Алый флаг Аквилонии. Железные люди - Александр Борисович Михайловский

На первую банку Сергей-младший сел сам, на вторую усадил Чиллу, на третью - Аусу; Бьёрг вместе с Нилаэ прошли на нос, а Паис села на руль. Гребло семейство младшего прогрессора вполне уверенно, без лишних брызг и сбоев в ритме, и Никифор Толбузин подумал, что, кажется, понял секрет местных больших семей, избегающих лютой бабьей вражды, какая обычно случается в магометанских гаремах. Так грести могут только добрые подруги, не делящие мужчину между собой, одинаково любящие и одинаково любимые. Гребок за гребком, вместе, до самого конца жизни - и неважно, когда он наступит: в глубокой старости или внезапно, в самом расцвете лет.

Нилаэ сначала беспокойно вертелась на банке, потом, встав на колени, оборотилась в сторону берега и принялась махать рукой и что-то кричать своим соплеменницам, которые при виде приближающейся лодки стремительно отхлынули от уреза воды к прибрежным кустам, приготовившись дать деру. Благодаря ее действиям безоглядного бегства не случилось, и Дочери Тюленя, сбившись в кучу, с напряженным вниманием наблюдали за чужаками.

Вот ял ткнулся в берег; Бьёрг ловко спрыгнула на песок и помогла выйти Нилаэ, а следом лодку покинули Сергей-младший и остальные его жены. Убедившись, что мужчина среди пришельцев только один, и своим внешним видом совсем не похож на тех людей, что напали на их стоянку, Дочери Тюленя передумали убегать. Вместо того, крепко сжимая дубинки в натруженных веслами руках, они стали надвигаться на прибывших.

- Остановитесь, сестры! - воскликнула Нилаэ. - Эти люди не причиняли вам зла. Они пришли сюда говорить, чтобы предложить вам жизнь, а не смерть.

- Замолчи! - крикнула самая старшая из Дочерей Тюленя по имени Веридэ, чьи вытянувшиеся груди повисли, будто уши спаниеля; за спиной ее был закреплен рюкзачок-слинг с младенцем. - Ты умерла, и сейчас с нами, весь в белом, разговаривает твой бессмертный Дух! А всем известно, что духи мертвых опасны для живых.

- Я не дух, - ответила Нилаэ, делая два шага вперед, - а такая же живая, как и вы все. Ударь меня - и ты увидишь, что у меня тоже идет кровь, как и всех вас.

При полной индифферентности других женщин к происходящему Веридэ замахнулась на девушку своей дубинкой... и тут Сергей-младший, перейдя от созерцательности к стремительным действиям, выхватил кольт и произвел выстрел, ибо Нилаэ в тот момент находилась под его защитой. Пуля попала в верхнюю четверть дубинки, расщепила ее и вырвала рукоять из кулака ошеломленной женщины, больно ушибив пальцы.

- Еще раз - и между глаз! - прокомментировал младший прогрессор это событие. - Эта женщина теперь одна из нас, и тот, кто ее обидит, не успеет даже извиниться.

Бьерг дословно перевела его слова остолбеневшим полуафриканкам, и дубинки сами собой повыпадали из их рук. Женщины приготовились снова обратиться в безоглядное бегство.

- Стойте, сестры! - снова закричала Нилаэ. - Куда вы побежите, несчастные? От голода, который придет за вами самое большое через руку дней, бегать бесполезно!

- Голод придет только через руку дней, - ответила еще одна старшая полуфриканка по имени Иралэ, - а чужих людей белого цвета, мечущих громы, ты, Нилаэ, привела к нам прямо сейчас!

- Эти чужие, - торжественно провозгласила Нилаэ, - зовут вас стать частью их большого и могучего клана Аквилония, где много хорошей еды, много сильных и добрых мужчин, есть большие-большие лодки, в которых хорошо плавать по морю, и никто никого не обижает!

- Эти чужие - белые, а мы, Дети Тюленя - темные, - возразила Иралэ. - Никогда белый не поймет темного, и наоборот. Мы меняем у них шкуры нашего тотемного прародителя на кремневые желваки, но не берем в свой клан их девушек, а они не берут к себе наших. Что толку от большого количества мужчин, если никто из них не захочет сделать нас своими женщинами? Чем терпеть такое большое унижение, лучше и в самом деле умереть от голода.

- Эти белые чужие берут к себе в семьи темных женщин, - сказала Нилаэ. - Я знаю, что у их молодого вождя, который стоит за моей спиной, рука и три пальца светлых женщин и две темных, и все они между собой как сестры. У клана Аквилония хорошая добыча, много-много еды, и они никогда и никого прогоняют от себя, потому что лишним людям нечего есть. Один клан Детей Тюленя, потерявший всех своих мужчин, присоединился к клану Аквилония уже три лета назад, и сейчас никто из тех женщин не жалеет о том, что так получилось.

Ответом ей было ошеломленное молчание. У полуафриканок не укладывалось в голове, сколько же тюленей на одной охоте должен добывать мужчина, чтобы кормить ТАКУЮ большую семью.

- Если у этих чужих столько женщин, то зачем им еще и мы? - спросила Веридэ, совсем позабыв, что совсем недавно она называла Нилаэ духом мертвой женщины.

- Не у всех мужчин клана Аквилонии есть много женщин, - возразила Нилаэ. - Некоторые сильные охотники присоединились к этому клану совсем недавно, и у них еще нет никого. А еще клану Аквилония нужны женщины, которые жили бы морем, родились на его груди, знают его нрав и злые повадки. Я была на той большой-большой лодке, которая называется фрегат, залезала на растущее из нее дерево, видела море с такой высоты, что люди внизу кажутся букашками, и слышала, как от восторга поет в вышине ветер! Я стояла на спине этого фрегата и чувствовала ногами, как она дрожит, будто у живого существа, когда его нос разрезает волны. Но самое главное - я встретила людей, которые говорят «сестра» друг другу и мне тоже, несмотря на цвет моей кожи. Тот, кто видел и чувствовал такое, уже никогда не захочет вернуться к прежней жизни. Вы как хотите, а я остаюсь в клане Аквилония навсегда. И другие женщины, кого злые чужие увели отсюда вместе со мной, думают и чувствуют то же самое...

- Но что же стало с этими злыми чужими, которые напали на наш клан, убили наших мужчин и увели вас с собой? - спросила Иралэ.

- Клан Аквилония встретил их и убил всех сразу, а тела их пошли на корм Морским Демонам17, - ответила Нилаэ. - Было много сильного грома, смерть летала вокруг, будто стая злых ос, а когда нам позволили выйти из закрытого места, все злые чужие уже умерли.

Бьёрг