Поступь империи: Поступь империи. Право выбора. Мы поднимем выше стяги! - Иван Кузмичев

рот кадетов-витязей. Внимательно посмотрев на хмурые и задумчивые лица юношей, я глубоко вздохнул, собираясь с мыслями.

«Дай Бог, чтобы я действительно понял их…» – подумал я напоследок, прежде чем начать говорить.

– Братья, сегодня вы стали воинами! Не просто воинами – защитниками Отечества! Да-да, именно вы, братья! Сегодня вам пришлось сражаться с нашими братьями по вере, и вы это сделали с блеском. Многим из вас кажется, что это неправильно и идет вразрез с тем, чему учат вас наставники и отец Варфоломей…

Легкая рябь пронеслась по рядам. Кажется, мне удалось поймать их настроение…

– Вопросы есть, братья? – на всякий случай спросил я ряды кадетов.

– Есть, Старший брат. Скоро у нас появятся новые фузеи? – спросил кто-то из задних рядов.

– Какие такие новые фузеи? – не понял я.

– Которые Дмитрий Алексеевич мастерит…

«Вот прохвост! М-дя! Похоже, придется гриф секретности вводить! Хотя лучше уж пусть думают о новом оружии, чем сомневаются в своих действиях», – пронеслась в голове мысль.

– Как только будет сделана партия на пару взводов, так сразу же начнем заменять нынешние фузеи новыми. Там заодно и определим, какие из взводов получат их первыми, – с улыбкой ответил я, видя, как загораются веселые огоньки в глазах отроков, предчувствующих будущие соревнования.

Все же любой мужчина жив, пока он может проявлять себя в чем-то, а что уж говорить о непоседливых пацанах, для которых сидеть на месте равносильно смерти? Вот именно поэтому в корпусе с моей подачи ввели спортивные игры с элементами военной подготовки. Вот, к примеру, проходившие у меня в школе «Веселые старты» видоизменились и теперь представляли собой набор испытаний по прохождению военной полосы, только перетягивание каната осталось неизменным.

Казалось бы, что такого в этих соревнованиях? Ан нет, все-таки они дают очень многое – от сплочения взводов и сотен до отработки взаимодействия всего батальона в целом. И при этом само братство витязей получило возможность пускай не сразу, но слиться в единое целое, стать одним монолитом, несокрушимым оплотом детских мечтаний!

Скажу честно, мне очень повезло, что я смог попасть в это братство; пускай не как участник, а как руководитель, но все же сумел. А увидев, как мальчишки радуются своим первым успехам, я понял, что уже ради этого стоило создавать корпус!

– А теперь, воины, всем разойтись, скоро отбой, – сказал я застывшим по стойке смирно рядам витязей.

Не говоря больше ни о чем, задумавшиеся кадеты разбрелись по своим местам…

* * *

Апрель 1708 года от Р. Х.

Устье Волги. Дерягево

В темной комнате горели свечи, свет которых прыгал с одной вещи на другую, не желая останавливаться на месте.

– Тебе надо скорее ехать к нему и передать это письмо! – сказал сидящий в глубоком кресле спиной к свечам человек вошедшему в дверь, не давая тому перевести дыхание. Видимо, ему пришлось нелегко, судя по его измученному виду. – Прочитай сначала, а то может случиться так, что тебе придется избавиться от него по дороге.

– Они не смогут это выполнить, господин, – тихо сказал слуга, прочитав письмо до конца, и тут же склонился в поклоне, ожидая вспышки гнева.

– Почему это? – спросил господин с легкой тенью недовольства на челе.

– Его бригада разбила отряд Тараса Зареченко, а он сам пал в сражении. Остальные бунтовщики теперь отрезаны от поставок из Воронежа, да и кое-кто из лидеров повстанцев решил идти на попятную. Некоторые могут переметнуться на сторону царских войск…

– Так какого черта ты молчал?! – вскочил со своего места господин.

– Я потому так и спешил, господин, – все так же склонившись, сказал слуга.

– Заткнись!

Трубка с тлеющим табаком пролетела над головой склонившегося слуги.

– Слушаюсь, мой господин, – покорно сказал слуга.

– Так, мне надо подумать… – взял себя в руки хозяин замершего в поклоне человека.

Походив по комнате, он остановился.

– Пожалуй, ты прав. Это послание ты уничтожишь, а весточку отвезешь одному из тех, кто готов переметнуться на царскую сторону, – улыбнулся он.

Вот только улыбка больше напоминала хищный оскал…

* * *

Конец апреля 1708 года от Р. Х.

Места близ Воронежа

Бригада Алексея Романова

Колонны воинов шли по чуть просохшей дороге, изнывая от не апрельской жары, да к тому же и форма солдат оставляла желать лучшего, благо хоть витязей я успел переодеть в более нормальную одежду, а не в эти…

С самого начала обучения, даже за месяц до начала, одним из главных вопросов стало обмундирование кадетов. На начальном этапе, то есть первый месяц, с ним было более-менее понятно. Закупили дешевую ткань, затем на манер хэбэшной формы пошили брюки и куртки. Эта работа досталась женской половине деревни, усиленной привезенными из города рабочими руками, освобожденными от работ то тем или иным причинам.

Правда, отличия от формы моего времени все-таки были, ведь не могли же витязи быть просто солдатами, им требовалась изюминка, пускай пока хотя бы в форме. Этой изюминкой стал черный берет.

Но введение формы – это еще полбеды. Появилась такая проблема, как обувь для кадетов. Вначале закупили такую же, какую использовали для обычных солдат: башмаки с медной пряжкой, в походе заменявшиеся высокими сапогами. Хорошо хоть первая партия в сто штук башмаков прибыла много раньше всего товара. Иначе возвращать пришлось бы все и сразу, а так часть оставили, а часть пришлось раздать чиновникам за заслуги перед наместником – как поощрение.

Решение сей проблемы нашлось довольно-таки быстро. Местные обувщики согласились подсобить с реализацией, суть которой сводилась к тому, что они пошьют нужное количество сапог, выполненных по моим корявым эскизам. Увидев первую сделанную пару сапог, я выпал в осадок – ни дать ни взять кирзачи, только с немного зауженными голенищами, дабы при ходьбе голень плотно обхватывалась, уменьшая возможность вывиха.

При всех этих изысках, если так можно выразиться, каждый витязь должен комфортно чувствовать себя в своей форме, дабы с честью и гордостью носить ее на глазах людей. Однако кое-что я все-таки недоглядел или недоучел. Молодые отроки, начавшие заниматься на полигоне под приглядом наставников, столкнулись с такой проблемой, как непрочность штанов, постоянно рвущихся на коленках и между ног. В итоге пришлось срочно делать заказ у рязанских портных на новые партии столь нужной части обмундирования. Неприхотливые, прочные и в чем-то даже стильные штанишки обошлись в кругленькую сумму, но решили возникшую проблему.

Все мучения и головная боль, связанные с новой формой (точнее, единственной формой для витязей) окупились сторицей. Стоит только взглянуть на идущие полки нового образца (это те полки, которые сейчас формируют в России на