Кровь на камнях - Андрей Владимирович Булычев

покажите, что вы можете быть милостивыми к тем, кто бросает оружие. Легче самим потом воевать будет!

– Ваше благородие, тут к вам тот паренёк со товарищем, что в разведку ночью ходили, а потом ещё супротив конницы с нами стояли, просится, – Кивнул в сторону двух сербов Лужин. – К нам они хотят. К Велько вначале подошли. Так-то дельные ребятки, может, возьмёте?

Перед Алексеем стоял уже знакомый Огнен и невысокий коренастый паренёк.

– А что командант ваш скажет, что мы у него воинов переманиваем к себе? – задал вопрос Егоров, выслушав сбивчивую просьбу сербов принять их к себе.

– Нет, с Братиславом Стояновичем мы всё решили, и он даже разрешил нам забрать с собой ружья, – пояснил Огнен. Правда, у моего земляка Михайло оно совсем испортилось от последнего выстрела, старое оно совсем было, от прадеда ему досталось. Как не покалечило только его, когда ему ствол разорвало!

Действительно, у крепыша на лице было несколько царапин, но он всё ещё продолжал крепко сжимать в руках бесполезную уже железку.

– Ладно, – принял решение Алексей. – Через час мы уходим. Оставляете это своё оружие в чете, оно тут нужнее. Себе вы ещё добудете и гораздо лучше. Прощайтесь с товарищами, захватывайте провизию на обратный путь и бегом к нам. Опоздаете, ждать вас не будем.

– Лужин к себе их пока в плутонг возьмёшь, парни они местные, дня на два пути округу точно должны знать.

С рассветом, распрощавшись с союзниками, рота егерей, вышла на восток по Видинскому тракту. Через несколько минут, когда скрылись предместья городка, и они уже перевалили через возвышенность, отряд резко сменил направление, уходя на север. Через день ему предстояло переправиться через Тимок и, обходя Неготин с запада, выйти к сёлам Уровица и Слатина. Уже четверо суток, сэкономленных в пути, позволяли им это сделать. И сегодня у Лёшки был день рождения. Ему исполнилось ровно двадцать лет, и четыре из них он провёл уже на этой войне.

Глава 4. Бой в Слатине

– На большом привале к Егорову подошла целая делегация. Смущённый Карпыч подкручивая седые усы, выступил вперёд:

– Ваше благородие, тут это, обчество, значится, нас сподвигнуло.

– Чего общество с вами сделало? – не понял Алексей, приподнимаясь с полога.

– Ну, это, значится, выбрало оно меня умное и складное слово вам сказать, а тут у меня, у дурака старого, как назло, всё из башки разом вылетело! – повинился ветеран. Скажу вам, значит, как оно есть. Простите, Ляксей Петрович, ежели сумбурно получится. Мы вас, егеря роты, очень уважаем и любим. За энти вот четыре года вы её почитай с рождения вынянчили. Сами-то годами молоды, а мудры не возрасту. Опять же солдата понимаете и сильно жалеете, кровь его бережёте. Шибко ценим мы это. Ну, вот как-то так, – развёл руками старый солдат. – С аменинами вас, ваше благородие! Долгих вам лет и Божьего вспоможения во всём! Примите вот от нас, не побрезгуйте. Ребятки-умельцы сами всё ладили, – и он протянул объёмный свёрток Алексею.

Развернув ткань, Лёшка достал шикарный поясной ремень с закрытым клапаном большим передним патронташем и со всевозможными подвесами, карабинчиками по бокам. Толстая, замшевая его кожа была мягкая и приятная на ощупь.

– И вот ещё к нему, – Макарович протянул две закрытые кобуры, сработанные из более грубой, чём у поясного патронташа кожи.

– А ремень-то из оле-еньей сработан, вашбродь. По нашему заказу этого рогача охотники добыли, – протянул довольно Тимофей. – Нравится?

– Спасибо, братцы, нравится! – улыбнулся Лёшка, ощупывая амуницию. – Эх и кожа! Прямо не кожа, а бархат, и крепкая, и мягкая, одно удовольствие её щупать.

Егерям была приятна такая реакция командира на их подарок.

– Понравилось, понравилось, – послышалось от расположившихся на отдых плутонгов.

К вечеру рота достигла крайней точки движения по правому берегу Тимка. Через него нужно было переправиться и уже далее двигаться в обход Неготина. Река в своём нижнем течении на глаз была шириной саженей в сто, а это что-то около двухсот метров. Глубокая. С амуницией, припасами и оружием переправиться через неё вот так, как оно есть, было невозможно. Лёшка сидел на возвышенности и в сгущающихся сумерках всматривался на противоположный берег. До ближайшего моста в Брегово был всего-то один день пути, но дело тут было даже не в расстоянии. В этом большом селе стоял крупный османский гарнизон, и два года назад егерям с ним уже пришлось повоевать, и самое плохое, завяжи они там бой, оказались бы как в тисках между османской конницей Видина, Неготина и дунайского Куделина. И никакого маневра. Больших лесов или гор там нет, так, одна лишь степь с жидкими перелесками.

– Вот стоило ему мудрствовать, переходя у Заечар на этот правый берег? Шли бы себе по левому и горя бы не знали. Называется, запутать турок хотел, отвести их глаз от главного направления. А вот как сейчас выкручиваться? – сам себя корил Алексей.

– Ваше благородие, дозор наш вернулся, доложиться хочет, примете али сказать, чтобы обождали? – обратился к ротному вестовой.

– Давай сюда, – кивнул Алексей.

– Ваш благородий, ми прошли три версты вниз рекой, там стоит хижина рыбака, – докладывал Лазар. – Семья сербы. Господарь старик и два сына, как я. Видел женщина и дети. На берегу сохнут сети и лежат две лодки. Ми немного поговорить с рыбак, он нам поможе.

– Вот как! А вот это уже интересно! Идёмте к роте! – Алексей сбежал с холма в сторону того перелеска, где расположился на отдых отряд. Через несколько минут из него вышел дозорный десяток во главе с Милорадовичем. До подхода егерей ему нужно было определиться с рыбаками – смогут ли они переправить такую массу людей за ночь? Да и вообще, нужно было твёрдо знать, можно ли было полностью этим людям доверять.

– Хозяин Петар, с сыновьями, – показал на седого худого рыбака Живан. – У старшего Деяна жена и трое детей. Младший Йован пока что не женат. Живут все вместе в одной хижине. Помочь взялись с радостью, они нас принимают за русский отряд с сербскими гайдуками, а кто же из сербов откажется помочь? И за так помогут, но я им ещё и серебра пообещал, вон посмотри, как они бедно живут.

Действительно, вокруг сквозило крайней бедностью. Детишки были одеты в рванину, да и у взрослых вид был не лучше.

– Турки бывают здесь нечасто. Изредка вдоль реки их дозоры проходят, да и то чаще всего с той, с неготинской, с левой стороны и в сторону Заечар, – рассказывал старик. – Нечасто-то нечасто, да вот скотину они