Экстрасенс в СССР 3 - Александр Яманов
— Настя, хочешь узнать, где Михеев, добудь мне его вещь, — напомнил я, и журналистка закивала.
Высадив меня возле дома Боцмана, Волкова уехала. Завтра я надумал съездить в село, поэтому первым делом решил закончить ремонт мотоцикла. Нечего тянуть. Пока Жуков готов предоставить мне тёплое местечко в сельском клубе, надо этим пользоваться.
В пять часов пришёл Саня. Друг принёс банку холодного пива и, как обычно, озвучил весь спектр слухов, которыми наполнился город в связи с последними событиями. Если бы всё рассказанное оказалось правдой, то сюжеты книг Ильфа и Петрова мгновенно померкли. Михееву и Кравцову приписывают шпионаж. Делают из них подпольных миллионеров и рассказывают про воровство вагонами.
И в чём-то эти слухи правдивы. Конечно, до миллионов концессионеры недотянули, но пяток вагонов запчастей они за десяток лет украсить успели. Михеев не зря обменивал рубли на доллары, какие-то планы по измене родины в его голове тоже присутствовали. Это подтверждала его эмиграция в США моей реальности.
Обдумывая ситуацию, я досидел перед телевизором до тех пор, пока на двух каналах не закончилась трансляция. А когда уже решил, что сегодня Волкова не появится, к дому подкатила красная «копейка».
Зайдя внутрь, Анастасия победно улыбнулась, достав из сумки свёрток, и выкатила из него на стол перьевую ручку.
— Это из кабинета Михеева. Он ей в тот день, толстенную стопку бумаг подписал. Как думаешь, подойдёт?
— Сейчас проверим. Настя, выключай свет, садись за стол и помолчи.
Отдав распоряжение, я дождался, когда журналистка их выполнит, дотронулся до ручки и тут же провалился в новое видение.
Глава 21
Беглец
В данный момент Михеев ехал на велосипеде, по городу. Вот только, где именно находится беглый начальник цеха, я понять не мог, ибо он выбирал самые тёмные тропинки и держался подальше от фонарей.
Я знал, что долго за ним следить не смогу, потому и пришлось предпринять всё возможное, дабы контакт не прервался. Наконец, в поле зрения ворюги сначала появилась кирпичная стена дома. Затем дверь, ведущая в подъезд, и типичный лестничный пролёт. Свет внутри почему-то не горел, поэтому я не смог определить, где находится дом. Но кое-какие мысли в голове крутились.
Мои подозрения помогла подтвердить Лида. Она открыла дверь квартиры после тихого стука, впустила Михеева внутрь. Контакт тут же прервался, так что я не смог подслушать начавшийся разговор, но растерянный взгляд комсорга остался стоять перед глазами.
— Ну что там? — нетерпеливо спросила Волкова, когда я открыл глаза.
— Я знаю, где он. Поехали, здесь недалеко, — машу рукой.
Во время сеанса я почувствовал чрезмерное напряжение. Это не походило на моральное давление, которое проявлялось во время трансляции фрагментов из прошлого Малышева. Но я уловил, что Лиде угрожает нешуточная опасность.
Все точки между нами давно расставлены. Заодно во время недавней встречи, я немного подкорректировал её мозговую деятельность и, кажется, поменял отношение к любовнику. В данный момент это могло навредить.
По пути я рассказал акуле пера о своих подозрениях. Анастасия восприняла слова об опасности для Лиды серьёзно и предложила заехать за Ермаковым.
— Старший лейтенант обмолвился, что есть подозрения о наличии пистолета у Михеева. Боюсь, что мы так можем только навредить, — отказался я, — Давай сделаем по-другому. Ты высадишь меня невдалеке от пятиэтажки Лиды, а сама заедешь в РОВД. Настя надо сделать всё, чтобы Ермаков не поднял полгорода по тревоге. Куча милицейских машин с мигалками и сиренами — это последнее, что нам сейчас нужно.
Согласившись, Волкова остановилась в указанном месте и сразу уехала. После чего я рванул к нужному подъезду. Продвигаясь вдоль стены, обнаружился оставленный Михеевым велосипед.
— Эх, Павел Егорович, да разве можно ночью велосипеды возле подъезда оставлять? — проговорил я себе под нос и, на всякий случай, скинул цепь и пропорол заточкой оба колеса.
После этого проскользнул в приоткрытую подъездную дверь, в очередной раз порадовавшись, что домофоны в СССР не используют. Зайдя на площадку первого этажа, немного постоял в темноте, затем поднялся на второй. Я замер возле двери Лидиной квартиры и прислушался.
Судя по доносившимся звукам, Михеев стоял буквально в метре от неё, и внутрь квартиры не зашёл.
— Ты же сама этого хотела, — вещал бывший начальник цеха, явно уговаривая девушку, — Поехали со мной. В Смоленске меня ждут старые друзья. Они перевезут нас в Грузию. Денег, которые я у тебя храню, на первое время нам хватит. У меня есть нормальные документы на другую фамилию. Как только легализуемся, и страсти уляжется, начну новое дело. А когда появится возможность, выедем за границу. Сначала в Турцию, а оттуда нам откроется весь мир: Израиль, Европа, США. Лида, ты ведь хочешь жить в Америке?
После озвученного Михеевым вопроса возникла долгая пауза. Я не мог пользоваться даром через дверь, но это не мешало подслушать обрывки спутанных мыслей мошенника. Судя по ним, он только что озвучил свои истинные намерения. Забыл добавить только несколько деталей, связанных с желанием обязательно вернуться и всем, отомстить, за то, что ему не дали осуществить долговременные проекты.
— Не хочу я ни в какие США, — внезапно ответила Лида, — Я вообще с тобой больше никуда не поеду. Ни в Грузию, ни даже в Смоленск. Паша, скажи спасибо, что я сегодня сутра не отнесла твою сумку в милицию и не стала рассказывать про дачный участок родителей, где ты наверняка прятался.
— Ну, спасибо! — недовольно прорычал Михеев, — Значит, вот так мы с тобой расходимся? Как только у меня возникли проблемы, комсомольская сука сразу в кусты?
Внезапно раздался звук пощёчины и вскрик девушки. В этот момент я чуть не выбил дверь и не ворвался внутрь. Удержался, когда прочитал в мечущихся мыслях Михеева его истинные намерения. Когда Лида ему в очередной раз отказала, он взбесился, но убивать точно не собирался.
Между тем разгневанный Михеев продолжал заводиться.
— Я ведь в тебя столько вложил! Деньги, все эти фирменные шмотки, техника, мебель, походы в рестораны и поездки на юг! Выбил тебе возможность приобрести кооперативную квартиру. Машину хотел к зиме купить. Прибить бы тебя, сучка, да руки марать не хочется. Лида, скажи, ну чего тебе не хватало? — Михеев после оскорблений, вдруг сменил тон на просительный.
— Я ничего этого не просила. Мне и в Смоленском
