Апогей. Часть 1 - Руслан Темир

в жизни не был. Машина с личным водителем и первый класс самолета. — Усмехнулся Марк, тем самым вызвав удивление друзей.

— О, а ты у нас теперь в Петросяна заделался? — Саша посмотрел на Сахарова и вскинул брови. — Выздоравливаешь прямо не по дням, а по часам, скоро таким темпом первый стенд-ап клуб в «Истоке» откроешь. И вообще, ты знаешь как это отвратительно, машина с водителем и первый класс? Стоишь в тех же самых пробках, что и челядь, в самолете обычно Моет Шандон наливают — копеечное пойло, нет бы Кристалл. Одни страдания, вам в метро такое и не снилось.

Засмеялись даже те, кто не участвовал в разговоре.

— Это тебе уже в пору «Камеди клаб» организовывать. — Ответил Джавид. — Нам до твоих юмористических способностей далеко.

— Ну нет уж, увольте. — Отмахнулась Вика. — Он язвить начинает только в очень раздраженном состоянии. Вам то смешно, а мне потом его брюзжание весь вечер слушать.

— Придется смириться. — Князев, не стесняясь, обнял Колмагорову. — Такова судьба спутницы комедианта.

Очередная волна смеха разрядила напряженную предполётную атмосферу. Даже вечно хмурый Воеводов не сдержался и улыбнулся.

— Вот покончим с «Проталием» не только стенд-ап клуб организуем. — Мечтательно вздохнул Джавид. — Представляете, как мы жить начнем? Такая свобода, делай что хочешь, не надо пахать каждый день, чтобы заработать на еду и крышу над головой. Не надо покупать билеты, проходить ад получения виз. Путешествия, походы, необычные места на планете, любой досуг, какой заблагорассудится!

— Насчет любого досуга. Тафар с Агнией с тобой бы не согласились. — Присоединился к разговору Стив, обескуражив друзей своими словами. Никто не понял, всерьез он говорит, или шутит. — Ребята тоже хотели проводить время, так как им нравится, но не получилось, не срослось.

— Так, Стива в «Камеди» не берем. — Нарушил повисшую паузу Князев. — Нам невдомек загадочный американский юмор.

— Разница культурного кода, что поделаешь. — Наигранно вздохнул Прайс. — Это я еще про афроамериканцев шутить не начал.

— Оу-оу-оу, полегче парень. — Джавид выставил руки перед собой в защитной позе. — На святое покушаешься?

— На твоих предков что-ли? — Не понял Прайс.

— Вообще-то светоч Русской литературы — Александр Сергеевич Пушкин, тоже частично негр. Так-то поосторожнее с этим.

— Хватит уже. — Подавив приступ смеха, сказала Аня. — У меня уже живот болит смеяться.

— Да, давайте сворачивать наше «Кривое зеркало». — Князев с трудом прекратил смеяться. — К серьезному делу готовимся.

— Все правильно делаете. — Воеводов, перестав гладить собаку, подошел ближе. — Вы еще не слышали, как вояки перед заданием хохмят, там любой Харламов и Воля обзавидуются. Есть такая примета серди спецов: чем проще и легче ушел на миссию, тем глаже она пройдет.

— Отлично, значит не нарушаем традиции. — Саша поочередно посмотрел на небо и на конвертоплан. — По коням?

— По коням. — Воеводов пожал руку Князеву и забрался в «Валькирию», на ходу попрощавшись со всеми остальными.

За ним последовали и Тимур с Марком, подходя к друзьям и обнимая их, так словно улетают на год, а не на несколько дней. Последним в конвертоплан залез Федорович, и, получив разрешение на взлет, запустил двигатели. Провожающие отступили от «Валькирии», прикрываясь от тугих потоков воздуха. Летательный аппарат плавно оторвался от земли и со скоростью лифта начала набирать высоту, словно не хотел покидать отчий дом. Когда конвертоплан поднялся на сотню метров, винты на крыльях повернулись в горизонтальное положение и «Валькирия» устремилась вперед.

— Ну давайте, ребят, ни пуха, как говорится. — Сказал в след улетающим Князев, крепче обняв Вику.

Часть 3

Глава 2

2 декабря

07.01 по московскому времени

Воздушное пространство

Краснодарский край

Марк проводил взглядом проплывающее под брюхом конвертоплана бурые горы и отошел от иллюминатора. Ничего интересного, безжизненный и унылый пейзаж. Начало зимы со своим шармом увядания лишь подчеркнуло более депрессивными красками тоску и горесть, раскидав их по картине гибели человечества. Голые деревья стыдливо трясут ветвями, столпившись вокруг домов, превратившихся в братские могилы. Гудят ветром в ветвях, словно оплакивают близких на похоронах. Первые месяцы после эпидемии буйные и жизнеутверждающие краски лета оттеняли траурную атмосферу, бьющая ключом природа будто отказывалась замечать смерть одного из видов. Наоборот, словно вдохнула полной грудью, развернула плечи и воспряла от тяжело гнета. Но сейчас, с приходом зимы, словно прошел посттравматический шок, и она осознала потерю, поливая землю дождями слез, завывая ветрами и со злостью срывая так не подходящие трауру яркие краски.

Усевшись обратно в кресло, Сахаров открыл передний карман рюкзака. Покопавшись, выудил смартфон, тот, который раздобыл в Москве, сразу после того, как выбрался из больницы. Именно тогда и встретил Джавида, так что возможно этот телефон спас ему жизнь. Включил, аккумулятор заряжен полностью. Почти никогда им не пользовался, лишь во время поездок на мотоцикле в роли навигатора. Стив успел поколдовать над смартфоном, заменив батарею, так что о зарядке можно забыть минимум на месяц. Открыл музыкальный проигрыватель. Удивился, обнаружив свой плейлист пятилетней давности, но потом вспомнил, что телефон синхронизирует всю информацию из облака, когда входишь в свою учетную запись. Скорее всего, когда включил первый раз и еще был жив интернет, телефон успел зацепить эти крпицы прошлой жизни. Вставив капли беспроводных наушников, нажал кнопку «плей». Что заиграет — без разницы, доверился рандому. Песню узнал по первым же нотам — «Street spirit» группы Radio Head, идеальный саундтрек к пейзажу за окном. Закрыл глаза и откинул голову на подголовник, позволяя музыке унести себя на волнах ностальгии.

Воеводов, посмотрев на Сахарова и такого же задумчивого Юлаева, не стал беспокоить ребят и перебрался в кабину к Михаилу.

— Как полет?

— Да как по маслу. — Ответил Федорович, расслаблено держа одну руку на штурвале. — Большую часть за меня автопилот делает, я лишь так, контролирую.

— Ясно. Где первое приземление планируешь сделать?

— В Хабаровске. Как раз половина пути, семь тысяч километров. По прямой вышло бы быстрее, но мы по дуге обогнем Казахстан и Монголию. К вечеру доберемся. Там и размяться можно будет, я «Валькирию» как раз проверю, после такого длительного и непрерывного полета. Да и вам лучше будет на твердой земле хоть полчасика постоять, а то с непривычки шатать будет, как на палубе в качку.

— Ничего, не в первый раз летаю, а пацанам полезно вестибулярный аппарат потренировать. — Воеводов повернулся и посмотрел в салон. — Хотя Марку вообще по борту. Он при перелете в Москву спал как младенец.

— Да он вообще непробиваемый, всегда спокойный и отрешенный какой-то.

— Это ты его еще вне себя не видел. Даже я его в таком состоянии опасаюсь.

— Ну раз уж ты его опасаешься, то у меня вообще нет желания его таким лицезреть, пусть лучше спокойным и остаётся. — Михаил улыбнулся и повернул штурвал, закладываю 'Валькирию в поворот.

База «Исток».

— Вот и улетели. — Вздохнул Князев, смотря в пустое хмурое небо.

— Скоро вернутся. — Ответил Серго, поглаживая сидящего рядом Султана. — Саш, я на базу под Майкоп погоню, возьму с собой пятерых. Надо быть готовыми к запуску.

— Хорошо, без вопросов. — Князев повернулся и посмотрел на разбредающихся друзей.

— Пса с собой забрать или здесь оставить? — Спросил Абухба.

Князев посмотрел на алабая, пес сидит спокойно, с грустными глазами смотрит вдаль, словно где-то там видит улетевший конвертоплан.

— Оставь здесь, хозяина встретит, как тот прилетит, да и тебе мороки меньше будет. — Ответил Князев.

— Да, пусть лучше у нас тут будет, я за ним присмотрю. — Вика присела и подозвала волкодава к себе.

На удивление Султан послушно подошел и спокойно дал себя погладить.

— Жене он понравится. Ты бы видел, как она за белками бегает, а тут такой большой и хороший песик. — Вика потрепала пса по загривку, и ему это явно понравилось.

— На этом и порешаем. — Серго пожал руку Князеву и кивнул Вике. — Ладно, я поехал. Вертолет гонять не надо, не люблю я их. Потом еще пару часов голова кружится.

— Без проблем. Ты только на связь почаще выходи, что там как продвигается. Не пропадай. — Князев проводил Серго взглядом и повернулся к Вике.

— Нервничаешь? — Спросила девушка.

— Есть немного. Считай один тут за старшего остался, если Рому не считать.

— Про Бориса с Белозерским забыл, и Мила еще.

— Они, конечно, помогают, но стараются в общие дела «Истока» не лезть. — Князев присел рядом и тоже