькали разъезды русской кавалерии. А пару дней назад небольшой отряд из русских судов прошёл вверх по течению. Вся эта активность неприятеля говорила о том, что они готовят свой удар в этом направлении. Комендант послал в Видин запрос о подкреплении, но в ответ от санджак-бея пришёл приказ отправить четыре сотни конницы на юг под Заечары и Белоградчик, где, по слухам, шли жаркие бои с большим отрядом русских и гайдуков. Лишённому более половины своих сил, коменданту ничего не оставалось, как восполнить их из тех трёх с половиной сотен, что стояли гарнизонами по округе. Командиры этих небольших местных гарнизонов расставаться со своими людьми не спешили. Во многих сёлах их и было-то от силы два-три десятка. И за весь этот день в крепость прибыло только лишь человек тридцать. Это всё очень злило комутана Саида.

День уже заканчивался, солнце зацепилось краем своего огненного диска за полоску дальнего леса, ещё немного, и можно уже будет закрывать ворота на ночь.

– Саид-ага, появилось два отряда на горизонте! – доложился командир крепостной сотни Гюрхан. – Один идёт со стороны Турно, другой от Белградского тракта. Со стороны Турно он уже на подходе.

– Большие отряды? – заволновался комендант. – А что, если это отряд переправившихся через реку русских? Пойдём на стену!

Действительно, в сереющем вечернем свете с южной стороны приближался небольшой конный отряд в три десятка всадников. На некоторых даже были видны головные уборы конных левендов.

– Похоже, это подмога из наших гарнизонов, – сделал выводы Саид. – С этого направления только из Слатины или из Прахово могут прийти. Так, а этот отряд тоже небольшой, не более сотни, и половина из них вообще, похоже, пешком ковыляет, – пробормотал он, вглядываясь вдаль. – Скорее всего, паша озаботился об укреплении гарнизона и шлёт пусть хоть и небольшое, но всё же усиление. Гюрхан, для порядка выведи три десятка своих воинов перед воротами, чтобы прибывшие видели, что у нас тут порядок, – распорядился комендант. – Вдруг в той сотне, что идёт с Белградского тракта, будет тот, кто потом сможет шепнуть наверх о нашем небрежении. И сам с ними же там встань!

– Да, уважаемый! – сотник поклонился и побежал к лестнице. «Жирный, старый ишак! – думал он, сбегая вниз по ступеням. – Пора ворота закрывать и вести половину сотни на ужин, а этому бестолковому и выжившему из ума старику всё мерещатся то русские с гайдуками, то люди с проверкой от самого паши. Да кому это нужно, тащиться сюда с такими маленькими отрядами».

– Внимание! До крепости пять сотен шагов, они нас уже хорошо видят, а скоро будут и слышать! – предупредил группу захвата Егоров. – Кубят, Эдиз! Начинайте махать руками и кричите приветствие. Помните, что только от вас сейчас зависит, будете ли вы жить дальше. Если что-то пойдёт не так, то первые пули ваши!

Четыре сотни шагов до ворот, три. Из крепости начали выходить турки, сбиваясь в нестройную толпу.

– Что такое! Неужели враг что-то почувствовал? – напрягся Лёшка, оглядываясь на второй свой подходящий с востока отряд. До него было чуть меньше версты. Именно от него отвлекали сейчас турок эти три с половиной десятка конных во главе с Егоровым.

– Гюрхан! Приветствуем тебя и в твоём лице весь гарнизон славной крепости Неготина! Как твоё здоровье, уважаемый? Мы везём вам двух курдючных овец для жирного плова, всё, как ты и заказывал! – выкрикнул Эдиз, приветливо маша рукой.

– О-о-о, к нам пришла подмога из Слатины! – выкрикнул в ответ сотник крепостной сотни. – Вы как раз вовремя, Эдиз, у нас вот только что пробили сигнал на ужин. И мы только из-за вас тут толчёмся, словно стадо баранов. Заходите скорее, там ещё на подходе сотня с Белграда!

Пора! Лёшка резко свистнул, и по его команде отряд пришпорил коней, резко набирая скорость.

Ошалелые от неожиданности азабы не успели ничего сообразить, когда их начали вдруг сечь саблями. Воин в халате тянулся за своим карамультуком, висящем на ремне сзади, и с ужасом втягивал голову.

Хэк! Капитан рубанул пехотинца своей гусаркой и пронёсся дальше, в воротный проём. Ших! Срубил он отбегающего прочь турка и, высвобождая ноги из стремян, спрыгнул на землю. Хлопок плашмя саблей по крупу лошади, и та понеслась по крепостному двору, сбив с ног ещё одного азаба.

Ба-ах! – грохнула гренада в надвратной башне, выбивая прислугу у подъёмного механизма. Дозорный плутонг, спешившись, рассыпался у входа в крепость.

– Первое отделение, за мной направо! Лужин, веди своих на левый край! – скомандовал Егоров и кинулся к каменной лестнице, ведущей на крепостную стену. За ним топали сапогами егеря. Бах! – первый выстрел в выскочившего с ружьём турка, и тот, согнувшись, покатился штурмующим под ноги.

Бум! Бум! – грохнули выстрелы из верхнего проёма, ведущего на парапет, и одна из пуль, пробив полу накинутого поверх мундира турецкого халата, ударила в бегущего за Егоровым егеря в бок.

– Анкифку подстрелили! – раздался крик сзади.

Лёшка разрядил свой второй пистолет.

– Мимо! Гренаду мне!

– Поджёг, вашбродь, кидайте! – В руку капитана лег тяжёлый чугунный пупырчатый шар с уже дымящимся фитилём.

– На-а! – Алексей метнул его в проём арки.

Бабах! – хлестнул оглушающий взрыв, и по каменной стене ударили осколки. С той стороны входа ведущего на крепостной парапет слышался вой и стенания.

– Вперёд! – В руках был уже штуцер. – Воробей, прикрывай меня!

Алексей первым вылетел на верх стены. Здесь в лужах крови лежало без движения трое, ещё один корчился рядом и громко выл. Прочь с этого места убегало ещё двое. Один из них, в богатом шёлковом халате и в белом тюрбане, обернулся и поднял, прицеливаясь, пистоль.

Бах! – хлопнул штуцер Воробья, и осман, выронив оружие, упал лицом вниз.

Бах! –