Союз Аустерлица - Августин Ангелов

врагам преодолеть было бы очень трудно, поскольку вся дорога полностью простреливалась сверху. И, разумеется, венцом всей городской архитектуры выглядел замок Здешов-Козел, возвышающийся над городом своими башнями, стоящими на перевале между двух гор, словно исполинская королевская корона с зубцами. Во всяком случае, подсвеченный солнцем, замок производил именно такое впечатление. И за ним, разумеется, тоже скрывалась собственная славная история, о которой говорил мне барон Томаш. Глядя на всю эту величественную средневековую архитектуру, я думал о том, что здесь меня ждут не только новые приключения, но и новые испытания, которые вскоре проверят на прочность силу моего духа.

Глава 24

После первой неудачной попытки войти в Здешовскую долину, французы пока решили отступить. Понеся тяжелые потери в пехоте и не добившись существенного истощения сил защитников, маршал Мюрат не рискнул послать на верную смерть свою конницу. Но, его войска надежно блокировали выход из долины, установив настоящую блокаду с запада, со стороны соседнего города Вестина. Французы ждали подкреплений и надеялись повторить штурм с более благоприятным исходом для себя.

Маршал Мюрат считал, что его решение не рисковать конницей было достаточно мудрым. Он понимал, что каждый его кавалерист — это не просто какой-то занюханный пехотинец, а часть великой французской мечты о победе над другими армиями Европы. Ведь каждый французский мальчишка, конечно же, мечтает стать именно бравым кавалеристом! Даже сам Мюрат всегда мечтал о воинской славе лихого всадника, вполне достигнув ее. Но, теперь эта слава, которую он завоевал, служа Наполеону, казалось, снова ускользала от него, рассеиваясь, словно дым костра под холодным ветром на биваке в морозный зимний день. Когда офицеры доложили маршалу о количестве потерь, ему не захотелось повторять ошибку, которая могла стоить ему уже не только тысяч пехотинцев, павших в безуспешной попытке прорваться в злополучную долину, но и его собственной репутации удачливого военачальника, близкого к самому Бонапарту. И Мюрат не собирался терять авторитет в глазах императора всех французов. Запросив помощь, он, на этот раз, предпочел выждать.

Французские войска, вынужденно вставшие у входа в Здешовскую долину, поскольку не смогли прорваться в нее с первой попытки, занимались тем, что строили оборонительные сооружения, оборудуя дополнительные позиции для артиллерии, которую постепенно подвозили из трофеев, взятых французской армией после побед при Ульме и Аустерлице. Французские солдаты вынужденно ждали подкреплений, которые должны были помочь изменить ход событий. А офицеры в штабе маршала Мюрата обсуждали, как будет выглядеть новый штурм и какие тактические приемы они смогут применить, чтобы все-таки занять непокорную долину, в которой засели большие силы австрийского ландштурма. Но, в штабных разговорах слышались и нотки сомнений: а что, если снова ничего не получится? И потому каждый час ожидания был пропитан для офицеров Мюрата неуверенностью в успехе.

О настроениях в стане неприятеля разведчики регулярно сообщали графу Йозефу. Отправляя сообщения с почтовыми голубями, агенты графа докладывали, что в рядах французов после сражения в узости «бутылочного горлышка» боевой настрой сменился неуверенностью и тревогой. И каждый французский солдат, вернувшийся с поля боя после поражения в попытке прорваться в Здешовскую долину, не только нес в себе эту неуверенность в собственных силах, но и распространял ее среди товарищей по оружию. Уставшие от долгих маршей и непрекращающихся сражений, французы искали утешение в объятьях обозных маркитанток и горожанок оккупированного Вестина. Но, покоя на душе у солдат маршала Мюрата не было. И даже плотские утехи не помогали избавиться от уныния.

Ведь им, завоевателям, уже казалось, что эта очередная война выиграна и закончена. Еще совсем недавно в лагерях французских солдат, среди смеха и песен, раздавались разговоры о том, как они были вознаграждены Фортуной прекрасной победой. Они тогда думали только о том, что им надоело быть частью этой войны в далеких краях, вспоминая о своих семьях, о матерях, которые ждут их возвращения, и о девушках, которые пообещали им верность в далекой Франции. И в их сердцах разгоралось желание поскорее вернуться домой с вестями о победе и славе, чтобы оправдать надежды тех, кто их ждал. Почувствовав победный кураж, французы уже расслабились и никак не ожидали, что боевые действия против австрийцев, засевших в горной долине, придется возобновлять с новой силой, и что война затянется на неопределенный срок.

В это время в лагере защитников долины все понимали, что нужно подготавливаться к новому нападению. Чувствуя свою силу и единство, моравские ополченцы тщательно готовились к неприятельскому штурму. Их дух был высок, и каждый из них отлично понимал, что эта долина с ее полями, холмами и маленькими речками, была не просто географической точкой, а их родным домом. Они знали, что каждый день, проведенный в ожидании неприятельской атаки, приближает их к решающему моменту, когда им придется отстоять свои права на эту землю в новом сражении против французов. Потому каждый из ополченцев, призванный из жителей этих мест, понимал, что родной край стоит на пороге великого испытания.

Но, несмотря на все тревоги, в воздухе Здешовской долины все-таки витала надежда. Ведь ходили слухи, что Россия обязательно поможет, прислав свои войска. Не даром же рядом с главными людьми новой моравской власти присутствует русский князь Андрей? И люди шептались о том, что он настоящий герой, имеющий влияние не только на Кутузова, но и на русского императора Александра.

Кроме того, ополченцы верили в своих командиров. Граф Йозеф и барон Томаш представлялись им умудренными людьми с огненными взорами, твердыми руками и со стальной волей, но со справедливостью в сердцах. Новые правители, казалось, отлично осознавали, что нужно укреплять не только стены оборонительных сооружений, но дух народа и взаимопомощь всех людей, независимо от сословий. И жители города Здешов одобряли действия своей новой власти. Они хорошо понимали, что именно это сплочение в едином порыве отстоять свою землю, может стать решающим фактором, когда придется сражаться плечом к плечу против французов, если они все-таки захватят долину, встав осадой под городскими стенами.

Моравские полки остались на прежних позициях, пополняемые свежими силами посредством регулярной ротации, которую я посоветовал наладить графу Йозефу, как только мы с бароном Томашом вернулись в штаб обороны. И я заметил, что к моим советам прислушивались все больше. К тому же, как выяснилось, бесшабашным порывом помочь эрцгерцогу Фердинанду в недавней контратаке против прорвавшихся французов, я упрочил свою репутацию героического русского князя. Тем более, что барон Томаш сразу же рассказал об этом происшествии на правофланговом редуте всем штабным.

После той памятной контратаки, где я пришел на помощь эрцгерцогу Фердинанду,