Хан из рода Ашина - Александр Яманов

Заодно и объяснил куманам, как брать укреплённые посёлки. Ведь куренной Санкур славится на всю степь своими воинскими навыками. О том, как он проявил себя в бою с клобуками и переяславцами девять вёсен назад, йыравы складывают песни. А простые куманы рассказывают своим детям об этих подвигах.

Скандалист, поняв, о чём речь, налился краской негодования. Народ же начал откровенно посмеиваться и улыбаться. В упомянутой мною битве Санкур показал себя трусом и сбежал с поля боя. Тогда орда неплохо огребла от молодого Мстислава Давыдовича, возглавившего объединённые дружины Переяславля, Чернигова и чёрных клобуков. Не сказать, что сражение было великим, но токсобичи и шаруканцы сильно пострадали именно из-за трусости ряда лидеров, во главе со скандалистом. Подобное здесь не забывают, как бы старательно товарищи не отбеливали свой имидж.

— В круг! Пусть Тенгри решит, кто из нас лжец и трус! — рычу, глядя в лицо струхнувшего скандалиста.

Водянистые глазёнки Санкура забегали, как у пойманного за руку мошенника. Но тут за него вступился Кеген, изображающий из себя главного миротворца народа сари-куманов.

— Здесь не сход молодых воинов, решивших состязаться в воинской удали. Или ты будешь вызывать на поединок всех людей, не согласных с твоим мнением? Далее последую я? Не много ли на себя берёшь? За нами стоят многочисленные курени и роды. С ними ты тоже начнёшь воевать?

Неплохой ход, даже поддержанный возгласами некоторых присутствующих. Только он был хорош два года назад. С тех пор многое изменилось. Даже самые отбитые вожди давно поняли, что пора объединяться. Другой вопрос, что выбрать хотя бы походного хана в нынешних условиях невозможно. Видит бог, что назови большинство имя Сукхана, я бы с радостью проголосовал за него. Потому что хан шаруканской орды единственный вменяемый политик, заботящийся о людях и о будущем всего народа. Нет ничего плохого в подчинении такому человеку. Чую, что я сам натворю ещё немало бед из-за неопытности и горячности. Но даже его время уже прошло. Сейчас моё имя на слуху у простых воинов, так как давненько половцы не били сильного врага. С учётом того, что в большом походе мы разгромили монголов, то рейтинг вашего покорного слуги в данный момент наивысший. И глупо этим не воспользоваться.

— Трусы! — делаю вид, что искренне возмущён, — Вы недостойны, называться сынами нашего народа!

Сепаратисты сразу отреагировали на обвинения. Кеген с трудом удержал Балчу, схватившегося за кинжал. Санкур же по своей шакальей привычке, что-то выкрикивал благоразумно, прикрывшись соратникам. В этот момент появился один из семёрки, который выполнял отдельный приказ. Он подал условный знак, и заговорщики пришли в движение.

— Мы покидаем курултай, — начал было говорить Кеген, но вдруг захрипел.

Оно и немудрено. Сложно разговаривать с перерезанным горлом. Расправа была молниеносной, и большинство присутствующих только схватились за кинжал, как лидеров сепаратистов и их близких перекололи, как свиней. Тут же раздались крики и звук боя в лагере оппозиционеров. Сейчас их людей и родню уничтожают объединённые отряды моих воинов. Именно моих, а не племенного ополчения разных орд. Я здесь добавил немного коварства. Представители сальцев резали отперлюев с токсоба и наоборот. И всё под приглядом моих ближников. Нет, некоторых персонажей убили кровники, попросившие свершить месть. А так получилось, что между племенами возникла дополнительная неприязнь. И один золотоволосый попаданец является единственным судьёй, который станет разбирать внутренние претензии жителей орды. Теперь больше нет сальцев или шаруканцев. Есть сари-куманы. В перспективе просто единое куманское государство, но не будем спешить. Надо довершить начатое.

Наверное, я единственный из присутствующих хранил полное спокойствие. Даже мои люди и Сукхан с окружением заметно нервничали. Чего говорить о других гостях, попытавшихся покинуть круг, но обнаруживших по его периметру две сотни закованных в броню всадников. Лучшие воины будущей армии сари-куманов сквозь металлические маски взирали на некогда грозных вождей. В свою очередь, ханы и куренные быстро поняли политику партии и перестали дёргаться. Оно и немудрено. На выборы нельзя приносить оружие, кроме кинжалов. Я тоже последовал обычаям предков, только надел свою лучшую кольчугу, спрятав её под халатом.

Тем временем крики в лагере прекратились, и к нам прискакал Тархан. Мрачный ближник просто кивнул и вновь отправился по своим делам. Под гробовое молчание присутствующих, впившихся в меня взглядами, поворачиваю голову к Сукхану.

Правитель Шарукани сначала замешкался, явно удивлённый быстрой расправой, но сразу взял себя в руки.

— Братья, куманы! Давайте продолжим курултай, и не будем обращать внимания на небольшое происшествие. Оно не должно помешать нашей цели. Пусть участь шакалов, предавших наш народ, станет примером для других, — голос хана звучал всё громче и увереннее, — Ведь здесь больше не осталось врагов сари-куманов?

Присутствующие немного затормозили, но сразу начали выражать своё полное согласие со словами авторитетного воина. Кстати, примерную речь Сукхана мы репетировали накануне, только он не ожидал, что я решу вопрос с оппозицией столь кардинально. Но человек давно во власти, поэтому его сложно удивить.

— Если все согласны со свершившейся казнью предателей, то продолжим. Я Сукхан из рода Сарукана предлагаю избрать ханом сари-куманов Алтана сына Басила.

Не знаю, все ли ошарашенные вожди поняли, что речь идёт уже не о походном лидере, а самом настоящем правителе орды. Но никто из них не возражал. А вот следующим всех удивил Мурат. Он, кстати, с упоением втыкал кинжал в Кегена, сначала полоснув того по горлу. Не знаю, чего ему сделал всегда дипломатичный хан. Это не моё дело.

— Я Мурат, потомок великого Сугура, говорящий от отперлюев, поддерживаю предложение Сукхана. Нашим ханом должен стать Алтан!

Здесь народ немного зашевелился. Ведь мой новый ближник заявил свои права на главенство в немалой орде. А на курултае хватало более опытных товарищей, мечтавших возглавить некогда сильное племя.

— Я Изай из рода Боняка, говорю от имени бури. Мой выбор — Алтан сын Басила, — произнёс невысокий воин с обветренным лицом.

Вернее, это потомок некогда великого хана, ведущий себя достаточно скромно. На самом деле ордой бурчевичей формально руководит Сукхан. Я уже сам запутался, где начинаются шаруканцы и заканчиваются бури. А ещё надо учитывать, что в разных ордах живут представители одного рода. Но всё это потом. Смотрю на мнущегося пожилого воина, являющегося авторитетным человеком у токсоба. Даже наглый и отмороженный на всю голову Чутай, не стал лезть вперёд и тоже ждал реакции товарища. Дяденька вздохнул и сделал шаг вперёд.

— Я Кутан из рода Тертер-оба, говорю от имени токсоба. Наш новый хан