Олег Верещагин - Путь в архипелаге (воспоминание о небывшем)

Обязательно.

Первым на водопой, мягко ставя лапы, прошествовал наш заочный знакомый — гордый тигролев. Он наклонился над водой совсем рядом со мной — я видел загривок с мощным валиком мышц, слышал звук лакающего языка. Самка, но здоровее, чем амурский тигр, самое крупное кошачье на той Земле. Когда самка ушла, фыркнув напоследок, я обнаружил, что до белизны сжал пальцы на ложе аркебузы.

Выше по течению — и на другом берегу — неподвижно висело над камнями знакомое облачко серого тумана — отсюда абсолютно безобидное, но я передёрнул плечами, вспомнив, что в нём скрывается. На миг подумал: неужели и из нас кто-то может оказаться на это способным?! А ещё потом пришло воспоминание: что же всё-таки такого в фашистском значке на рукояти моего палаша?! Какая такая светлая сила в нём может быть заключена?!.

…Кабанье стадо явилось на водопой примерно через сорок минут. Вместе со здоровенным секачом шли три матки и целая толпа подросших поросят. Вся эта кодла, повизгивая и похрюкивая, воткнулась в воду — только секач остался на берегу и, поворачиваясь всем телом, шнырял по сторонам маленькими глазками. Вообще говоря, кабанье мясо (особенно с диким чесноком) было очень вкусным. Но пуля из аркебузы могла не сразу свалить даже подсвинка, а иметь дело с осатаневшим выводком мне, например, не хотелось, даже сидя на дереве. Я увидел, как Сергей. Лежавший за камнями помотал головой отрицательно, глядя в мою сторону — и сам кивнул, хотя и не знал, видит он меня, или нет.

Кабаны форсировали речушку над перекатом и растаяли где-то в лесу. Я уже забеспокоился, что днём никто не придёт — вполне возможно такое, — когда между деревьев появились несколько оленей.

Это были не уже привычные нам животные, а мегацеросы, которых мы раньше видели лишь несколько раз, да и то издалека. Здоровенные красно-бурые животные с длинными метёлками шерсти под брюхом и чудовищным размахом почти лосиных по структуре рогов вышли к речушке всей семьёй, или чем там — восемь штук.

137.

Я прицелился сзади в основание шеи самого крупного самца

* * *

Люди, сидевшие у костра, повернулись в сторону подходящих Вадима и Олега, но с места не двинулись. Их было четверо — крепкие, рослые мальчишки лет по 13–16, одетые в кожу, они сидели на меховых плащах, чем-то неуловимо похожие, и длинные каштановые волосы рассыпались по плечам. Они спокойно наблюдали за тем, как подходят Вадим и Олег, но под правой рукой у каждого лежало оружие, а неподалёку, прислоненные к каким-то мешкам, стояли луки. Правда, в чехлах — длинные, рядом с колчанами, над которыми щетинились перья.

— Привет, — Вадим, ощущая себя немного смешным, показал руки. То же сделал и Крыгин. Все четврео кивнули, один повторил то же, но по-английски.

— Я умею говорить на вашем языке, — предупредил Вадим.

— Мы тоже знаем русский, — сообщил тот, который здоровался. На лпохом, но всё же понятном русском сообщил. — Но мы не знали, что тут есть русские. Мы думали — только Борислав.

— Мы не знаем Борислава, — Вадим кивком поблагодарил давших ему место мальчишек, сел, но Крыгин остался стоять, — мы тут недавно.

— Борислав Шверда… словак… — мальчишка скупым жестом показал в горы. — Он живёт там…

— Это те, к кому пошёл Андрей, — вполголоса сказал Олег. Вадим кивнул и, полуобернувшись к нему, предложил:

— Зови наших, чего они там сидят.

Олег свистнул, и незнакомцы вновь напряжённо зашевелились при виде появившихся со скал трёх человек. Санек широко улыбался, словно увидел своих лучших друзей. Андрей и Игорь выглядели настороженными, держали руки на оружии.

— Здрассссь… — Саня поклонился, и Вадим про себя обматерил его за шутовство. Санек уселся без приглашения и признался: — Замёрз в скалах валяться. Ну что, драться не будем?.. Вы откуда, ребята?

— Мы со Скалы, — ответил всё тот же парень.

— Из Гибралтара?! — ахнул Игорь Мордвинцев.

— Со Скалы, — кивнул англичанин.

— Пешком, что ли? — хмыкнул Олег.

— На корабле, — покачал головой англичанин. — Он недалеко, все наши там. А мы собирали соль.

— Соль? — Вадим посмотрел на мешки. — Мы тоже пришли за солью. Может, покажете нам, где она тут?

Он не заметил — точнее, сделал вид, что не заметил — как англичанин вскользь намекнул: наши недалеко. И тем самым Вадим тоже показал: нам это не интересно, не бойтесь и нас не пугайте, всё о'кэй.

* * *

— Негры прошли тут ночью, — Андрей просевал меж пальцев холодную пыль и озирался, стоя на колене. — Много. Сотня… больше, не знаю, в пределах от ста до полутораста.

— Многовато для нас троих, — заметил Арнис, положив ладонь на рукоять топора.

Тропинка вилась между скал прихотливым серпантином и была хоженой. Не неграми, а вообще — хоженой, поднимавшейся всё выше и выше в скалы.

— Похоже, что они идут в гости к этим чехам, — вслух подумал Колька. — Жаль, я двустволку оставил.

— Поднимемся чуть вверх, — решил Андрей, — и пойдём вдоль тропинки по камням. Труднее, зато и безопаснее.

Мальчишки без слов вскарабкались на карниз, удачно проходивший над тропой и,

138.

стараясь держаться поближе к скале, зашагали дальше. Точнее уже — поползли.

Потеплело — очень потеплело, даже жарко стало. Лес оживился, поддавшись на приманку вернувшегося лета. Впрочем, мальчишка было не до красот — идти оказалось тяжело.

А потом их глазам открылась узкая долина. Тропа спускалась в неё, терялась среди медно-золотых лесных волн — и вновь выныривала километрах в шести, идя прямо по отвесному с обеих сторон грубню и круто поднимаясь к щели между двух отвесных скал.

— Негры, — Арнис, обладавший неплохим зрением, вскинул руку. Приглядвшись, и остальные увидели толконтню фигурок у начала крутого подъёма — большего на таком расстоянии было просто не разглядеть. Мальчишки напряжённо всматривались — и вновь Арнис первым понял, что там происходит: — Слушайте, а ведь они кого-то осаждают…

Два чёрных облака вспухли в самом низу спуска, а через миг до разведчиков донесло сдвоенное "бум!" взрыва. Все трое обалдело переглянулись.

— Рискнём подойти поближе, — решил Андрей…

…Это и в самом деле был риск, и немаленький — в лесу и опомниться не успеешь, как выскочат на тебя враги. Андрей шёл первым. Колька и Арнис держались позади и чуть по сторонам. Все трое старались контролировать происходящее вокруг.

Сначала — и довольно быстро — попались пять трупов негров. Они были свалены в кучу у корней раскидистого мрачного граба. Чуть дальше лежал обнажённый труп белого мальчишки. Отрубленные — судя по всему, уже у мёртвого — руки, ноги и голова лежали рядом. Палые листья пятнала кровь, её длинные полосы сохли тут и там.

Метрах в полуста от этого места, пробив кусты своими телами, лежали ещё четыре чернокожих трупа. В одном торчало копьё с массивным наконечником, прошедшее почти насквозь.

— Тут живой! — забыв об осторожности, крикнул Колька, дальше других сунувшийся в кусты. Арнис и Андрей метнулись к нему.

Мальчишка лет четырнадцати лежал ничком, весь прикрытый разметавшимся в стороны серым шерстяным плащом, на котором умело был нарисован белый стоящий лев, как на форме у чехословацких хоккеистов. Длинные тёмные волосы перехватывала широкая повязка. Мальчишка царапал пальцами выкинутой над головой левой руки листву.

Арнис осторожно перевернул его, Колька придержал голову. Мальчишка был одет в жёсткую кирасу — вроде бы из просоленной ткани, — пробитую справа на груди страшным ударом топора. В жуткой ране виднелись раскромсанные рёбра и пузырящееся кровью скомканное лёгкое. Тут же, под плащом, обнаружился окровавленный палаш.

Найденный умер буквально в тот момент, когда Арнис его приподнял. А через миг до разведчиков докатился ещё один сдвоенный взрыв.

* * *

Корабль показался Вадиму похожим на драккары викингов с картинок из любимых им книг. Но, может быть, именно поэтому-то он так и напрягся, когда этот корабль выскользнул из-за мыса — и заскользил, ритмично взмахивая длинными вёслами, к берегу. С высокого носа скалился резной дракон.

Вадим поймал взгляд сани. Завороженный и завистливый. Саня смотрел на корабль. Без опаски или страха, хотя с корабля поспрыгивали в воду человек двадцать, не меньше, и все при оружии. Они ловко помогли кораблю причалить и, обмениваясь приветственными жестами с ребятами у костра, подошли ближе.

Англичанами командовал не англичанин, а плечистый блондин с увязанными в "хвост" волосами, по английски говоривший с акцентом. Он назвался Свеном Раудссоном и оказался норвежцем, что и стало ясно окончательно из завязавшегося разговора.

Шесть лет назад группа мальчишек из английского исторического клуба гостила у

139.