Франт 4 - Иван Солин

и с тёплой улыбкой, которая ему сейчас просто замечательно удалась, обратился мужчина к женщине на взводе, сам при этом обдумывая: стоит ли посвящать в известные ему подробности столь остро реагирующую на данную ситуацию импульсивную особу. А наконец решившись, избрал всё же щадящий вариант, как относительно собеседницы, так и обстановки в целом. — Я уверяю тебя, милая, это всего лишь какое-то недоразумение и, скорее всего, мистификация. Ну посуди сама, во исполнение твоего прошлого поручения насчёт мальчишки и его причастности к известным тебе событиям, нашими лучшими специалистами было установлено, что инцидент с летающим над Чернохолмском драконом оказался всего лишь неизвестным природным явлением атмосферного характера. В результате же бурной фантазии и непомерного употребления спиртного некоторыми местными, всё случившееся в итоге приняло вполне конкретную форму, так как, в виду экзотичности, одна из версий обрела невиданную популярность у ничего, конечно же, не видевших, но с радостью поверивших и многократно распространивших потом ее болтунов всех мастей. Чем и не преминули воспользоваться Зеленичи, как тебе известно, плотно взявшиеся за Черничей. Поспособствовали распространению чуши в попытке сорвать нашу... прости, твою операцию по усилению влияния в Черном секторе империи с упрочнением положения верных тебе Черничей. Это когда Зелёные силами наемников и якобы от имени Чернохолмской провели ту свою блестящую спецоперацию в Чернорощинске и окрестностях. Однако действовать так же повсюду — опрометчиво и накладно, поэтому Зеленичи решили, не устраивая кровопролития по всей Черной провинции, воспользоваться случаем и достичь результата, разыграв эту свою мистификацию. А там дело техники: подкуп якобы очевидцев и горлопанов, которые и разнесли всю ту чепуху о вроде как летающем над провинцией драконе. Так что, Ловиль, это всё — всего лишь талантливая импровизация, в итоге, как ты можешь видеть, успешно повлекшая полную пассивность верных тебе Черничей и недопущение твоего усиления в ныне подмятом Зелеными под себя регионе. Вот и выходит, дорогая, что не мог Франт летать ни на каком драконе, так как это всего лишь манипуляция и элемент информационной войны коварной «серой мышки», с которой, я давно тебе уже говорил, нужно что-то решать! Слишком много власти она взяла.

— Ерунда, пусть Розали и дальше тешит себя, мол, переиграла старую подругу, но цель-то достигнута: Черные сепаратисты более не помышляют о былом, а их активы в большинстве своем приведены, пусть и не под мою руку, но истово верной мне Зеленодальской! — отмахнулась Серогорская. А заметив скептический взгляд собеседника, разумеется постановочный, а точнее, умышленно продемонстрированный холоднокровным серым лицедеем, ее величество поспешила привести свои доводы. По мере изложения которых, она отслеживала демонстрируемую ей верным советником реакцию и приводила всё более и более убедительные, по её мнению, аргументы. — Зеленичи верны, Меркут, как и прежде! Ну а в случае чего, у них полно противоречий с Синичами. Да и я всегда могу сделать так, что кроме своего Зеленого сектора «мышку» ничто более не станет заботить, и она опять уползет в свой угол на границы с Пустошами, позабыв об амбициях и планах на Черные земли. Так что твой скепсис неуместен(распалившись)!

— Ловиль, я прошу тебя: только не нужно кочевников! Ты же помнишь, чему тебя наставляла матушка? Империя едва выстояла восемьдесят семь лет назад, а Восточные Пустоши лишь благодаря умению твоей прабабки договариваться остались в прежних границах. Да, согласен — кочевники уж не те. Да, безусловно — мы преимущественно контролируем их элиты. Да, бесспорно — Ард сейчас более монолитный и сплочённый благодаря стараниям твоей, так рано поседевшей бабки. Но это же дикари, милая! Они очень быстро почувствуют вкус нашей крови и, наплевав на все свои противоречия, шустро объединятся и тогда тупо завалят нас мясом. Ты ведь не считаешь, что они и впрямь позабыли о том, как можно принести Пустоши сюда? — поняв к чему клонит собеседница, напрягся Меркут, который пусть и ненавидел сложившееся в мире могущественных магичек положение дел и всеми силами доказывал себе собственную значимость в нём, но будучи и сам магом отчётливо осознавал свои шансы с перспективами в мире БЕЗ магии. Поэтому продолжил сыпать фактами. — Да, разумеется — после принесённого твоей прабабкой мира, твоя бабка позаботилась и о том, чтобы все из рода Магонбе́ка были вырезаны. Но я сомневаюсь, дорогая, что ТАКАЯ тайна умерла вместе с ханским родом, будучи лишь только их достоянием. Не стоит, любовь моя, надеяться на то, что однажды не всплывет очередной амбициозный дикарь, обладающий нужным знанием, и не возжелает принести Орду, вслед за Пустошами, на богатые земли Империи! А кто мы в условиях Пустошей, Ловиль — я надеюсь, тебе не нужно напоминать! Да даже эти их трехсотлетней давности мушкеты, когда Магия молчит, делают наши полки лишь временной преградой. А припомни ту адскую машинку Братства Молота. Это же натуральный свинцовый дождь! Мы ведь не просто так, звезда моя, сдерживаем все эти гремящие, воняющие маслом и прочей дымной пакостью выдумки. Иначе однажды очередному деятельному уму, неудовлетворённому положением дел конечно же, придет-таки в голову съездить на Восток и привезти те распроклятые камни сюда, прихватив, соответственно, и Пустоши с собой. Именно поэтому мы, душа моя, жёстко контролируем всех гонимых и всячески подавляем их нашими тамошними агентами. Ведь как наши предтечи, милая, мы не умеем открывать порталы в другие миры, а потому сбежать от неумолимой поступи окаянного железа, как наверняка когда-то поступили истинные маги, мы, увы, не сможем!

— О, Меркут, ты такой трогательный, когда, как и в детстве, с упоением погружаешься в свою любимую Историю. Забавнее этого, пожалуй, только когда ты с той своей Математикой возился, — не взирая на несерьёзность, Ловиль IV весьма прониклась речью самого близкого ей человека, а точнее тем, что увидела реальные эмоции, которые редко когда удавалось лицезреть не столь недалёкой, как может показаться, женщине на лице своего возлюбленного. Однако следовало поддерживать образ, поэтому пусть и увела опасную тему в сторону, но тон избрала весьма легкомысленный. — Но не стоит меня пугать упущениями прошлых поколений, да и кроме того что в прамир однажды явились гости со звёзд и, угнетая Магию, обессиливали тамошних истинных магов — мы мало что знаем. Да и то, не исключено, что это были лишь фрагменты художественного произведения, а вовсе не летопись. Поэтому прошу тебя, не домысливай, как это любил твой дед и мой наставник Сами́л Ройзенг, да ещё и его интонациями(прыснув). У меня до сих пор скулы сводит от воспоминаний о его уроках, а особенно