Валерий Самохин - Убить дракона

– Мое почтение, сэр Уильям.

Вошедший в кабинет молодой человек сверкал огненно-рыжей шевелюрой. Ступивший следом за ним через порог индеец молча поднял правую ладонь в приветственном жесте.

«Только Чарльз мог принять индейца за оборванца», – усмехнулся про себя лорд Кэйли, вставая из-за стола и делая шаги навстречу гостям. Радушно улыбаясь, он протянул руку для пожатия. Но во взгляде появилась настороженность – сюрпризы шеф разведывательного ведомства не любил.

– Это мой друг – славный вождь по прозвищу Сладкий Язык, – представил своего невозмутимого спутника беглый секретарь. – В моем прожекте ему отводится немалая роль.

– Значит, прожект, – кивнул своим мыслям лорд Кэйли и, отдав распоряжение Чарльзу, приглашающе взмахнул рукой. – Прошу вас, господа, располагайтесь.

Александр Разин осторожно присел на кресло в неудобной позе, неестественно выпрямив спину; индеец же, напротив, развалился с какой-то элегантной небрежностью, с бесстрастной маской разглядывая хозяина.

– Я слушаю вас, – невольно поежился под пристальным взором загадочного гостя шеф разведки.

– Насколько мне известно, Британия отправляет экспедиционный корпус к Лысой горе, – начал рыжеволосый посетитель.

– Откуда вы это знаете? – быстро перебил его лорд Кэйли. Сведения о вылазке держались в строжайшей тайне. Губернатору Бостона это предписывалось особо.

– Об этом судачат даже портовые шлюхи, – криво ухмыльнулся Разин.

Лорд невольно поморщился, но промолчал. Неслышной тенью скользнул в кабинет Чарльз, с серебряным подносом в руке. Ловко расставив на столе фарфоровые чашечки, он разлил в них зеленый чай и столь же бесшумно удалился.

– Угощайтесь, господа, – в глубокой задумчивости произнес хозяин, машинально доставая из инкрустированной деревянной коробочки испанскую сигару. Дело принимало неприятный оборот. И сведения, полученные только что от беглого русского (независимо от того, тот ли он за кого себя выдает), представлялись крайне занимательными.

Громкий щелчок и яркая вспышка пламени заставили его резко отшатнуться. Индеец, приподнявшись в кресле, держал в вытянутой руке блестящий металлический предмет, из верхней части которого вырывался ровный, слегка трепещущий от оконного сквозняка язычок пламени.

– Что это? – попытался не выказать изумления шеф разведки, раскуривая сигару от удивительного огнива.

– Зажигалка, – любезно пояснил Разин.

– Одна из диковинок Заморья?

– Она самая.

– Дозвольте полюбопытствовать?

Индеец молча передал зажигалку. Лорд покрутил в руках забавную вещицу с выпуклым золоченым вензелем «Z» на серебряном корпусе, крутанул колесико, полюбовался секунду пламенем и, захлопнув крышечку, так же молча вернул зажигалку. Не удержавшись все же от восхищенного хмыканья.

– Рассказывайте дальше, – не попросил, потребовал он. Колечки ароматного дыма закружились над столом.

– Взгляните сначала на этот документ, – предложил беглый секретарь, положив на стол листок с ровным каллиграфическим почерком.

Лорд сосредоточенно углубился в чтение, беззвучно шевеля губами. Закончив, он с откровенным ехидством поинтересовался:

– Почему я должен вам верить? Это всего лишь копия, без печати и подписи.

В глубине души он торжествовал – если это окажется правдой, о притязаниях Франции на земли Дакоты можно будет позабыть раз и навсегда. Документ являл собой секретный указ русской наместницы о срочной отправке двух казачьих полков к Лысой горе в рамках договора концессии. Между строк читалось, что концессия была получена от индейцев. Французы подобными документами не располагали.

– Это еще не все, – подтвердил его ожидания Разин и повернулся к своему спутнику. – Вождь, покажи свою грамоту.

На стол плюхнулась сложная веревочная конструкция с многочисленными узелками, похожая на швабры, коими матросы отдирают палубы кораблей.

– Что это? – с брезгливым недоумением вопросил сэр Уильям.

– Доверенность, – с легкой усмешкой пояснил беглый секретарь. – Это узелковое письмо народа оджубеев. Здесь сказано, что Сладкий Язык делегирован абсолютными полномочиями от своего племени. В том числе и на ведение переговоров с представителями любых государств.

– И вы хотите, чтобы я принес вот это… – не скрывая раздражения, лорд приподнял над столом «швабру»… – на заседание Палаты Лордов и попросил выдать верительные грамоты вождю, как послу оджубеев?

– Не торопитесь, сэр Уильямс, – вкрадчиво заметил Разин, бережно доставая из папки плотный пергамент. – Это перевод узелковой грамоты, составленный старейшинами племени в присутствии стряпчих и заверенный Канцелярией Ее Высочества Златы Заморской.

– Та-ак… – протянул шеф разведки и требовательно взглянул на собеседника. – Вижу, что и это еще не все. Выкладывайте ваши сюрпризы до конца.

Одного беглого взгляда на документ вполне хватило, чтобы не сомневаться в подлинности печатей. По крайней мере, пока.

– Есть и еще, – с довольной миной подтвердил рыжий интриган, извлекая следующий документ. – А это непосредственно сам договор концессии с индейцами.

Предъявленный договор лорд Кэйли изучал минут десять. И закончил чтение изумленным возгласом:

– Здесь сказано, что срок концессии истекает через месяц?

– Именно так.

– Значит, наш вождь может заключить новый договор с кем угодно?

– С тем, кто больше заплатит, – впервые открыл рот индеец. Шеф разведки вздрогнул: посланник оджубеев говорил с легким акцентом, но фразу построил безукоризненно.

– Тогда почему вы отказываетесь от продолжения сотрудничества с русской наместницей? – подозрительно прищурился он. – Никогда не поверю, что она не пойдет на уступки.

– Она нас предала. – В голосе вождя прозвучало презренье. – Народ оджубеев не ведет дел с лжецами. Англичанин вопросительно приподнял правую бровь.

– Оджубеи и лакота-сиу – исконные враги, – внес пояснения Разин. – Кровные, можно сказать… Ее Высочество благоволит к последним. Даже личная охрана состоит только из сиу. А оджубеев держат в черном теле. Естественно, что нашего славного вождя такое положение дел не устраивает.

– Очень хорошо! – радостно потер руки лорд. Забытая сигара истекала тонкой струйкой дыма в уголочке пепельницы из черепахового панциря. – И какую цену назначит вождь за Лысую гору?

– Она не продается, – отрицательно покачал головой индеец. – Нельзя продавать то, что принадлежит Великому Отцу… – с гордым видом произнеся напыщенную фразу, он хитро сощурился: – Но наше племя готово отдать ее вам в концессию. Последнее слово он выговорил с трудом – по слогам.

– На сто лет! – закинул пробный камень англичанин. Секунду подумав, вождь важно мотнул косой:

– Хорошо. Но все должно быть без обмана.

– Для Британии честь всегда была превыше выгоды! – поспешил заверить его сэр Уильям. С не меньшим пафосом. Индеец удовлетворенно кивнул в ответ.

– Но вы так и не ответили на вопрос о цене?

– За каждый год концессии – десять дюжин одеял, пять бочонков пороха, сто фунтов свинца… – начал перечислять индеец, и был прерван нетерпеливым взмахом руки.

– Хорошо-хорошо… мы заранее согласны на все ваши условия. Вы готовы подписать соглашение прямо сейчас? – от возбуждения англичанин громко хрустнул сцепленными пальцами.

– Не торопитесь, сэр Уильям, – холодно осадил его Разин. – Мы, собственно, еще не перешли к самому прожекту.

Посредник живет один раз. Если голландский купец прав в своей оценке пройдохи, то ему следовало бы это знать. Если нет… ну что ж, это уже не его забота. Лорд Кэйли приготовился к длительному торгу.

– Я предлагаю создать совместную компанию, – деловым тоном начал русский. – С уставным капиталом в миллион фунтов стерлингов. И это по самым скромным подсчетам – на самом деле залежи Лысой горы неизмеримо больше.

– Для чего? – скептически ухмыльнулся англичанин. Никаких компаний с эти наглецом он создавать не собирался. Небольшое вознаграждение за вождя – это все, на что он может рассчитывать. – И кто даст такие деньги?

– Вы, – невозмутимо поведал беглый секретарь.

– А каков будет ваш вклад? Вместо ответа русский молча постучал себя согнутым пальцем по лбу.

– Хорошо, – нехотя согласился лорд. – Выкладывайте ваш прожект. В конце концов, несколько потерянных минут ничего не решают.

– Вы не знаете об одном нюансе. Дело в том, что охрана Лысой горы допустила сбой, и нескольким старателям удалось уйти с добычей. Когда Европа узнает об истинных запасах прииска, начнется настоящее сумасшествие.

– Я знаю об этом.

Лорд откровенно наслаждался изумлением, проступившим на вытянувшейся физиономии наглеца.