Очкарик 2 (СИ) - Афанасьев Семен

- О чем вы хотели попросить? — перебил непьющего собеседника стражник.

- Мой товар стоит очень дорого, и потенциальным покупателем может быть только ювелирный дом. В котором представители капитала повели себя не лучшим образом.

- Я не участвую в делах Улисса, — заметил Торфаальд.

- Вы являетесь правой рукой графа, владельца земель, — возразил незнакомец. — И у вас в рукояти меча — какой-то интересный магический усилитель. Мой товар может подойти вам, это раз.

- Дальше?

Видимо, ученик мага-гоблина в своём деле понимал неплохо. Надо отдать ему должное.

- Из-за того, что со мной были женщины, я первым делом должен был обеспечить их безопасность. После этого, я поторопился вернуться назад и выяснить, по какой улице вы пойдёте обратно.

- Вы же не знали, кто я?! — Торфаальд чудесно помнил начало разговора, несмотря на выпитое.

- Я не знал вашего имени и титула, — мягко поправил его собеседник. — Но я знал, что вы как минимум — лучший фехтовальщик окрестностей. Если можете справиться в одиночку с десятком противников. Ещё и без маневра, в тесном помещении… Плюс, было видно, что вы с самой вершины пирамиды городской власти.

- Хм. Разумно… Что за товар? И зачем вам деньги так срочно?

Незнакомец во второй раз вместо ответа словами предъявил содержимое нагрудного кармана.

- Изумруд? — барон против воли впился взглядом в три небольших кристалла.

- Да. Мне нужна сотня золотых. Помогите сменять камни на золото — и две десятых суммы сделки я отдам вам.

- Зачем вам сотня?! — неподдельно изумился стражник в который раз.

- На вашем рабском рынке продаются трое орков. Один из них — несовершеннолетний младенец. Ещё двое — девушки, которые по законам моей земли тоже не являются совершеннолетними.

- Хотите выкупить рабов?!

Собеседник не врал, это барон чувствовал даже без амулета.

- А вы хотели бы оставить все так, как есть?! — за словами пятнистого явно стояло что-то, что он пока просто не успел пояснить.

- Вы как-то связаны с орками? — сообразил дознаватель. — Какие-то совместные дела?

- Скорее, моральные обязательства и долг перед научной школой. Продуктом которой я являюсь.

- Вы дворянин?

- В ваших реалиях — скорее ненаследуемое дворянство. Личный титул, предоставленный кем-то из детей монарха.

- Камни продать можно, и довольно быстро, — Торфаальд поймал себя на том, что зачем-то хочет помочь другому человеку.

К тому же, графство против степняков вообще ничего не имело: в силу географических причин, поводы для разногласий последние несколько сотен лет отсутствовали.

- Так и хочется сказать, — продолжил стражник. — "Ну продайте свои камни за половину цены, выручите кочевников. Ничего, что вас потом треть пограничья может разыскивать".

- Шизофреногенные паттерны?! — неожиданно оживился пятнистый. — Сильны в ментальных закладках?!

- Вы о чем? — насторожился барон. — Поясните простыми словами.

Глава 27

— Это когда звучит посыл, логический, состоящий из двух частей. — Все так же охотно пояснил пятнистый. — Но одна часть исключает другую.

- Пример? — Торфаальд про себя подумал, что вино не такое уж и плохое, если его заинтересовали подобные отстранённые абстрактные умствования.

С другой стороны, его собеседник был явно непрост.

Несмотря на выпитое, способность рассуждать логически барон не утратил. Беседовать с живым мозгокрутом офицеру ещё не доводилось. Его собеседник, говоря о двоих своих спутницах, одну из списка кандидатур решительно исключил.

Если верить пятнистому, та дроу, считавшая себя кем-то ещё, менталистом не была. Но амулеты ювелиров тоже не ошибаются; значит, что?

Значит, либо он сам, либо орчанка. Которую он, между прочим, при первой же возможности убрал за пределы досягаемости любой городской опасности.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Кстати, езда на племенных степных жеребцах — тоже показатель определенного статуса. Хотя и не каждому понятного.

Для кого-то (хоть и для тех же гномов) племенной орочий жеребец — почти такая же лошадь, как и та, что запрягается в плуг. Но фехтовальщик, в силу опыта и образования, разницу понимал очень хорошо.

Кстати, сам Торфаальд, несмотря на услышанное во время допроса, в глубине души не верил, что ушастым и коротконогим удастся под корень извести степной народ.

Из оседлых никто не принимал во внимание того факта, что в семьях степняков меньше пяти детей практически не бывает. Такая скорость воспроизводства могла сниться только хуманам, и то не всем.

"А ведь я сейчас с пятидесятипроцентной вероятностью говорю с этим самым менталистом из них троих", — весело подумал стражник.

Понятно, что орки будут сопротивляться — и скорее всего в каком-нибудь виде сохранятся.

А вот тот, кто протягивает руку помощи в трудную минуту… Для других — в крайне неочевидный момент… Ничего не стоящий сегодня жест в будущем вполне может стать чем-то солидным.

Пятнистый, кстати, на дурака не походил. Значит, тоже знал, что делал. Влезая в достаточно горячий конфликт на стороне степняков, незнакомец явно на что-то рассчитывал.

Барон с изумлением поймал себя на том, что, подобно графу Ален, хочет сделать в мутной игре и свою ставку.

- По отдельности ваши слова вроде бы понятны, — пояснил командир трети войск графства вслух. — А в сумме их смысл от меня ускользает.

- Допустим, мать говорит родному сыну: "Отец пьяный возле забора свалился. Занеси его домой, чтобы не замерз насмерть за ночь. Пускай он и дальше мою жизнь в ад превращает…".

Торфаальд развеселился ещё больше:

- Так это повседневный жизненный пример. Я вам таких паттернов с каждой улицы по три сотни нарисую! Ни одного выдуманного, все настоящие будут.

- А в жизни патологий вообще гораздо больше, чем разумные готовы таковое признать, — не поддержал его веселья собеседник. — Отсюда и тот бред, который мы с вами регулярно наблюдаем в этой самой вашей повседневной жизни… пардон. Занесло не туда. Не хотел вас лично задеть…

- Ответ на ваш вопрос: нет, я не использовал этот раздвоенный посыл специально, — перебил барон, решив сменить тему и вернуться к делам. — Искренне сказал, что думаю. И в этих ваших ментальных закладках я не понимаю. Хотя-я-я, умозрительно поговорить с умным человеком было бы и интересно… — стражник вопросительно поднял бровь.

- Не вижу тому никаких препятствий, — аристократично пожал плечами его собеседник, не разочаровывая дознавателя. — Только давайте сперва дело уладим? Чтобы я за отрядом орквудов ночью по степи не гонялся… С деньгами в мошне. А то скоро уже и закат.

- Ваше дело яйца выеденного не стоит, — вздохнул барон. — Сейчас допьём — и пойдём. Тут идти-то три сотни шагов…

***

- Могу узнать ваш титул? — между делом спросил фехтовальщик после того, как бутылка показала своё дно и они покинули заведение.

Потянувшись на улице, Торфаальд уверенно повернул в сторону рынка.

- На родине был кем-то вроде командира сотни. Если на ваши армейские реалии перевести звание. — Ответил пятнистый, подстраиваясь под шаг спутника. — Здесь охраняю кое-кого из правящей семьи, но это не тема для обсуждения. Барон, у меня нет от вас особых секретов, но давайте для простоты считать: никакого титула у меня нет. Просто ученик мага.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

- Как скажете…

На улице дознавателя неожиданно посетила мысль: а что, если его новый знакомый уже порылся в его мозгах? И то, что дознаватель сейчас чувствует, это уже не его собственные мысли? А какая-нибудь навязанная снаружи точка зрения?