Не римская Испания. Арбалетчики князя Всеслава. Арбалетчики в Карфагене. Арбалетчики в Вест-Индии - Романова

прониклись, что колонии могут быть где угодно, но метрополия – только в Европе, чтоб всегда было кому наших потомков в тонусе держать и почить на лаврах не давать. Вредно это в дальней перспективе…

22. Азоры

Акобал долго смеялся, когда я высказал опасение, не промажем ли мы мимо Азорского архипелага. О том, что он нашему финикийцу прекрасно известен, мы знали ещё до отплытия в обратный путь. Нет, сам-то главный трансатлантический навигатор Тарквиниев своей привычке темнить до последнего момента так и не изменил, но мы-то вычислили истину по его обмолвкам и намёкам на некие гористые острова примерно на полпути – это могли быть только Азоры. А уж стоянка на них нам не помешала бы, и это мягко говоря. Если говорить, как есть, то нужна позарез. Ну, почти – смерть от голода и жажды никому из нас не грозит, но вот кое-что и кое-кого без промежуточной остановки мы рискуем и не довезти. А кое-что, так и не стоит везти прямо в Европу – вредно это для бизнеса наших нанимателей, да и нашего в недалёкой перспективе тоже. Арунтий весьма прозрачно намекнул перед нашим отправлением, что если выполним поставленную нам задачу – будем в доле. А слово Тарквиниев – это слово Тарквиниев, и этим всё сказано.

Ведь прихватили мы с Кубы очень даже немало. Точнее – вообще из Америки, поскольку многое было доставлено по нашим заказам с материка. Ведь пока мы с Чанами воевали, а потом в самом Эдеме помогали Фамею порядок навести, купчины ещё разок на материк прошвырнулись – и за дополнительной кокой, и по нашим отдельным заказам. С самой же Кубы – ну, разве только табачная рассада, которой совершенно не хрен делать в Европе, но которой самое место на Азорах. Растили ведь русские крестьяне свой самосад на своих деревенских огородах? Если уж в нашем родном холодильнике табак прижился, с хрена ли ему в азорских субтропиках не прижиться? Четыре раба-гойкомитича из Эдема, умеющие обращаться с тамошней растительностью, обошлись нам в цену доброго десятка свеженаловленных дикарей, но сделка того стоила. Дело даже не в том, что они понимают и говорят по-финикийски. Главное – они уже не в первом поколении живут себе бок о бок с эдемскими колонистами и являются потомками тех аномальных красножопых, которые не спешат скопытиться от хворей Старого Света. Дохляки нам на хрена нужны? Везём мы, естественно, и саженцы коки, которой тоже совершенно не хрен делать в Европе, но вот на Азорах она, как и табак, Тарквиниев вполне устроила бы. С ней, правда, не всё так просто, и полной уверенности в её успешной акклиматизации на осторвах у нас нет. Всё-таки это сугубо тропический вид, и в нашем современном мире вне Америки её плантации развели разве только в горах Южной Азии. В чём там с ней засада, я не копенгаген, а попробовать – попробуем, а выйдет ли толк – как говорится, только вскрытие покажет. Но хотелось бы, чтобы вышел – с Азор-то ценные «заморские снадобья» возить куда проще и сподручнее, чем аж из самой Вест-Индии.

Под таким же вопросом у нас и доставленная нам от ольмеков какава, шоколад которая. Саженцы-то нам в достаточном количестве раздобыли, на Кубе их высадили, мы с собой тоже везём, но приживутся ли они на Азорах – хрен их знает. В Африке же какаву выращивать – дураков нет, чтоб монополию на такую ценность упускать. Наступит эпоха роскошных римских пиров – на одном только шоколаде с ананасами наши с Тарквиниями потомки груды серебра с римских нобилей слупят. Ананасов, впрочем, эдемские торгаши найти нам пока не успели, но найдут ещё. За предложенную нами награду – полагаю, что найдут в самые ближайшие годы. А реальные плантации ананасов на наших современных Азорах – стопроцентная гарантия того, что там они приживутся. Везём мы, естественно, и кукурузу, куда же тут без неё-то, но пока что, пожалуй, тоже ограничимся Азорами. Если исследователи тех помпейских фресок или мозаик ничего не напутали, то и кукуруза, как и ананасы, за редкостный деликатес у богатеньких римских гурманов шла, и рановато её тогда, получается, в Европе выращивать. Сперва – срубим на ней бабла как на деликатесе, да в полновесных римских денариях. А в Африке – обойдутся без неё черномазые, не хрен кроличьими темпами раньше времени размножаться. Вот для промежуточных плантаций всех этих американских вкусностей, на которые нам монополия требуется, как раз Азоры нам и нужны. Юлька заверила, что хотя финикийцы их и знают, греки с римлянами – нет.

Это если по большому счёту. А по мелочи заодно и ещё резоны наклёвываются. Попугаи редкостные американские тоже ведь наверняка ценными окажутся. Ну, обычных мы с собой не везём, но несколько штук доставленных нам с Доминики живых тамошних жёлто-зелёных ара, до нашей современности так и не доживших, мы всё-таки прихватили. Домой привезём или на Азорах размножаться выпустим – ещё не решили, но длительную морскую перевозку они переносят с трудом, и передышка им нужна позарез. Слишком уж здоровенные они для тех маленьких клеток, какие мы могли позволить себе на кораблях – наглядный пример островного гигантизма, за который их в реальной истории колонисты и перестреляли – на мясо. Мы-то, конечно, ни с дуба, ни с кубинской королевской пальмы не рухнули, чтоб взрослых брать, таких вообще и до Азор-то хрен довезли бы, но и взятые нами подростки – птенчики ещё те. Уже заметно крупнее обычных взрослых ара, и мы не раз уже успели пожалеть, что вообще с ними заморочились. Сперва-то хотели непременно домой привезти, а теперь вот крепко призадумываемся на предмет выпустить на островах.

А ещё одну «тоже типа птичку» Велтур с собой прихватил, и с ней проблем уж всяко не меньше, чем со всеми теми попугаями-переростками, вместе взятыми. Нет, ест-то она едва ли больше их, но на корабле с ней мороки – выше крыши. Птичка – это же я так, прикалываюсь. Милькату он свою из Эдема прихватил. Нет, девчонка-то стоящая, я ведь уже упоминал об этом, кажется, и чисто по человечески понять парня мне нетрудно, но не думал я, что аж до такой степени он в неё втрескался. Я-то надеялся, что натешится он с ней, да и успокоится, когда обратно собираться время придёт, а оно вон как вышло. Мы, значит, уже и на корабли грузимся, отплывать скоро, а этого ухаря всё нет.