Год 1941 Священная война - Александр Борисович Михайловский

теперь я понимаю, почему вы сказали, что такие места для мучительства людей - это всего лишь цветочки. Драться против такого и в самом деле следует насмерть, до полного истребления врага и принуждения его к капитуляции. Давайте же поскорее вернемся к вам на базу и займемся делом. Ничего иного я вам сейчас сказать не могу.

Восемьсот восьмой день в мире Содома. Полдень. Заброшенный город в Высоком Лесу, Башня Силы

Капитан Серегин Сергей Сергеевич, великий князь Артанский

Вернувшись из-под Гродно, я лично проводил генерала Карбышева в библиотеку. Ольга Васильевна первым делом принесла ему Большую Советскую Энциклопедию, том на букву «К», где между статьями «карбыш» (вид сусликов) и «карбюратор» была коротенькая статья и о нем самом, замученном во вражеском плену накануне нашей Победы. Но это, Дмитрий Михайлович, только первый шаг.

Майор Здорный тоже был еще в библиотеке и, обложившись книгами, усердно грыз гранит исторической науки. Я подошел к нему и тихонько (как это и положено в библиотеке) сказал, что в ближайшее время буду занят, но потом мы непременно встретимся для окончательного разговора. Майор, который уже успел вполне достаточно откусить от жесткого исторического пирога, посмотрел на меня слегка обалдевшим взглядом и ответил, что теперь он готов выполнить любое мое приказание, будь то фильтрация человеческого осадка или какое другое нужное дело. Так, глядишь, и до Призыва дойдет, просто подобные твердокаменные товарищи откликаются на него с некоторым запозданием.

Затем я подошел к Сосо (он, как обычно, занимался в библиотеке самообразованием) и сказал, что кончилось его нахождение в резерве. С сегодняшнего дня он - начальник лагеря эвакуированных гражданских, которые пока представляют собой неорганизованный цыганский табор. Людей нужно рассортировать, чтобы решить, кто будет полезен нам здесь, а кого следует перебросить в глубокий советский тыл, оформить на переселение в Аквилонию, распихать по другим моим анклавам или передать в надежные руки майора Здорного, ибо это есть враги советской власти, шпионы и диверсанты. Впрочем, если кто-то из них услышит Призыв и пойдет приносить клятву, то препятствовать этому не следует, даже если это будут четырнадцатилетние мальчишки и девчонки. Всем найдется дело по силам и по талантам.

Закончив с этими делами, я поднялся на третий этаж все той же башни Мудрости, где Птица, Лилия, Кобра и мисс Зул готовили Анастасию к операции «Хляби небесные», и остановился у самой двери для того, чтобы уйти внутрь себя и последний раз проверить все расклады. От идеи разместить нашу магиню стихий в пока еще советском Могилеве пришлось отказаться. Мало ли что да как там выйдет с местным советским командованием. Старший лейтенант Антонов, великий мастер разного рода партизанских акций, подсказал план получше. Почти ровно посредине между Минском и Могилевом, на восточном берегу реки Березины имеется изрядно заболоченный и непролазный лесной массив, в котором нужно всего лишь отыскать подходящую охотничью избушку на курьих ножках1. Так мы и сделаем. Во-первых, подобные охотничьи избушки в том районе совсем не дефицит. Во-вторых, война обошла этот район севернее и южнее, никакие крупные советские соединения через местные леса не отступали, а значит, внимание германского командования к этой местности должно быть минимальным.

Как говорит сама Анастасия, радиус искусственного стихийного бедствия, исключающего полеты местной авиации и активные действия механизированных частей, ожидается до двухсот километров, а общее изменение погоды со значительным увеличением количества выпадающих осадков будет ощущаться на расстоянии до пятисот километров. И этого вполне достаточно, чтобы изгадить Гитлеру главную цель компании - наступление на Смоленск и впоследствии на Москву.

Соединения группы армий «Центр» для уже запланированной Смоленской операции развертываются примерно на шестьдесят-семьдесят километров восточнее этого района, по рубежу Полоцк-Орша-Могилев-Быхов. Севернее действует шестнадцатая армия группы армий «Север», южнее на линию соприкосновения с советскими войсками выходит переброшенная из резерва вторая армия. Разрушение приграничных транспортных узлов в германских частях первой линии пока не ощущается, поскольку основная часть грузов для Смоленской операции проследовала на восток еще до нашего прибытия в этот мир и начала массового воздействия. В настоящий момент все это «богатство» находится либо на завершающей части пути по железной дороге, либо

В местностях, где бывают обильные весенние половодья, охотничьи и рыбацкие избушки строят с опорой на стволы близко стоящих сосен в полутора-двух метрах над землей. И водой не зал»ет во время таяния снегов, и всякое бегающее по земле зверье не заберется внутрь, чтобы разорить припасы. в кузовах грузовиков, доставляющих снабжение от станций разгрузки непосредственно в части. Если начало Смоленской операции не удастся отсрочить на две-три недели, то мне придется сбивать натиск германских панцергрупп своими главными резервами: корпусом Николая Тучкова, танковым полком подполковника Седова и тотальным господством в воздухе четырех эскадронов моих «Шершней».

Еще у меня в резерве есть самодельный самоходный истребительный противотанковый полк, имеющий в составе двадцать четыре рубочных самоходных трехдюймовых орудий Кане, изготовленный в мире бывшей русско-японской войны на заводах Путилова и братьев Нобель. Инженеры завода «Людвиг Нобель» (вот бы кому нобелевскую премию) все же сумели скопировать двигатель от грузовика «Урал» (благо детали там чугуниевые, а не люминиевые) и за истекших полгода буквально в штучном режиме изготовили три десятка моторов, а на Путиловском под них собрали ходовую часть и бронекорпуса. Но вот в чем незадача: если артиллерийские расчеты на эти самоходки из числа моряков-артиллеристов Порт-Артурского закала у меня имеются, то вот механиков-водителей нет ни одного. Перегоняли самоходки в мир Славян мехводы-танкисты, но в бой их должны вести совсем другие люди, из числа местных контингентов. А их еще предстоит выявить из числа принесших встречную клятву бывших пленных, а потом как следует обкатать на полигонах. Вот и получается, что использовать эту часть в бою прямо сейчас нет никакой возможности, можно только на наглядном примере продемонстрировать товарищу Сталину, какие именно машины следует строить вместо дурацких легких танков Т-70.

Но, помимо всего прочего, прямо сейчас на тактическом планшете, отражающем данные орбитальной сканирующей группировки, обозначались еще две недавно назревших угрозы войскам Западного фронта.

Первая угроза - это неприкрытый войсками разрыв шириной порядка девяносто километров на северном фасе фронта между позициями 22-й армии, обороняющей Полоцкий укрепрайон, и позициями 19-й армии, защищающей Витебск. Это пространство пересекают две мощеные дороги Лепель-Бешенковичи-Витебск и Лепель-Улла-Городок, позволяющие противнику обойти войска 19-й армии и ворваться в Витебск с незащищенного северо-западного направления. Советское командование с большим запозданием разглядело эту угрозу и попыталось заткнуть дыру единственной 186-й стрелковой дивизией,