Черные ножи 5 - Игорь Александрович Шенгальц

— О будущем, о том, что могло бы быть и о том, чего не будет, — не стал скрывать своих мыслей я.

— И что же нас ждет?

— Хотел бы я знать точно… но лично у тебя все шансы прожить достойную жизнь и совершить многое. Ведь война рано или поздно закончится…

— А у тебя?

Тут я точно знал, что ответить:

— Я — солдат. Такие, как я, нужны лишь в определенные времена. Когда же надобность в нас отпадает, мы уходим. Мой удел — драться. День за днем, год за годом, жизнь за жизнью.

Лени легко погладила меня по щеке.

— Мне жаль тебя, Рудольф. Твоя ноша очень тяжела. Я бы не хотела быть тобой.

Я усмехнулся:

— Если бы мы могли выбирать, Лени… Но выбирать мы не можем, а можем лишь жить в предложенных условиях и надеяться, что делаем мир вокруг себя лучше.

— Я уже ничего не знаю, милый Рудольф. Я ни в чем не уверена. Прежде мне казалось, что мой путь понятен, теперь же я думаю иначе.

— У тебя все получится. Это я знаю точно!..

Вскоре она задремала, а я осторожно поднялся, взял портфель Штауффенберга, проигнорировав его недоуменный взгляд, прошел в хвост борта, где находился багаж, отыскал чемоданы Рифентшталь и спрятал портфель глубоко внутри среди ее личных вещей.

Даже если все сложится худшим образом, и Хегль все же решит произвести полный досмотр, то в нижнее белье Лени он точно не полезет.

После этого я вернулся на свое место, подмигнул графу, мол, не дрейфь, все в порядке, прикрыл глаза и тотчас уснул.

А проснулся, когда второй пилот тронул меня за плечо и негромко сообщил:

— Мы на подлете, посадка через четверть часа. Приготовьтесь!

Глава 19

Машину нещадно трясло на многочисленных ухабах лесной дороги, но никто, даже Лени, недовольства не выражали, терпели.

За рулем сидел я сам — таково было решение полковника. Он же показывал дорогу, ни разу не ошибившись в направлении, хотя кружить от аэропорта нам пришлось изрядно. Рифеншталь сидела позади, Клаус же разместился на переднем сиденье, рядом со мной и покуривал в приоткрытое окно.

— Фюрер прибыл в «Гнездо орла» пару дней назад, — сообщил фон Штауффенберг, выпустив наружу клуб дыма. Он уже успел собрать актуальную информацию и теперь ей делился. — Между прочим, тоже, как и мы, ехал на автомобиле от самого Арнсбурского монастыря целых двадцать пять километров. Спецпоезд пришлось оставить. И все, что мы проезжаем сейчас: Хоф-Гюль, Эберштадт, Мюнценберг, Гридель и остальные городки, он тоже видел своими глазами.

— Спецпоезд? — заинтересовался я. — Тот самый, под названием «Америка»?

— Теперь его переименовали в «Бранденбург», — пожал плечами Клаус, — сейчас состав стоит в туннеле между Гревенвисбахом и Хассельборном и в любой момент готов к отправлению. Полагаю, на нем фюрер и вернется в Берлин.

Последние слова были сказаны исключительно для госпожи Рифеншталь, которая меланхолично поглядывала на проплывающие мимо пейзажи и молчала всю дорогу. Смерть Шпеера подействовала на нее самым гнетущим образом, и даже личное приглашение Гитлера не слишком воодушевило актрису.

— Кстати, — продолжил граф, как ни в чем не бывало, — семь вагонов поезда забиты золотом и прочими ценностями, которые Гитлер приказал вывезти с территорий рейхсгау «Ватерланд». Сначала вагоны шли в другом составе, но в Дрездене их прицепили к спецпоезду, и с тех пор сокровища всегда при фюрере.

Меня эта информация весьма заинтересовала, а вот Лени даже не шевельнулась, продолжая бессмысленно смотреть в окно.

Хм, семь вагонов золота и ценностей — не тот ли это потерянный «золотой поезд», который в прошлой исторической линии вышел однажды из Бреслау в сторону Вальденбурга, но до пункта назначения тогда так и не добрался, навеки сгинув где-то в дороге?

А сейчас, получается, добрался? И я даже знаю его нынешнее местоположение. Могу ли я как-то использовать эти сведения? Непонятно. Но я отложил эти данные в своей памяти… так… на всякий случай.

Нашу машину в очередной раз остановили для проверки документов. Серьезный блок-пост: мешки с песком, легкий бронеавтомобиль с грозно торчащим пулеметным стволом, защитная полоса, слева и справа овраги — не обойти и не объехать. К счастью, у фон Штауффенберга все было в полном порядке, и, когда он показал бумаги и нам разрешили ехать дальше, я вновь тронул автомобиль с места. Чуть в стороне я заметил огороженную и хорошо охраняемую территорию, с возвышавшимися многочисленными строениями.

— Главный бункер, — пояснил Клаус, — а сразу за комплексом расположены армейские казармы. Но нам дальше. Рулите, лейтенант!

Вскоре по ходу движения вверху на холме показалась круглая сторожевая башня, высокие каменные стены и верхние этажи замка. Когда-то много сотен лет назад на башне дежурили стражники, высматривавшие неприятеля, теперь же там установили пару прожекторов — сейчас они не светили, но я увидел, как блестит стекло на солнце.

— А вот и наша цель — Цигенберг, — Штауффенберг смотрел на замок, не отрываясь. — Нам туда. Его построили еще в четырнадцатом столетии по приказу лордов Фалькенштайн, как пограничную крепость. Но все, что сохранилось до наших дней — это башня и стены, сам же замок спустя несколько столетий был полностью перестроен в небольшой дворец в стиле барокко.

— Да вы знаток истории, граф? — удивился я.

— Интересуюсь, много читаю. Сначала фюрер не хотел устраивать главную квартиру в самом замке, посчитав, что это слишком помпезно и не соответствует его имиджу простого человека, чуждого роскоши. Поэтому Шпеер выстроил целый укрепленный комплекс в долине, мы только что мимо него проезжали. Замок Крансберг и семь сооружений в Визентале тоже принадлежат к комплексу, плюс многочисленные бункеры и прочие постройки. Но сейчас Адольф решил, что все условности можно отбросить, и остановился в Цигенберге — там ему комфортнее.

Дорога свернула в лес и повела вверх по широкой спирали. Вековые деревья нависали с обеих сторон, топорща свои еще голые после зимы ветви, словно скрюченные пальцы мертвецов.

— Весь склон заминирован на случай внешней угрозы, — полковник забарабанил пальцами по приборной панели, — но я не думаю, что русские сюда дойдут. Уж скорее американцы, но для них приготовлено много сюрпризов. К тому же, на случай, если оборона комплекса будет невозможна, Цигенберг попросту взлетит на воздух. Фундамент тоже заминирован. Пусть потом роют скалы, в поисках