Застенец 2 - Дмитрий Билик

боролся за право остаться в премьер-лиге, за восемь туров до окончания турнира находясь в зоне вылета.

Глава 15

Утром первым делом я выглянул в окно. Старая привычка, выработанная годами. Нужно же знать перед игрой, что там с погодой. Выходило, что довольно средненько. Небо затянуто пеленой белых, будто взбитых миксером, облаков. Не тяжелые серые питерские тучи, и то хорошо.

Солнце периодически проглядывает и слепит. Это уже так себе, особенно вратарям. Да и ветер то поднимается, то стихает. Не торт, конечно, но играть можно. В былые времена в ливень гоняли, когда грязь так налипнет, что еле ногу от земли отрываешь.

Следуя заветам Суворова, завтрак я съел весь. К тому же, тетя Маша приготовила свой фирменный воздушный омлет. Проигнорировать такой — кощунство. За столом, как ни странно, царила относительно дружелюбная атмосфера. Илларион с Пал Палычем вежливо общались с тетей, изредка отпуская колкости в адрес друг друга. А я осматривал ее Взором, и увиденное мне не нравилось.

Еще вчера, перед сном, я обратил внимание, что она немного истощилась. Не сильно, но заполненность ее силой определенно снизилась. Но что гораздо хуже, за ночь ее дар не восстановился, остался на прежнем уровне. И что-то мне подсказывало — сегодня его станет еще меньше.

Сила тети не восполнялась. У меня на этот счет только одно предположение: она расходует значительно больше сил, чем может восстановить. Это как с похудением. Вот и испытывает дефицит магических калорий.

Конечно, завтра-послезавтра я вновь поделюсь частицей дара. И могу делать подобное до посинения. Однако ситуация мне не понравилась. Тетя не должна зависеть от меня. Вдруг что случится и нам придется какое-то время существовать отдельно? Конечно, я не нагнетаю, но всякое бывает.

И что делать? Ответа я пока не нашел. Может, с Будочником посоветоваться? Он же спец в делах, связанных с истощением. Да, это определенно вариант. Вот сейчас пойду, выиграю быстренько турнир, и сразу к уважаемому Григорию. Надо бы в следующий раз попросить тетю узнать, какое у него отчество. Интересно же.

На стадион я пошел пешком. Чтобы немного разогнать кровь, ну и позлить Черевина. А что, нечего мне все время про бордель с таким елейным выражением лица напоминать.

— Коля! — бросился мне навстречу взбудораженный Фима. — Ты видел, кто участвует? Там уже список есть.

На моих сопровождающих этот простолюдин даже внимания не обратил. В первое время любой человек чего-то или кого-то боится. Но постепенно привыкает.

— Что там?

Я подошел к огромной афише, которую повесили совсем недавно. По всему городу расклеивали и раздавали другие плакаты, без названий команд. Хотя большинство знали основных участников: «Пажеский корпус», мы, «Лицеисты» (да, да, из моего родного учебного заведения), «Чекуши», «Мастеровые» и «Кадетский корпус им. Александра IV».

Что до первых трех участников — там все понятно. С «Пажами» мы играли. «Лицеисты» состояли из благородных дворян, но команда не очень сильная. «Чекуши» — бедная шпана, дерзкая и борзая даже среди простолюдинов. Фима рассказывал, что они вообще хотели заявиться как «Сучьи дети», но им не разрешили.

«Мастеровые» — команда из нашего района, состоящая из детей лавочников и обслуги. Я даже ходил смотреть пару раз на их тренировки. Ничего особенного, хотя в играх между собой бьются так, словно у них запасные ноги есть.

А «Кадетский корпус им. Александра IV» или попросту «Кадеты» — бедные дворяне-недомы. Те, кому не хватило денег и связей, чтобы поступить в Пажеский корпус. По словам Фимы, мальчики для битья. Но ладно, это еще посмотрим.

К известным уже командам добавились две. И обе состояли из простолюдинов. Первая, к немалому удивлению, опять из моей родной альма-матер. Называлась она ни много ни мало — «Честь и слава». А вторая — «Парни с Набережной».

Понятно, что имелась в виду набережная Тучкова1, а если быть точнее, ее пространство с середины по конец. Признаться, я туда редко забирался, поэтому точно сказать, что из себя представляют соперники, не мог. Но именно с ними у нас первая игра.

— Два тайма по сорок пять минут, с офсайдами, игра на вылет, — читал я регламент. — Если команды сыграют вничью, то после окончания времени назначается два дополнительных тайма по пятнадцать минут. Если и они не выявят победителя — назначается серия одиннадцатиметровых ударов. Пипец, с одним полем, мы тут замаемся ждать. Надеюсь, у всех сегодня будет нормальная разница в счете.

—Поэтому и начали в девять утра, — поддакнул Фима.

Он был прав. На стадионе уже шел матч между «Чекушами» и «Кадетами».

— Там ниже про финал, — показал пальцем Фима.

— Игра за третье место состоится в субботу, в одиннадцать часов утра. Финал в три часа дня. Ясно-понятно, погнали пока, посмотрим, как там соперники играют.

—Пойдем, Коля, я только спросить хотел…

Он внезапно покраснел, но все же справился с волнением.

— А правду говорят, что ты бордель снял и целую улицу шампанским поил?

Я от удивления закашлялся:

— Это кто тебе такую чушь ляпнул?

— Да, говорят тут…

—Говорят, в Москве кур доят. Глупости все это. Ничего такого не было, понял?

— Угу, — кивнул Фима.

—Ладно, погнали.

На ближайшей к входу трибуне уже собралось несколько наших ребят. Они хмуро глядели на поле. Вполне логично. Потому что в случае победы мы выходили или на «Кадетов», или на «Чекуш». Справедливости ради, я поставил на вторых. И не только потому, что к концу первого тайма счет был 1:0 в их пользу. Играли «Чекуши», что называется, с душой. Даже слишком.

Летели двумя ногами в подкаты, дергали за майки, если не успевали, отталкивали руками. Получали желтые карточки, вставали и снова нарушали. Силовая игра с забросами вперед.

— Они всегда так играют, — пожал плечами Фима. — Заявляют максимум футболистов, чтобы сменить на следующую игру тех, кто на красных карточках. Полтора года назад даже до финала дошли.

—Ничего особенного, — заключил я, — с ними можно играть. Вообще ни одной мысли. Бей-беги.

Что команда в старых футболках разной расцветки от мышино-серых до черных и демонстрировала, особо не мудря. И «Кадеты» в своей красивой зеленой форме им решительно ничего не могли противопоставить.

— Коля, — подергал меня за рукав Никитка.

— Чего еще?

— А правда, что все футболисты перед важными матчами в публичных домах должны время проводить? Ну, чтобы расслабиться перед игрой?

— Это тебе кто сказал?