Варяжское море II. Ярл - Даниил Сергеевич Калинин

потянулись к спящим врагам, охватив всю западную часть лагеря редкой цепью в полторы сотни воев — а еще столько же построились клином и наступали вслед в самом центре; их повели сами ярлы. Причем это были подготовленные хирдманы, ветераны многих набегов и славных битв — в то время как спящих врагов резали, орудуя зачастую не топорами или «саксами», а простыми ножами вчерашние карлы, рыбаки и землепашцы… И хотя сам Гьорд был уверен, что вскоре кто-то из разбойников с Эйсюсла поднимет шум и перебудит лагерь, противник не досчитался не менее двух сотен воев прежде, чем у еще горящего костра заметили приближение викингов! А когда кто-то из врагов поднял заполошный крик, ярл бешено заревел — и его клич подхватил весь хирд, и все вчерашние бонды едва ли не во всех концах вражеского лагеря:

— О-о-о-о-оди-и-и-и-н!!!!

Теперь таиться было уже глупо, теперь боевой клич свеев должен был вселить священный ужас в сердца только проснувшихся врагов, еще не осознавших, что происходит! Клин викингов побежал вперед, словно меч рассекая лагерь налетчиков, и только у горящего костра их встретила горстка еще бодрствующих воинов. Один из них, громко крича что-то протестующее, бросился наперерез свеям с поднятыми руками, без оружия — но его походя зарубили в горячке боя. Зарубили и остальных, кто безуспешно попытался остановить клин…

Хирд отборных воинов неудержимо рвался вперед, к судам врага, стремясь не дать им уйти морем. С каждым мгновением число «восточных викингов», встающих на пути свеев, становилось все больше, сопротивление их возрастало… Но разменивая одного скандинава на трех эстов, гибнущих от ударов топоров и копий хирдманов, ярлы вывели своих людей к воде, отрезав противника от судов — и одновременно разделив стоянку островитян надвое. Те, кто были справа его, бежали, лишившись мужества… А вот те, кто остался по левую руку от атакующих, спешно сбивались в кучу, на ходу смыкая щиты и ощетинившись копьями. Они медленно пятились к четырем ладьям, кои обычно строят венды Гардарики… И хотя многим свеям уже казалось, что враг разбит, на самом деле самая тяжелая часть сечи только ожидала их!

— Вперед! Не дайте им уйти, вперед!

Бешено орал ярл Гьорд, разворачивая хирд к изготовившемуся к битве противнику — он спешил атаковать его прежде, чем эсты успеют прижаться спинами к бортам ладей, и где клин наверняка завязнет. А через головы островитян в свеев густо полетят стрелы и дротики вендов…

Глава 17

Май 1062 года от Рождества Христова (6571 год от сотворения мира)

Уппланд. Стоянка ушкуйников. Твердило.

Когда у соседей начался бой, вождь ушкуйников был уже готов дать команду к отплытию. На мгновение в его голове даже промелькнула мысль, что свеи как-то сумели договориться с чудью! И что драка на стоянке «союзников» затеяна, чтобы последние могли беспрепятственно подобраться к ладьям, и тогда уже атаковать новгородцев! Однако же мысль промелькнула — и тут же исчезла: ничего неестественного, что могло бы насторожить Твердило, в звуках схватки он не услышал. Да, звон клинков, удары топоров по щитам могли быть частью представления, ровно, как и боевые кличи. Но рев раненых, покалеченных людей, получивших смертельные увечья или лишившиеся конечностей, этот утробный, полузвериный крик ужаса осознавших свое немощь или близкую смерть — это подделать уже невозможно! И немного поколебавшись, «голова» приказал всем лучникам перейти на ближнюю к лагерю чуди ладью, в то время как остальные воины до поры замерли за ней, ожидая сигнала вожака.

Лучники успели изготовиться к бою: в большом чане расплавили серу и окунули в нее наконечники стрел, а после зажгли первые из них. Впрочем, Твердило, судорожно вглядывающийся в темноту, не мог различить среди сражающихся своих и чужих: свейский клин настиг «стену щитов» чуди, проломил ее в центре, после чего бой превратился в хаотичную драку, где сражающиеся порой калечили своих же… Наконец, «голова» принял решение:

— Бей в песок за спинами дерущихся! Иначе вообще ничего не разберем!

Приказ вожака в бою — закон. И четыре десятка стрел взмыли в воздух по одному его слову, чтобы буквально парой секунд спустя вонзиться в твердь у ног яростно убивающих друг друга людей… При тусклом свете четырех десятков «свечей», в кои по его замыслу превратились первые стрелы, Твердило сумел разглядеть лишь то, что предполагал увидеть ранее: схватка превратилась в избиение чуди, и помочь «своим» стрельбой с ладьи не представлялось возможным!

Однако же «голова» был избран ушкуйниками вовсе не из-за знатных родственников, или же подкупив воинов, вовсе нет! Он стал вождем за свой ум, находчивость, умелое управление людьми в битве, смелость и решительность. Вот и сейчас Твердило быстро нашелся, что делать, прижав к губам рог и гулко в него затрубив — а потом еще и еще. А после «голова» заорал во всю мощь легких:

— Чудь!!! К ладье!!! К ладье отходите!!!

Далеко не все эсты знали язык ильменских словен — но практически всем им было известно то, как последние называют их племя. Также «восточные викинги» с Эйсюсла были хорошо знакомы с названием судов, используемых новгородцами. А услышав вначале сигнал рога, а потом и крик Твердило, они вполне разобрали его призыв. Из круговерти схватки сумел вырваться один воин, потом еще один, потом целых три, потом группа человек в пять… Но когда число столпившихся у борта вытащенной на песок ладьи столпилось более десятка израненных, с порубленными щитами воев, шумно дышащих и порывающихся подняться на судно — свеи неудержимо побежали к ним! Побежали, гоня перед собой еще десяток уцелевших островитян… И в этот миг «голова» решительно выкрикнул:

— Бей!!!

В этот раз четыре десятка стрел густо ударили в самый центр набегающей толпы врага, потерявшей всякий порядок… Напрасно ярлы свеев призывали своих людей остановиться, поднять над головами щиты, сцепив их краями — разгоряченные битвой, пролитой кровью и предчувствием скорой победы, воины атаковали, желая добить показавшего спину врага! Впрочем, в основном это были не опытные хирдманы, а недавние пополнение из числа охочих — дружинники же в большинстве своем послушались вождей и успели построиться «стеной щитов».

Тем не менее, первый залп новгородских лучников был весьма удачен — не менее половины стрел нашли свою цель, раня и убивая увлеченных преследованием карлов! А после, буквально несколькими ударами сердца спустя, в воздух взвились новые горящие стрелы… Только в этот раз большинство их уткнулось в сцепленные между собой щиты неотвратимо приближающегося скандинавского хирда!

Между тем, громко вопящие мужи чуди, как