Икан Гультрэ - Птице нужно небо. Часть I и II (СИ)

«Я должна попробовать спасти его. Ведь и ранение отравленным ножом он получил, спасая меня».

«Детка, ты опять намерена делиться своей кровью… Я надеюсь, что ты будешь жить. Не спеши пока, дождись тех, кто вас ищет. Они уже близко. Когда появятся, тогда и передашь дар. У волчонка еще есть немножко времени в запасе».

…Они появились из-за деревьев внезапно, все разом. Блики пламени от горящей избушки выхватывали из темноты лица: Майл Кодеро… Марсо в кошачьей ипостаси, его одежда в руках Лереха… Хорошо, что они оба здесь, от них будет реальная помощь. С поисковой группой — два мага из крепости.

— Что здесь у вас? — на лице Кодеро — раздражение и усталость.

— Лест Мерлис.

Майл и другие маги не поняли, о чем речь, зато до студентов дошло сразу — слухи по школе тогда все-таки поползли. Марсо, который уже успел обернуться и одеться за кустами, уставился на меня в ожидании продолжения.

— Марсо, тебе придется снова котом побегать. Мне нужна твоя помощь — травки собрать, — оборотень напряженно кивнул.

Удивительно, но взрослые маги промолчали, не вмешиваясь в разговор, словно мне удалось как-то дать понять, что в эти минуты именно я здесь главная.

— Слушай тогда: сребролист пыльный, табарка кучерявая, баргот, зельва синелистная. Сколько сможешь за раз. Потом еще придется сходить. Все знаешь?

— Зельву не помню.

Я поманила оборотня к себе, заставила наклониться, взяла за руки и сосредоточилась на своих воспоминания — цвет, форма, запах. Послала ему.

— Понял?

— Да, знаю эту травку. Здесь есть, я найду. Это для Леха?

Я помотала головой:

— Это для меня.

Марсо скрылся за кустами и уже через полминуты удалился крупным пятнистым хищником. Я извлекла из кармашка на лекарском поясе скальпель, полоснула себя по запястью, приложила руку к губам Леха:

— Пей!

Тот посмотрел на меня бессмысленным взглядом, но послушался: присосался к ранке, сделал глоток под мое изощренное шипение. Все, дар передан.

— Лерех, теперь ты.

Парень приблизился:

— Слушаю тебя.

— Лех был ранен отравленным ножом. Блисса, противоядия нет, — лекарь кивнул, не спеша ахать и охать, понятливый парень. — Я сейчас передала ему свой змеиный дар, чтобы спасти.

У Лереха расширились глаза — он в курсе, помогал в школьной лечебнице, когда я лежала там после ранения, слышал всякие разговоры. Что дар именно змеиный, я сейчас впервые озвучила, но он понял.

— Но! — я продолжила. — Я без дара на ближайшие часа четыре. И тоже отравлена — мералией. Слышал когда-нибудь?

— Да, приходилось… — мералия не настолько редкая отрава, как блисса, неудивительно, что слышал.

— Мне надо продержаться, пока не вернется дар. Поможешь?

— Что от меня требуется?

— Первые три травки, в том порядке, в каком назвала, — Марсо поможет тебе в них разобраться — в пропорции два-один-один, магическая составляющая — полтора в лиловой части спетра, тонкости оттенка не имеют значения. Это не противоядие от мералии, но будет немного ослаблять действие яда. Зельва в чистом виде, магическая составляющая — два с половиной, зеленая. Это для того, чтобы сердце поддержать. Леха — поить простой водой, больше ничего не надо. С места нас не трогать.

— Понятно. Все сделаю, не беспокойся.

Я и не беспокоилась — Лереху я доверяла практически как себе. Закончив с лекарем, повернулась к Майлу. Он, словно почувствовав, что подошла его очередь, отмер, подошел ко мне:

— Теперь ты можешь толком рассказать, что здесь произошло?

— Да, у меня еще есть немного времени, пока не скрутило.

И я рассказала — и о Лесте Мерлисе, и о событиях нынешней ночи: о стровах, призванных этим маньякам (на этом месте один из магов выругался сквозь зубы), о том, как мы были отравлены. Об одном умолчала — вернее, исказила факты — об убийстве Мерлиса: Лех перерезал ему глотку ножом. Точка. А домик мы подожгли случайно…

Пока я рассказывала, вернулся Марсо, и краем глаза я наблюдала, как Лерех готовит для меня зелья. А потом меня накрыла боль — внезапно, без предупреждения, минуя фазу чувствительной кожи. Тысячи игл вонзились во все тело, суставы словно выкручивал кто-то гигантскими руками, мышцы рвались… Но больше всего досталось глазам — и я с воем покатилась по траве, вцепившись в свое лицо. Кажется, маги пытались удерживать меня. Вдвоем. А Лерех вливал лекарство, разжимая стиснутые зубы.

Волна боли отхлынула, чтобы уступить место кошмарам. С этого момента я окончательно перестала воспринимать окружающую действительность.

…Санек, мой водитель — кровавая маска вместо лица, развороченная грудь, кривая ухмылка… там еще есть, чем ухмыляться: «За грань от меня сбежать решила, дрянь?! Я тебя везде найду и верну!»

…Герцог Алейский: «А теперь я покажу, что тебя ждет… Смотри-смотри, не смей закрывать глаза! Так будет..» Так будет… Так будет…

…Сейлиар: «Ты думала — сдала меня сыскарям — и всё?! Не-э-эт! Мой ножичек давно по тебе плачет — вот смотри!» И лезвие врезается в мой живот, кожа расходится, обнажая внутренности. Боли нет, но Сейлиар все кричит: «Смотри, смотри туда!» А я не могу смотреть на рану, я боюсь того, что могу в ней увидеть.

…И Мерлис подносит горящую свечу к моему животу — и страх грядущей боли куда хуже, чем сама боль.

А боль возвращается, чтобы развеять это заблуждение…

…Под спиной что-то мерно раскачивалось, поскрипывая. Телега. Везут куда-то…

Чьи-то пальцы коснулись моей руки, пожали мягко. Я могла не оборачиваться — знала, что Лех. Живой. Оба живые. И я распахнула глаза и уставилась в пронзительно голубое небо над собой.

Я живая. Я сильнее тех, кто покушается на мою жизнь и свободу. Я справлюсь. Я освобожусь — и это небо станет моим. Я буду летать!

Конец второй части