Скаут - Александр Вячеславович Башибузук

кабине «Унимога», зачем-то стащили с себя повязки.

Сухо треснул выстрел. Парень опрокинулся в грязь и судорожно засучил ногами.

Над лагерем повисла мертвая тишина, которую нарушила резкая команда капитана Каррахана.

— Огонь!!!

В то же мгновение загрохотали пулеметы и пушки.

Очереди сплелись в сплошной рев.

В плотной толпе повстанцев прорубило целые просеки. Пули и снаряды рвали людей в клочья. Острый запах пороховых газов намертво забил сладкий смрад мертвечины.

Это была настоящая бойня: повстанцы лихорадочно метались, как переполошенные гуси и о сопротивлении даже не думали.

Плац быстро покрывался изувеченными трупами.

Тим не стрелял: он заметил, что группка людей в отдалении, кинулась к внедорожникам.

Он бросился к Нгубо, схватил его сзади за плечи и с силой повернул по направлению к машинам.

— Видишь? Не дай им уехать! Давай, мать твою!

Из стволов спаренных «Браунингов» выхлестнулись длинные языки пламени, по высокой дуге полетели гильзы, красные трассеры протянулись к машинам.

Один из «Лендроверов» ткнулся в забор и сразу загорелся. Второй прибавил ходу, но водитель не справился с управлением, машину занесло и она перевернулась.

Звонко лягнули впустую затворы.

— Перезарядка! — завопил Нгубо.

Куус и Чомба выдернули из держателей коробы с лентами и кинулись к спарке. Через десяток секунд пулеметы заработали снова, но из перевернутой машины успели выбраться и скрыться за углом барака три человека.

— Плакса, Чомба, Куус, за мной… — Тимофей выпрыгнул из кузова «Мерседеса» и побежал к головному «Феррету».

Добежал до него и дернул за рукав наблюдающего с каменной мордой за побоищем капитана Каррахана.

— Там главные! Мы за ними! — Тимофей стукнул себя кулаком по груди и той же рукой показал направление.

Ворчун среагировал мгновенно, кивнул Тиму и гаркнул в мегафон.

— Отставить огонь! Отставить! Начинаем зачистку.

— Пошли, пошли! — Тим припустил к бараку, за которым скрылись неизвестные.

За ним побежали остальные скауты, на ходу перестраиваясь в боевой порядок.

— Бам-бам! — дважды стукнула винтовка Сесила и вынырнувший из-за хилого забора повстанец опрокинулся в грязь, картинно всплеснув руками.

Коротко рыкнул РПД Плаксы и еще двое терров прятавшиеся за кустами отправились на тот свет.

— А-а-а!!! — навстречу вылетел голый по пояс черный здоровяк со здоровенным английским револьвером в одной руке и кривым мачете в другой.

Тимофей на противоходе ударил его прикладом в голову, сбил с ног и побежал дальше. Успел порадоваться, что еще никого не убил сегодня, но за спиной щелкнул выстрел — здоровяка кто-то из группы добил.

Из-под перевернутой машины торчала половина человека, корпус «Ленда» прижал его как раз по пояснице. Он еще был живой, царапал руками землю, таращил глаза и пускал пузыри изо рта.

Куус присел возле него, зачем-то потрогал землю и уверенно показал направление.

Скауты перестроились и, шаря стволами по сторонам, двинулись за барак.

Неожиданно бабахнул пистолетный выстрел, пуля выбила пыль из стены немного выше головы Тимофея.

Из-за угла вылетел черный парень в новеньком камуфляже и заполошно побежал к лесу.

Но не добежал и кубарем полетел в грязь, обхватив обеими руками простреленную ногу.

Одновременно, Тим увидел, как в противоположную сторону метнулись еще две фигуры, один тоже в камуфляже, а второй в белом пиджаке.

Скорее всего, первый отвлекал на себя внимание, чтобы убежали эти двое.

Тимофей вскинул винтовку и дал три короткие очереди. Белопинджачный споткнулся и упал, но второй быстро затащил его за шиворот сарай.

Тим быстро перезарядил винтовку и быстро пошел к ним, одновременно приказав жестом остальным обходить с другой стороны.

Шаг, второй, третий, быстрая перебежка…

Тимофей выглянул из-за угла и увидел как к лесу быстрой рысью несется человек, неся на закорках чернокожего в белом пиджаке.

До густых зарослей им оставалось всего пару десятков метров.

Тимофей выдохнул и вскинул винтовку. Наверняка мужик в белом пиджаке был кем-то очень важным, но гоняться за террами по кустам не хотелось.

Трижды стеганули одиночные выстрелы, к которым добавились две короткие очереди из ручника Риччи.

Парочка рухнула на землю.

Добежав до них, Тим ногой перевернул верхний труп. Одна из пуль вошла ему в затылок и вышла над правой бровью, напрочь разворотив часть лба с виском. Но лицо все-таки более-менее сохранилось.

Плакса непонятно с какой стати кашлянул и севшим от удивления голосом доложил.

— Это Читепо. Герберт Читепо. Это Читепо, Медведь!

А нижний оказался азиатом, скорее всего, китайцем.

Глава 18

— Вы плохо выглядите, лейтенант Бергер… — строго заметила Ирма Шаубе, симпатичная молодая немка и по совместительству секретарша директора Центральной разведывательной организации. — Вам не помешает немножечко отдыха и коньяка.

Тим вздохнул. Выглядел он действительно не очень, главным образом потому, что уже третьи сутки не спал.

Ирма быстро оглянулась по сторонам, озорно улыбнулась, извлекла из-под стола бутылку, налила коньяк в кофейные чашечки и одну протянула Тимофею.

— Благодарю, фрау Ирма! — Тим вытянулся и опрокинул чашку в себя, браво отставив локоть в сторону. — Увы, не мы выбираем присягу, а присяга выбирает нас.

— Бедняжка, как тебя еще на Сару хватает, — секретарша притворно огорченно вздохнула, старательно демонстрируя внушительную грудь. — На меня бы точно не хватило. Ну, иди уже, иди…

Тимофей кивнул подруге своей невесты и взялся за отполированную бронзовую ручку двери.

— Господин директор…

Кен Флауэр посмотрел на Тимофея и отложил газету «New York Post» в сторону.

На первой странице газеты, над большой фотографией в черной рамке, стоял заголовок «Трагически погиб борец с колониализмом Роберт Мугабе!».

Директор секретной службы проследил за взглядом Тимофея и спокойно заметил:

— К моему удивлению, смерть Мугабе вызвала очень сдержанный отклик в мировом политикуме. Нас по-прежнему обвиняют, но… — он хмыкнул, — но, по большей степени, обвиняют в стравливании, так называемых, «борцов за свободу». Даже Советский Союз не высказывает прямых претензий. Да, наши информационные службы сработали неожиданно хорошо, однако, все равно, реакция меня несколько удивляет. И главари террористов… они даже не пытаются оправдаться…

Флауэр замолчал, явно давая слово Тимофею.

Тим тактично помедлил и ответил, постаравшись сыграть военного служаку, которого попросили прокомментировать выступление оперной певицы.

— Я не разбираюсь в политике, господин директор. Однако, мне кажется, смерть этого террориста устраивает всех. Для СССР он был идейным врагом, потому что его поддерживал Китай, а для остальных смерть какого-то там черного туземца ничего не значит. Есть еще много других туземцев, которых можно использовать в своих целях. Они относятся к ним как к полезным домашним