Минометчики - Алексей Дягилев

Также в лесу, закрепился и один из взводов на правом. На этот раз попались какие-то неправильные немцы. Они наступали без танков, зато миномёты использовали на сто с лишним процентов. Во-первых, свои «пятаки» они собрали со всех рот, и установили в одном месте, а это девять штук, и обстреливали из них опушку. Стрелять приходилось на пределе дальности, да и мина слабовата, но тут количество забивало качество, а бэка у них точно был резиновый. Во-вторых, следующую полосу леса, обрабатывали батальонные самовары, перенося огонь по фронту и в глубину, тем самым не давая отойти нашим с рубежа. И потери начали расти. Вдобавок ко всему по нам работал как минимум один миномёт, и мы даже не могли носа высунуть из своей ямы, а не то, что помочь нашим или сменить позицию. Ну, и пока шла такая пьянка, отступившие фрицы подползли на расстояние гранатного броска и атаковали. Сначала взлетела ракета, потом полетели гранаты, и вместе с разрывами последних мин и первых гранат, фрицы ломанулись в атаку.

Сапёры не выдержали и попятились. Прикрывать отход остались раненые и домашние заготовки. Хорошо, что миномётный огонь к тому времени прекратился, поэтому вылезаем из ямы и, схватив всё, бежим на запасную позицию. Миномёт даже не разбирали, только отцепили опорную плиту. Лёха несёт ствол и двуногу-лафет, закинув всё на плечо, Сашка плиту и лоток с минами для симметрии. Мы с Федей всё остальное, включая мешок с картошкой, Ерёма прикрывает. Двести метров по пересечёнке и снегу мы проскочили на одном дыхании, заняли позицию на берегу лесного ручья и приготовились прикрыть отход, но пока стрелять было некуда. На опушке раздавалась пальба и взрывы гранат, и что там творится, сперва было не разобрать, а потом позицию на восточном берегу ручья, стали занимать отступившие бойцы сапёрной роты. Немцы замешкались, и сапёры успели отойти, за ними попятилась первая рота, и только вторая осталась на месте, успешно отбивая все атаки. Бойцы второй роты изначально находились в лесу, поэтому придерживались вчерашней тактики, подпустив противника метров на полста, открыли по нему плотный ружейно-пулемётный огонь и не отходили ни на шаг. Стрелять из миномётов в таком разе было бесполезно, даже с корректировкой. Немецкие канониры могли поразить как чужих, так и своих. Вот миномёты и не стреляли, во всяком случае, пока не придумают очередную пакость.

Сапёры отошли, но в глаза друг другу старались не смотреть. Вариант с отходом был предусмотрен заранее, но вот оставлять тяжелораненых никто не планировал. Не все трёхсотые, конечно, остались, у кого были ранения в верхние конечности, и кто мог сам идти, отошли, а кому не повезло, у тех были с собой лимонки, это вместо последнего патрона. Вот почему и взрывов было гораздо больше, чем стояло мин и растяжек. Эвакуировать сразу после ранения никого не получилось, шёл артобстрел, а закончился он атакой врага, практически с пистолетной дистанции.

Повезло ещё тем, что позиции заняли не на самой опушке, а немного оттянувшись вглубь. Сектора обстрела конечно сужались, но для винтовок и карабинов это было не критично. Так что несмотря на внезапность атаки, некоторые бойцы успели сделать по несколько выстрелов, и даже кинуть гранаты. Кто-то схватился в рукопашную, отмахиваясь топором, кто-то подорвался на своей гранате, но остальные убежали. Отошёл и правый фланг первой роты, потянув за собой левый. И только вторая рота отошла по приказу, по рубежам прикрывая друг друга. Немцы это заметили и продвинулись вперёд, что сделали зря, опять получив по зубам и отняв хлеб у своих миномётчиков. Правда ротные миномёты и так не стреляли, им нужно было менять позицию, а вот батальонные лишились целей.

Достигнув опушки, фрицы подзадержались. Сначала добивали раненых и подрывались на растяжках, не понимая, — кто кидает гранаты? Целое отделение ломанулось по дороге и нарвалось на куст противопехоток. Причем мины сработали как спереди, так и сзади, а сверху ещё упали деревья, придавив и так глубоко несчастных подорванцев. Вперёд продвинулся только взвод на нашем правом фланге, но обозлённые потерями сапёры, неожиданно контратаковали, и уничтожили подразделение почти полностью, штыками и топорами. Чудом оставшиеся в живых самые быстроногие олени, потом наверное долго заикались. Подловил я и немецких миномётчиков, устроив им кровавую баню на дороге, правда для этого пришлось залезать на дерево, а потом падать вниз, но овчинка того стоила.

Поняв, что по ним никто не стреляет, канониры собрали свои пукалки, и в наглую пошли по дороге. Позади ехала коняга с санями, которая везла боеприпасы. Дойдя до опушки, гансы в конец оборзели и, установив «пятаки» прямо на дороге, начали разгружать транспорт. Тут я уже не стерпел и отдал команду, открыть огонь. Все мины, которые у нас были на запасной позиции, мы израсходовали по цели, потом правда пришлось бросить всё и уносить ноги, потому что по нам стреляла целая батарея. Ближайшие к нашей позиции бойцы, тоже не стали искушать судьбу и разбежались в разные стороны. Если бы фрицы сейчас пошли в наступление, то они бы прорвались, но больных на голову среди них тоже не нашлось, поэтому все старания немецких канониров пропали втуне. Миномёт уцелел. Мы его правда свалили в сугроб, перед тем как убежать, всё-таки ствол раскалился, да и далеко с таким грузом не убежишь. Всё лишнее тоже пришлось бросить, так что на ужин мы остались без картошки. Прямое попадание в мешок, не оставило никаких шансов на сытный ужин, хотя до него нужно было ещё дожить. Больше всего после нашей диверсии, мне было жалко лошадь, бедное животное пострадало безвинно. А вот за разгромленную батарею я бы и ещё мешка с картошкой не пожалел.

После всего случившегося, пришлось ещё отходить, потому что немцы как-то подозрительно отступили, поэтому не менее подозрительно мы сделали ноги на восток. Так что выйти из-под очередного артминомётного обстрела, успели без потерь. Гансы всерьёз огорчились и нажаловались старшим дядям, что их обижают, поэтому акромя всякой мелочи, полетели и снаряды крупного калибра.

Глава 25

Очередной огневой рубеж занимаем в полукилометре от ручья. Первая рота справа, вторая слева от дороги фронтом на запад. Разведрота также оттянулась на север, и теперь стык между нашими подразделениями просматривался и простреливался пулемётным огнём. Сапёры захватили трофеи, среди которых два пулемёта, тем самым они восстановили потери в автоматическом оружии, но к сожалению не в людях. Эмгачи разделили по-братски, а идея с контратакой майору понравилась, и сапёров он послал подальше. В