Изгоняющий демонов - Виталий Дмитриевич Гладкий

Колдуны Земли Ашшур шептались между собой, что пещера была местом, где выходил на поверхность сам бог Даган[14], который по длинному тоннелю, наполненному водой, поднимался из морской пучины на поверхность земли, чтобы понежиться под солнечными лучами в таком месте, где его никто не мог видеть. А он выглядел и впрямь устрашающе — огромное чешуйчатое чудовище, похожее на человека с рыбьим хвостом.

Так это было или нет, но Баниту подобные легенды не пугали. Возможно, частые землетрясения завалили тоннель, Даган перестал пользоваться этим выходом и где-то нашел новый, но, как бы там ни было, а в огромной пещере остался идеально круглый бездонный колодец, наполненный странной водой. Она была масляниста на ощупь, темна и скверно пахла и, конечно же, пить ее нельзя было. Зато творить колдовство — в самый раз.

Баниту была подслеповата. Но слух у нее оказался отменным. Несмотря на то, что ашипу в своих сапогах на мягкой кожаной подошве ступал тихо, как большой кот, прорицательница услышала его шаги и сказала, не поворачиваясь к лекарю:

— Напрасно пришел. Сегодня ночь Кровавой Луны. Или ты хочешь услышать страшное пророчество?

— Я знаю, о мудрая, — ответил Кисир-Ашур. — Поэтому я здесь.

— Кто ты?

— Я ашипу повелителя Земли Ашшур.

— А-а… Кхр! — Голос старухи и до этого был резким и слегка хрипловатым, а последний звук и вовсе напоминал карканье вороны. — Прости, что не могу поклониться тебе в ноги. Спина проклятая замучила. Старой я стала…

— У меня есть средство поставить тебя на ноги, — с невольным смешком ответил лекарь.

Он словно знал, чем ему ублажить колдунью, которая обладала скверным характером. Любой человек, который обращался к ней за прорицанием, обязательно должен был поднести Баните какой-либо подарок — жертву ее богам (имена которых никто не знал). Однако она могла и не принять подношение. Золото и драгоценности ей не были нужны, и за свои услуги прорицательница в основном брала продуктами и одеждой. Конечно же, Кисир-Ашур это знал и приготовил старухе много разных вкусностей, а также теплое шерстяное платье и одеяла.

Но лекарь был еще тем хитрецом. Прежде чем отправиться в путешествие к Горам Мрака, он расспросил тех, кто здесь побывал. И выяснил, что старуха, несмотря на свои вещие способности, хворает точно так же, как обычный человек. А поскольку в Ущелье Гроз почти всегда царила сырость, он предположил, что у нее должны болеть кости, поэтому и захватил с собой мазь, в состав которой входил змеиный яд.

Он сам ее придумал, не рискнув открыться даже своему доверенному асу. Еще чего! Если престарелые царские вельможи узнают, чем он их лечит, то ему откажут в доверии, или того хуже — пошлют на плаху.

Ведь один из самых страшных демонов Зохак имел три головы — две змеиных и одну человеческую. Он обитал в Вавилонии, которая издревле считалась средоточием злых сил. Поэтому люди Земли Ашшур относились к змеям со страхом и предубеждением, хотя, как выяснил любознательный лекарь, древние колдуны-целители не гнушались использовать в своих снадобьях не только яд пресмыкающихся, но также их кости и кожу.

Его мазь оказалась просто превосходной. Состав ее был очень сложным; Кисир-Ашур долго бился над ним, пока не достиг желаемого результата. Мазь желтоватого цвета приятно пахла цветами и медом, хорошо впитывалась в кожу и быстро приносила облегчение.

— Наверное, много золота? — не без иронии спросила колдунья.

— Нет. Для тебя я привез тюк с продуктами, теплой одеждой и одеялами. Но не это главное. Вот… — С этими словами лекарь подал старухе плотно закрытый горшочек с мазью.

Она сняла крышку с горшочка, понюхала его содержимое и удивленно спросила:

— Что это?

— Твое спасение, о мудрая. Стоит нанести эту мазь на больную спину, и ты побежишь, как девочка.

— Да ну? — удивилась Баниту. — Не очень верится…

— А мы попробуем…

Спустя недолгое время старуха уже бодро расхаживала (только косточки хрустели) вдоль скального обрыва, в котором чернел огромный зев пещеры, и радостно улыбалась щербатым ртом. Мазь и впрямь сотворила чудо.

— Только хочу еще раз тебе напомнить, — наконец молвила она, насладившись свободой движений, — что ночь Кровавой Луны не лучшее время для прорицания хорошему человеку. А ты именно такой.

— О мудрая, прорицание будет касаться другого…

— А… Ну, тогда можно.

Кисир-Ашур про себя подивился: почему старуха не спросила его, откуда он знает про ночь Кровавой Луны? Ведь такие знания недоступны простому смертному. Да и сам ашипу до поры до времени этого не знал. Но ему способствовала удача. Он сдружился с престарелым звездочетом, который сутками сиживал в каменном мешке — высокой башне с куполом. В нем были прорезаны крест-накрест неширокие щели, через которые старик наблюдал за звездным небом.

У него была почти такая же беда, как и у прорицательницы; только болела не спина, а ноги. Мазь с ядом змеи и ему помогла, и благодарный звездочет рассказал лекарю про ночь Кровавой Луны, когда колдовские ритуалы (в том числе и прорицания) обретают особую силу.

Явление Кровавой Луны само по себе очень редкое, и было бы грех не воспользоваться таким случаем. Правда, для колдовских действий нужна была кровь, но Кисир-Ашур все же предполагал, что не человеческая. Для жертвы он привез с собой по совету бывалых людей черного барашка. И несколько амулетов с драгоценными каменьями — из подарков Шаррукина; к ним прикасались руки повелителя, а это было очень важно. А еще ашипу предупредили, что ни в коем случае нельзя долго смотреть на полную Луну. Иначе можно сойти с ума…

Ночь заполнила ущелье, как накат вешней