Проект Re: Плененная скукой - Emory Faded

Мияко правильно сделала, что поставила их в середину, себя впереди и меня сзади. Таким образом, если кто-то встретиться нам по пути, она либо скажет остановится, либо продолжить идти. Есть ещё, конечно, озвученный ей вариант про «бросать и бежать», но вероятность того, что этот вариант понадобиться — мал. Я думаю, скорее она так пыталась лишний раз припугнуть этих двоих, придав лишний раз серьёзность этой работе.

Ведь чем серьёзней эти двое будут к ней относиться, тем меньше шансов, что они оплошают. И судя по тому, как бережно они несут Харуцугу, попутно вглядываясь в каждый угол и переулок — это сработало.

Так, вполне спокойно, мы прошли чуть больше половины пути, пока наши «рабочие» неожиданно не затормозили.

Поскольку я шёл следом за ними, я остановился почти сразу. Мияко же остановилась только тогда, когда поняла, что не слышит шагов позади себя. Она развернулась и начала идти в их сторону, явно намереваясь разобраться в чём дело.

— Эй, ты чего, Лом, — обратился толстый ко второму, видимо не понимаю, в чём дело.

— Деньги, — ответил он.

— Чо?

— Пускай деньги сначала переведут, — объяснил он, когда Мияко уже подошла.

Она смерила их взглядом и…

— Что ж, вполне логично, — после этого достала и разблокировала свой телефон, свет от экрана которого осветил тёмную улицу. — Диктуйте номера карт.

«Ого, не похоже на неё,» — прокомментировал я про себя, слушая, как они по одному продиктовали номера, которые Мияко вбивала в свой телефон.

Через несколько секунд раздались звуки уведомления от телефонов этих двоих. Они быстро, но аккуратно положили мешок на землю и посмотрели в свои телефоны.

Сперва на их лицах расплылась улыбка, но потом она сменилась недовольством. Особенно — у того, которого второй называет «Ломом».

— У меня половина суммы, — проговорил он своему другу, который в ответ кивнул.

— У меня тоже.

— Какого? — он повернулся к Мияко. — Это что, типо аванс? Остальное, как закончим?

— Нет. Это вся сумма за вашу работу.

Они оба не сразу поняли, что она сказала, но всё же спохватились.

— Но мы же договаривались на сумму в два раза больше! — поднял он голос, чуть ли не прорычав.

— Верно, — флегматично сказала Мияко. — Но это была изначальная сумма. Помните, что я вам перед этим говорила? Я вам озвучила свои правила и требования. Одно из них звучало так: «Без приказа никакого самовольства». Что же сделали вы? — замолчала она, давая осознать им свою ошибку. И дав её осознать продолжила. — Вы остановились. Я такого приказа не давала. Цена за нарушение первого приказа — половина от изначальной суммы. Так что всё верно.

— Так не пойдёт! Мы просто хотели убедиться, что мы получим наши деньги — и всё!

— Да, я это понимаю. Вполне нормальная причина, поэтому я даже не злюсь. Но тут суть в другом. Своей выходкой вы могли подставить меня, вашего заказчика. Если брать в пример те же кланы, то там за такое убивают. Я же просто лишила вас половины суммы. Да и всё равно даже такая сумма по местным меркам — это невообразимая цена за такую лёгкую работу. Так что советую вам перестать об этом думать и взяться за работу.

— А иначе что?! — с вызовом спросил он.

Мияко устало выдохнула и закатила глаза.

— Очевидно же. Я вам об этом уже говорила, когда предлагала эту работу, — и после этих слов указала указательным пальцем на мешок. — А иначе вы и все, кто вам дорог, даже если это дети, окажетесь вот в таких вот мешках.

Она не повышала голос, не меняла тон и не была раздражённой. Сейчас она скорее казалось… уставшей. И это очень сильно контрастировало с теми словами, что она только что произнесла. Кто-то бы, наверное, подумал, что это шутка — и не более. Но эти два парня явно ей поверили. Было видно, как сильно они напряглись, услышав это из её уст.

— Я понял.

На этот раз первым отреагировал тот, что толстый, хотя до этого первенство всегда было за Ломом. Лом же перекинул взгляд с Мияко на своего напарника, который уже взялся за ноги Харуцугу через мешок, а после снова на Мияко. И так, ничего не сказав, он убрал телефон из руку в карман и повернулся к ней спиной, взяв мешок.

— Раз этот вопрос уладили, то двигаемся дальше. И напомню на всякий случай: нарушите ещё раз — вернёте обратно все перечисленные деньги. А если не вернёте, то вам же хуже будет.

Эти двое ей ничего не ответили. Вместо этого молча подняли мешок и понесли его вслед за уже двинувшейся Мияко. Мне же оставалось лишь неспешно идти за ними следом.

Так мы и дошли через некоторое время до заранее обговорённого пункта назначения — тёмного, ничем не освещающегося переулка с двумя стоящими рядом друг с другом мусорками.

— Кладите тут, — скомандовала Мияко, указав пальцем рядом с одной из мусорок.

И стоило им это сделать, как она продолжила.

— На этом всё. Вы свободны. Но напомню: никому не слова о том, что сегодня было и что вы делали. Лучше вовсе выкиньте это из памяти. И понятно, что будет с вами, если я узнаю, что вы распространились об этом?

Они закивали ей, стараясь лишний раз не встречаться с ней взглядами.

— Всё, идите, — махнула она рукой, словно отмахиваясь от мух.

Но этих двоих это совершенно не заботило. Они сразу же развернулись и куда-то направились, даже ничего не сказав.

Мы подождали пока они скроются.

— Осмотримся? — спросила Мияко.

Я кивнул.

— Тогда я осмотрю ту сторону, — кивнула она туда, откуда мы пришли и куда, заодно, после ушли парни.

Я не стал возражать и направился в другую сторону, не забывая осматривать и окна домов, из которых нас вполне могли увидеть.

Наш общий осмотр занял около трех-четырёх минут, после которых мы вернулись к Харуцугу, всё так же лежащему на том же месте.

«Он ещё, скорее всего, не очнулся. Нам это на руку. Надеюсь, он очнётся ещё не скоро. Желательно, чтобы не раньше попадания в больницу.»

— Распаковываем, — сказал я, протянув Мияко свою вторую перчатку.

— Может, я одна это сделаю?

— Вдвоём будет проще.

Она не стала