Год 1976, Незаметный разворот - Александр Борисович Михайловский

главного командного центра этого чудовищного порождения сумрачного человеческого гения.

31 декабря 1606 года, 13:15, околоземная орбита, высота порядка 6000 километров, линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Когда-то в главном командном центре «Неумолимого» у терминалов, контролирующих состояние различных корабельных систем, трудилось, должно быть, до сотни операторов, за которыми надзирали десятки офицеров, включая командира. Но сейчас тут почти пусто, потому что всю черновую работу делают псевдоличности, а до вербовки и обучения живой команды у меня за прочими делами пока не дошли руки. К тому же есть обоснованные сомнения, что это в полном объеме удастся сделать в мире восемнадцатого года. Отдельно взятые должности заполнить можно, а весь штат - нет. Не тот уровень общей и политической грамотности, и, учитывая, что вербовать придется тех, кто не сможет ужиться с большевиками, совершенно неподходящий мотивационный посыл. Одних только технически грамотных младших офицеров с широким жизненным кругозором мне для «Неумолимого» потребуется около трехсот человек, плюс тысяча семьсот кондукторов, то есть старшин сверхсрочной службы со среднетехническим и среднеспециальным образованием. Рядовой состав без образования не понадобится: для выполнения разных черных и грязных дел на борту имеются роботы.

Кап-три Лазарев (а на самом деле искин Бенедикт) сообщил мне, что в аналогичной ситуации император Шевцов набрал технический персонал из завербованных им выпускниц детдомов, которым было все равно, куда отправляться, ибо в буржуазной действительности раннепутинской России таким просто не было места. Самое главное тут - «среднее образование», в восемнадцатом году совершенно неудовлетворительное как по качеству, так и по охвату населения. И тут мне пришла в голову мысль: а почему бы не набрать требуемый контингент в семьдесят шестом году, раз уж он дан мне в ощущениях? Разве там нет детдомов и разного рода выпущенных из них неустроенных особ с советским средним образованием, которых трудности жизни толкают к бутылке и панели? Парней в восемнадцать лет призывают в армию, и там те, кто не хочет опускаться на дно, остаются на сверхсрочку, поступают в школы прапорщиков или правдами и неправдами добывают себе путевки для поступления в военные училища. А вот что делать девицам, которым такой карьерный лифт не светит?

В памяти всплыло древнее, почти забыто слово «лимитчица». Это - несчастное затурканное существо, вечная обитательница общежитий, швея-мотористка или ткачиха-многостаночница, возможная добыча сутенеров, вербующих «интердевочек», в будущем потенциальная мать-оди-ночка без малейшего шанса выйти замуж, ибо «приличные» женихи шарахаются от таких как черт от ведра святой воды. Очередь на квартиры для таких вот «нуждающихся в улучшении жилищных условий» движется крайне медленно, а чаще всего стоит на месте или даже откатывается назад, потому что в первую очередь драгоценные ордера в новостройках достаются разным «блатным»: детям партийно-комсомольской номенклатуры и иного местного начальства. Этим девочкам нечего терять, кроме своих цепей, а приобрести они могут всю Вселенную и мою братско-отцовскую любовь. Ведь они - тоже часть того народа, который я поклялся защищать. Заходить тут надо официально, через Леонида нашего Ильича, чтобы он дал команду в ЦК ВЛКСМ провентилировать вопрос, где и в каком количестве имеется нужный контингент и каким образом среди него можно произвести вербовочные мероприятия. В противном случае мне будет все равно, что громить: питомник остроухих в мире Содома или такой вот детдом, куда собрали детей без жизненных перспектив. Решено, так и сделаем, но чуть позже.

Идут последние подготовительные операции перед прыжком из одного мира в другой. В заднем торце командного центра в специальной нише-углублении расположен сдвоенный ложемент для первого пилота Неумолимого и его ассистента-помощника. Эта система прямого управления кораблем предназначена для использования исключительно при боевом маневрировании в непосредственных окрестностях массивных объектов вроде звезд и планет, а в обычных условиях при прыжке из одной точки межзвездного пространства в другую все происходит в соответствии с заранее составленной программой.

И вот в левый ложемент садится Колдун (при прыжке из одного мира в другой тут главный именно он), а в правый опускается Атола Дан. У нее уже есть опыт межмирового прыжка, но только тогда она посчитала его следствием внезапно возникшей гравитационной аномалии. Управляющая система в правом ложементе отключена, работа старшего прыжкового навигатора «Нового Тобола» заключается в наблюдении за процессом прыжка поперек мировых линий, чтобы понять, может ли обычный человек (или темная эйджел) без талантов архимага или полубога управлять этим процессом. Мир с техногенными порталами нам в этом в помощь.

Вот под взглядами моих гостей на головы пилотов опускаются глухие массивные шлемы, оборудованные индукционными линками, соединяющими их сознание с обиталищем псевдоличностей, а с другой стороны уже я мысленно беру Колдуна за руку, посылая ему свою поддержку и ощущение стоящего за его спиной плотно сомкнутого строя боевых товарищей. Клим Сервий докладывает, что все системы корабля функционируют нормально, а Виктория Клара сообщает, что джамп-генератор «разогрет» и готов к приему прыжковых данных. Чтобы нащупать нужную межмировую нить и потянуть за нее, Колдуну требуется несколько секунд. Изображение планы и звезд на обзорных экранах на какую-то долю секунды исчезает, сменяясь сплошной чернотой, а потом снова появляется, но уже в несколько другом виде, после чего Виктория Клара докладывает, что прыжок завершился успешно.

24 июля 1941 года, 12:45 мск, околоземная орбита, высота порядка 6000 километров, линкор планетарного подавления «Неумолимый», главный командный центр

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Теперь планета Земля развернута к «Неумолимому» другим, западным полушарием. В Северной Америке сейчас ночь, и видно, что это явно не семнадцатый век. Города на темном лике планеты сверкают яркой россыпью электрических огней, да и мое внутреннее ощущение подсказывает, что мы оказались там, где и требовалось. И еще одна положительная примета: оживают терминалы боевой информационной системы, установившей контакт с орбитальной сканирующей сетью, вывешенной вокруг планеты. И там операторы, причем с весьма специализированным образованием, нужны мне в первую очередь.

- Бурные аплодисменты, товарищи, мы прибыли в пункт назначения, - сообщаю я своим гостям. - Остались лишь рутинные операции, снижение и приводнение в заданном районе. Перед посадкой считаю необходимым пролет над столицей Третьего Рейха на небольшой, но недосягаемой для местной зенитной артиллерии и авиации высоте, чтобы продемонстрировать обитателям Берлина и окрестностей, кто теперь в доме хозяин. Никаких бомбовых ударов при этом не предусмотрено: один вид «Неумолимого», проплывающего в небе над их головами, заставит поклонников бесноватого фюрера начать справлять большую и малую нужду, не добегая до сортиров и клозетов.

- У вас, товарищ Серегин, очень специфическое чувство юмора, - произнес Виссарионыч. -Но оно нам нравится. А сейчас мы хотели бы поговорить с вашим