Олимпиец (СИ) - Осколков Артур

В моей руке, словно из воздуха, появился пистолет. Я направил его твари прямо в глаз и плавным движением нажал на спуск.

Банг! Банг! Банг!

Пули одна за другой отрикошетили от покрывшейся коркой морды. Под камнем не было видно, но я был уверен, что урод ухмылялся.

Его правая рука с чудовищной скоростью рванула ко мне. Я не успевал увернуться или отойти, потому подставил щит.

Бам!

Металл выдержал, но сильно прогнулся. Второго удара он уже не переживет.

Я отбросил ставшую бесполезной железяку в сторону и отступил на пару шагов назад. В пистолете было еще семь патронов, но против его способности… Только время тратить. А больше оружия у меня не было.

Мой враг тоже это знал.

Уродливая, покрытая бородавками морда минотавра расплылась в отвратительной улыбке. До меня донёсся запах гнилого мяса и… дешевых сигарет.

Очаровательно.

— Что, малец? — прогрохотал он. — Доигрался?

— Вау, — я убрал пистолет за ремень и несколько раз саркастически хлопнул в ладоши. — Ты и говорить умеешь? А то я сомневался. Все рычишь да фыркаешь.

Я наклонился вперед, приложил ладонь ко рту и заговорщицки прошептал.

— По секрету, приятель? Я думал, ты вообще неразумный. Как животное.

— Да как ты смеешь! — оскорбленно прогремел тот и поднял оба кулака над собой, на манер молота. — Я великий Астерий! Потомок самого Минотавра! Я…

— Да, да, — я небрежно помахал рукой в воздухе и наклонил голову в сторону, с интересом изучая быстро звереющего гиганта. — Один вопрос. Почему ты не мычишь? Ты же большая корова, разве нет?

Я с ухмылкой приложил пальцы к голове, на манер рожек.

— Ну давай. Скажи: «Му-у-у-у!».

Тот не ответил. Но по покрасневшему от ненависти глазу понял, что игры закончились. Минотавр впал в самую настоящую ярость и собирался прикончить меня на месте.

Прямо. Сейчас.

Вот только у ярости одна проблема. С ней ты теряешь голову. А также перестаешь смотреть по сторонам.

Потому когда монстр уже готовился опустить свои кулаки-молоты мне на голову, он не заметил, как позади него что-то сверкнуло.

Оставленный в деревянном ящике меч по мой команде рванул назад. Острое лезвие кружилось в воздухе и опасно свистело. Меч провернулся последний раз и… с размаха вонзился минотавру прямо в шею!

Тот захрипел, схватился за горло и тяжело рухнул на колени. Изо рта на пол хлынула кровь вперемешку с багровой пеной.

Он был ранен. Серьезно ранен. Но все еще жив.

Это поправимо.

Я подошел к нему вплотную, поднял пистолет и хладнокровно разрядил все семь патронов прямо ему в морду. Уж это должно его прикончить.

Или… Нет?

— Ах ты ж, скотина живучая, — удивился я. — Ты там бессмертный, или что?

Морда зверолюда напомнила потрепанный коврик. Побитая в мясо, с кое-как свисающими лоскутами кожи. Челюсть и нос были пробиты в четырёх местах, нескольких зубов не хватало, но…

Он сумел прикрыть каменной коркой верхнюю часть черепа и единственный глаз.

А это самое главное.

Астерию было больно. Очень больно. Он выл от ненависти ко мне и дикой, безумной ярости. Но он все еще был жив. И собирался драться дальше.

Я увернулся от его полубезумного удара рукой, но за первым следовал второй. И третий. И четвертый. Казалось раны его только раззадорили. И пусть минотавр потерял в точности, но значительно прибавил в скорости.

Он дико зарычал и слепо шаря лапами в воздухе двинулся прямо на меня.

Меч так и остался торчать у него в шее. Вероятно, зверь побоялся истечь кровью и потому решил не вынимать.

Что ж, плюс для меня. Значит, до регенерации «белых» ему далеко.

Приятная новость.

Менее приятная новость, что обезумевший от боли и ненависти враг отогнал меня от груды оружия и сейчас уверенно теснил назад.

Я почувствовал за спиной холодную стену офиса.

— Про-о-ощай, сын Аида, — прохрипела вынырнувшая из-за двери призрачная голова. — Если бы мог, то плюнул бы на твой труп. Жаль, что я мертв. Похоронен под грудой камней.

— Уже нет, — на автомате возразил я и осекся.

Стоп. А это же идея.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Молодец, призрак. Хорошая работа.

Я кивком поблагодарил ошалевшего уборщика, размял шею и спокойно посмотрел надвигающегося гиганта.

— Шевелись, животное, — крикнул я и приглашающе взмахнул рукой. — Пора заканчивать. У меня еще куча дел.

Минотавр яростно взревел и, не разбирая дороги, бросился вперед. Я нырнул в помещение, в самый дальний угол, если быть точнее. Но перед этим приоткрыл пошире дверь.

Дескать, давай, заходи.

Будь Астерий поумнее и не так зол от боли и унижения, он бы спокойно дошел до комнаты, несколько раз пнул ногой по стене и похоронил бы меня заживо.

Как он хотел изначально.

Вместо этого он протаранил стену насквозь. Более того, минотавр разогнался настолько, что пролетел дальше, насквозь, и с болезненным ревом ввалился в комнату. И только тогда смог затормозить.

Как хотел уже я.

Помещение и так стало на одних соплях и божьем слове. Потому как только одна из четырех опорных стен разбилась в дребезги под рогами минотавра, то трещина на потолке не выдержала и окончательно разошлась. Потолок хрустнул последний раз и рухнул нам на головы.

Вот только я это предусмотрел. И был готов. Когда на меня упал первый камень я активировал Аспект.

Всего на долю секунды, не более.

Этого было недостаточно, чтобы потолок вернулся в нормальное положение, совсем нет. Каменные глыбы рванули назад, только чтобы через мгновение упасть обратно.

Лишь оттянул время, не более того.

Но этого как раз хватило, чтобы минотавр завалился внутрь, а я вынырнул наружу. За моей спиной раздался дикий рев, затем грохот, а затем… тишина.

Я пожал плечами и отвернулся. Даже если тварь еще жива, в ближайшее время драться он не сможет. А если снова вылезет… Что ж.

Тогда я закончу начатое.

Рядом со мной из завала вынырнул уборщик.

— Ах ты сученок! Мерзкий. Маленький. Уродливый…

— И что ты вечно ноешь? — поморщился я, на ходу перезаряжая пистолет. — Ты уже же мертв. Убираться не надо, за тебя это сделают другие. Да и вообще. Квартплаты нет, налогов тоже. Мечта, а не жизнь.

— Ублюдочный, поганый, проклятый…, — не слушая меня, орал тот. Кажется, он планировал продолжать так бесконечно. Или пока у меня не поедет крыша.

Я тяжело вздохнул. Это уже начинает действовать мне на нервы.

— Как ты меня достал. Сгинь уже.

Поняв руку повыше, я просто взял и отмахнулся. Ладонь прошла через призрачное тело насквозь, естественно не причинив давно почившей душе никакого вреда.

Мертвец довольно оскалился и собрался уже было возобновить поток оскорблений… Как вдруг. «Пуф!». Исчез во вспышке голубого пламени.

Я с удивлением уставился на свою ладонь.

Вот это новость. Я теперь что, полноценный экзорцист? Изгоняю души, снимаю порчу, гадаю по фотографии?

Хотя этим я уже занимался. Так себе работенка.

По складу прокатился раскатистый рев, который быстро привел меня в чувство. Затем второй, третий, четвертый. Я услышал топот копыт. Звук быстро приближался.

Упс. Кажется, дружки минотавра тоже очнулись. Удивлен, что заняло так долго. Как-никак шумели мы знатно.

Надо валить. Только вот куда?

К выходу глупо, там меня точно поджидают враги. К нашей дырке? Это вообще в другой стороне.

И что-то мне подсказывает, что с обонянием у этих ребят все в порядке. Так что меня точно заметят. А вступать в еще одну схватку как-то нет желания.

Я поднял глаза и улыбнулся.

Окно. На втором этаже было широкое окно. Доступно правда только со стороны местного офиса, но так только лучше.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я мигом взлетел вверх по лестнице, подошел к раме и распахнул ее настежь. Внизу было темно и пахло сыростью. Мои очки сломались во время драки, так что я еще и ничего не видел.

Грохот раздался ближе. Гораздо ближе. Мне даже показалось, что я видел, как трясутся полки под ударами могучих копыт. Как минимум, с них точно что-то падало. И это что-то разбивалось в дребезги.