Хан из рода Ашина - Александр Яманов

представлявший в войске интересы Сукхана. Пятым членом нашей переговорной команды являлся Бернардо Барона, который должен выполнять функции переводчика.

Приятно иметь дело с адекватными людьми. К нам навстречу выехала также пятёрка укутанных в тряпки итальянцев. Чем-то они напоминали замерзающих немецких пленных, что вызвало у меня презрительную усмешку. Куманы тоже понимающе хохотнули, но не теряли бдительности. Когда ты беспрестанно воюешь на протяжении двух лет, то многие вещи доведены до автоматизма. А Айтугену вообще сорок, половину из которых он провёл в походе. Только братва смеялась не над внешним видом европейцев, здесь как раз были вещи, вызывающие зависть даже у разбогатевших степняков. В первую очередь отличные сапоги и оружие. Просто вся пятёрка держалась в седле, как коровы. Утрирую, но по сравнению с кочевниками ситуация выглядела именно так.

— Приветствую тебя хан Алтан, — щегольнул знаниями старший из венецианцев, — Меня зовут Джакомо Орсини. Я являюсь одним из двух катепано[33] города Тана. Мы давно хотели установить взаимовыгодные и дружеские связи с вашей ордой. Но потрясения последних лет не позволили делать этого. К сожалению, ваши разногласия с народом, именующим себя бродниками, могли сильнее отдалить нас друг от друга. Но хочу заверить, что республики Генуя и Венеция, которую представляю здесь я, желают жить с вами в мире.

Бернардо переводил слова венецианца с франкского на куманский. Судя по тому, как к процессу прислушивался один из людей Орсини, он знал наш язык. Кстати, сам Барона не видит ничего плохого в поддержке противоположной венецианцам и генуэзцам стороне. Он ломбардец, а его герцогство на ножах с обеими олигархическими республиками. В Италии сейчас вообще чёрт ногу сломит. Но мне точно не до их мелких разборок.

— Именно в знак ваших дружеских намерений вы построили крепость на земле сари-куманов без разрешения хана? А ещё из-за своих мирных намерений, ваши люди захватывают или покупают пленников? Среди отбитого моими людьми полона, более трети куманы из разных орд, а шестая часть шаруканцы, — решаю не миндальничать и сразу показать, что плевать хотел на словесные кружева собеседника, — Да и бродникам вы помогаете более десяти лет. Именно они помогали вам строить город и захватывать наших людей.

Катепан на мои слова особо не отреагировал. Здесь собрались не невинные барышни, ведь речь о политике. А я сам буквально неделю назад участвовал в самом настоящем геноциде. Да, именно с моей подачи был уничтожен народ или племенной союз донских бродников. Я не зверь, и в ад отправилась только знать, имевшая связи с монголами и наиболее непримиримые воины. Остальных же мы частично расселим по начавшей формироваться державе и дадим шанс на исправление. А хорошие мастера уже начали отрабатывать право на жизнь для себя и своих семей. Тот же Адамах я решил превратить в промышленный центр, который будет укрепляться всю зиму. Весной в городе уже должны заработать все запланированные производства. На Тану у меня совершенно иные планы. Но думаю, они не устроят обнаглевших торгашей.

— У вас долго не было единого хана. Но у нас есть договорённости с вождями родов и близлежащими ордами. Что касается небольших недоразумений, то мы готовы заплатить виру. Также подарки для тебя хан и мудрого Сукхана ждут в нашем лагере, — венецианец снова начал словоблудить, — И за захваченных людей мы внесём отдельный выкуп, который должен понравиться твоим людям.

Думаю, сей пассаж предназначался для командиров отрядов, дабы внести разлад в наше войско. Только наивный манипулятор, как и большая часть наших соседей, ещё не осознал, что более нет племенного ополчения, отдельных отрядов куреней и дружин ханов. В результате уничтожения бродников на Дону появилась армия сари-куманов. Понятно, что даже многие шаруканцы, токсоба и отперлюи не знают об этом. Но вскоре дойдёт и до них.

— Ты не понял, купец, — перехожу на франкский, наконец, удивив итальянцев, — Вы не просто захватили часть наших земель, построив здесь крепость. Вам хватило наглости брать в плен моих сородичей и грабить купцов, ведущих торговлю с сари-куманами. Свои подарки можешь выкинуть в реку, а лучше сжечь. По морю вам не уйти. А ваши хлипкие стены не остановят моих воинов. Поверь, в Персии я брал и не такие города. Поэтому прекрати играть со мной будто с неразумным дикарём.

А вот здесь присутствующих проняло. Ведь одно дело отвечать за пропажу излишне деятельного и неадекватного представителя знатного рода. И совсем иное оказаться в осаждённом городе с перспективой умереть весьма неприятной смертью. Думаю, до итальянцев уже дошли новости, что я особо не церемонюсь с врагами и предателями. Плюс, надо учитывать, что в крепости двоевластие. И у генуэзцев нет никакого интереса, страдать за чужие преступления. Ведь формально они чисты и на работорговле их не ловили. Судя по взглядам одного из итальянцев, которые он начал бросать на Джакомо, он представлял второго катепана.

— Что вы хотите? И сразу предупреждаю, мне придётся обсудить ваши требования с людьми из города, — Орсини взял волю в кулак и почти не выказывал нервозности.

— Вы освобождаете всех пленников, выдаёте нам бродников с имуществом, выплачиваете двадцать марок серебром за каждого человека и уходите в Солдаю. За пойманных работорговцев я хочу по пятьдесят марок, а Лука Тьеполо стоит пятьсот. Далее вы оставляете нам все инструменты, баллисты, а также товары, которые не поместятся на кораблях. Часть груза мы у вас выкупим по честной цене. Да, совсем забыл, — произношу с улыбкой после небольшой паузы, — В первую очередь вы передаёте нам город в нынешнем состоянии со всеми постройками и припасами. А если кто-то из ваших соотечественников захочет перейти на службу куманам, то выкупа им платить не нужно. Более того, их содержание возьмёт на себя ханская казна. Я умею быть щедрым к полезным людям.

— Не надо сейчас ничего отвечать, — прерываю взмахом руки, готового возразить Джакомо, — Просто поймите, что вы не пройдёте через устье, мои люди нашпигуют вас стрелами. Мы уже переправились на левый берег и можем атаковать проплывающие корабли с двух сторон. Да и лодок у нас хватает. Если вы думаете, что глупые степняки ничего не понимают в сражениях на воде, то сильно заблуждаетесь. Нам служат бывшие бродники, коим надо вымаливать прощение. Есть у меня ещё несколько подарков, о которых лучше промолчать. Идите советоваться катепан, я жду вашего ответа завтра до полудня.

* * *

Лагерь мы разбили примерно в трёх километрах от берега в