Вторжение - Даниил Сергеевич Калинин

class="p1">Я протянул девочке лишний медяк, и та счастливая скрылась за дверью.

Чур меня! Надо думать о хорошем.

Получалось слабо.

Хлеб был еще теплым и пах так вкусно, что я впился в него зубами и откусил почти половину.

Последнюю неделю я старательно примерял на себя жизнь и судьбу затворника собственной комнаты.

Выигрыш из игорного квартала и скопленные за полгода монеты все пошли на убедительные просьбы к управлению университета перенести мои экзамены и диспуты. Все прошло удачно, так же, как и сама сдача. Теперь я мог гордо нести звание бакалавра свободных искусств.

Мог, но проклятые мысли о поединке не давали мне даже мгновение порадоваться своей небольшой победе.

В печи равнодушно потрескивало занявшееся полено, а за окном завывал на тысячи голосов ветер.

В такие дни матушка рассказывала мне маленькому истории, от которых бросало в дрожь. В детстве я очень любил страшные сказки, но со счастливым концом.

Будет ли в моей настоящей истории хороший финал?

Я не знал…

Одной из самых любимых моих историй была сказка о мальчике, который не побоялся вступить в схватку с злобной ведьмой, чтобы спасти свою сестру.

Мужество — это не отсутствие страха, это обуздание его во имя высокой цели. Особенно — если это спасение других.

Этим я и утешал себя…

Злобный человек в зеленом плаще угрожал вызвать Фернандо. Если я откажусь — совершенно неуклюжего фехтовальщика, моего друга действительно убьют. Так что выбора у меня нет — отказаться от поединка невозможно…

Я глубоко вздохнул.

Поверенными и свидетелями поединка с моей стороны были Ганс и Фернандо. Я совсем не хотел втягивать в это Вальдау, но он узнал об этом почти сразу, и я догадывался кто ему рассказал.

Ганс отмахнулся от моих возражений и резонно заметил, что если эта встреча была не случайно, то можно сомневаться в том, что схватка будет проходить честно, а значит еще один клинок лишним не будет. Крыть было нечем. Я и сам почти сразу же начал задумываться о подобном.

Я отвел взгляд от огня, когда на улице начало темнеть. Тяжелые капли били в стекла моей комнаты. Надежды на то что завтра будет хорошая погода таяли, но отказываться от своего плана на вечер я не стал.

Наполненная горячей водой бадья с плавающими в ней пахучими веточками лаванды заполнила своим паром всю помывочную комнату. Расслабляющий аромат наполнил легкие, и я закрыл глаза от удовольствия.

— Удачи вам завтра, сеньор. — улыбнулась перед уходом девочка.

— А с чего ты взяла, что она мне понадобиться? — я удивленно повернулся, мысленно отвешивая Фернандо оплеуху. Вот язык без костей!

— Вы уходите рано утром. Вы отдали одежду на стирку. Вы решили расслабиться. И вот там, — она показала на полку. — стоит бутылка вина. Все признаки, что завтра у вас намечается важное дело.

Я бросил ей медяк.

— Тебе бы в тайный сыск. Цены не будет.

— Благодарю, господин, мне и здесь хорошо. — игриво подмигнула дочь хозяина дома.

С глубоким выдохом я погрузился в воду по самые губы. Запах лаванды приятно щекотал ноздри. Я откинулся назад и прикрыл глаза.

Все должно быть хорошо. Этот задира не показался мне опытным бойцом и уже тем более решительным и смелым. Возможно, я смогу закончить дело просто пустив ему немного крови.

Но что если все это было не случайно? Ведь мне по-прежнему казалось, что я его где-то видел.

Что будет с Викторией, если со мной произойдет страшное? А как отреагирует матушка?

Я решил их не беспокоить и нечего не говорить, но поединок может закончиться не в мою пользу. Что будет с ними?

Я приложился к горлышку бутылки с красным французским.

А мои родичи из королевства знают толк в виноделии!

Янтарная жидкость прокатилась по горлу и смыла все темные мысли. Вспомнилось, как я выскочил из воды перед Викторией именно здесь. Вспомнились ее темные глаза и нежные руки.

Как только все закончится, сразу же поеду к ней. Здесь меня уже больше ничего не держит. А друзьям я всегда буду рад. Главное, чтобы они приезжали. Главное выжить.

Как только вода начала холоднеть, а глаза слипаться, я быстро вернулся в комнату, чтобы перехватить хоть немного сна. Чистое тело опустилось на свежие простыни, и я провалился в абсолютную тьму, в которой не было ничего кроме голосов, которые сливались в одно единственное слово — осторожнее.

— Себастьян, нам пора. — голос Вальдау за дверью мгновенно привел меня в чувство, сон как рукой сняло.

Я открыл дверь.

— Заходи. Чувствуй себя как дома.

— Хорошо выглядишь. — улыбнулся товарищ, за его спиной нервно перебирал шарф Фернандо. — Твое оружие.

На стол легла рапира в обтянутых черной кожей ножнах.

— Не думаю, что нас ждут проблемы. — я натягивал сапоги. — Поцарапаю физиономию этого типа, чтобы он запомнил свою глупость, и разойдемся. Выпивка за мой счет.

— Это будет прекрасно. — Ганс сел на стул. — Но на всякий случай…- он откинул плащ и на свет явилась его рапира с витой гардой.

— Да, — кивнул я, — лишним не будет.

Дождь закончился и над улицами и домами стоял вязкий седой туман. Солнце еще не собиралось подниматься из-за горизонта, но и до места схватки идти было не близко.

Мы шли молча. Слова сейчас были лишними.

Пели ночные птицы. Равнодушно смотрели на грешную землю звезды.

— Уже стоят. — Ганс дернул шеей.

У кромки леса на небольшой поляне стояла троица в черных плащах.

Желудок предательски свело. Я вздохнул ртом. С каждым шагом ноги наливались свинцом.

Рядом с моим оппонентом расположились двое с идеально ровными спинами. Слева находился рыжеусый коротышка с широченными плечами, а справа почти близнец Вальдау, только усов у него не было. За плащами было не разглядеть наличие оружия, но у Ганса было также. Оба выглядели как опытные бойцы, а значит опасения друга могли подтвердиться.

— Господа. — я коротким кивком приветствовал троицу. Она ответила тем же.

— Не могу не предложить оставить разногласия и перейти к примирению. — Ганс, расположившийся по правую руку от меня, сделал шаг вперед.

— К сожалению, это не может быть возможно. — произнес коротышка. — Даже если вы принесете извинения.

Я зло сжал зубы.

— Что ж. Мы не будем настаивать. — кивнул Вальдау.

— Могу я узнать имя своего соперника? — я смотрел в глаза противнику.

— Арнольд Готфрид фон Райхенау. — быстро произнес он.

По моей спине пробежали мурашки… Эта жаба — один из племянников епископа!

Я вспомнил, где я видел этого неприятного человека. Именно он убежал от лишних глаз, когда слуги инквизиции пытались забрать с собой зазывалу.

Значит, все-таки встреча в игорном доме была не случайной.

— Себастьян фон Ронин. — я недобро улыбнулся.

— В курсе. — с мерзкой гримасой бросил Райхенау. — виделись.

Ну, точно все подстроено.

— Господа, расходитесь и по готовности начнем поединок. — четко произнес двойник Вальдау.

Мы отошли друг от друга шагов на двадцать.

— Все подстроено. — прошептал я на ухо Гансу. — Будь готов!

Тот с невозмутимым лицом подал мне рапиру.

— Это я уже понял по виду его друзей. Боюсь придется спасать тебя даже в случае твоей победы над этим индюком. А ты еще не хотел, чтобы я шел.

— Глупец. — улыбнулся я.

— Глупец. — повторил друг вполне серьезно.

На Фернандо было страшно смотреть, тюрингец был чуть светлее белых простыней и его трясло как от мороза. Вальдау дал ему испанскую наваху, на всякий случай, но я особенно на него не рассчитывал.

— Вы готовы? — голос коротышки разорвал тишину.

— Да. — кивнул я. — Мы готовы.

— Сходитесь.

Двигался мой визави несмотря на свою комплекцию легко и ничуть не скованно. Рапира в его руках качалась, словно на волнах выискивая бреши в моей защите. Я в который раз пожалел, что не придавал должного значения урокам рапиры.

Я сделал быстрый выпад, метя в лицо Арнольда. Тот быстро уклонился — и тотчас последовала контратака.

Глаза мои то и дело смотрели за спину противника на его спутников. Те стояли недвижимо.

— Вижу, ты узнал меня, малец. — Райхенау решил поговорить.

— Узнал. — не стал вдаваться в подробности я и сделал еще один выпад, разбившийся о грамотную защиту.

— Тогда знаешь, что жалости от меня ты не дождешься.

Я не стал отвечать, это было понятно и так. А самое главное я получал новые проблемы даже в случае выигрыша. Такие родственнички прекрасно умеют плакаться своим высоким покровителям.

Противник неожиданно обрушил на меня целый град ударов. Кисть заболела от постоянной защиты. Острие рапиры Райхенау словно превратилось в голову змеи жаждавшей смерти. Об атаке сложно