Максимальный Форсаж - Крис Форд

— Ты понимаешь, что мне такая реклама, вернее антиреклама, нафиг не сдалась? Это висит в интернете всего сутки, а мне уже позвонил мой корешок из ГАИ и очень так вежливо поинтересовался, какого хрена у меня творится? Я, конечно, сказал, что ничего не знаю, но интерес к моему автосервису со стороны ментов — это то, что мне нужно в последнюю очередь.

— Понимаю, — ответил я.

— Понимает он, как же! А как понимать то, что ты фактически угнал машину Андрея и без прав гонял на ней? Скажи спасибо Андрюхе, что он хороший человек. А то бы ты сейчас не с нами разговаривал бы. И то, что ты вернул машину, и с ней ничего не случилось, дела не меняет. Это недопустимо!

— Да я и приехал сейчас, чтобы уволиться. Я всё понимаю.

— Понимает он, — снова хмыкнул Серега, а потом достал ручку с бумагой, — пиши заявление по собственному желанию. С сегодняшнего дня. Вот образец.

Спустя пару минут всё было готово. Серега посмотрел на моё заявление, и добавил,

— Слишком у тебя аккуратный почерк, как у ботаника какого-то, честное слово.

— Какой есть, — пожал плечами я, — теперь я могу идти?

— Нет, конечно, — прозвучал ответ, — во-первых, нам тебя рассчитать нужно и деньги заплатить. А, во-вторых, Андрюха с тобой поговорить хочет. Ты как уже в состоянии? — повернулся он уже к нему.

— В состоянии нестояния. — ответил Андрей, но продолжил, — да нормально всё. Пиво, как обычно, сработало.

— Ну, слава Богу. И я, как обычно, говорю тебе, чтобы ты завязывал бухать. Это вредно для здоровья. Ладно, оставляю тебе Макса на расправу.

Сказав это Серега вышел из своего кабинета.

Андрей помолчал пару минут а потом спросил:

— Ну и как тебе моя машина?

Сказать, что я удивился вопросу, — это значит промолчать. Я ожидал всё, что угодно, но не этого.

— У нас получился очень хороший Гольф, — честно ответил я ему, — я тогда много против кого гонялся. Викин Мустанг, 911-е, корвет, лансеры, пара хонд. Твой гольф всех их сделал. На длинной дистанции конечно. Но сделал.

— И ты был за рулём моей машины, — задумчиво сказал Андрей, достал сигареты, посмотрел на пачку и вздрогнув убрал её, — а за рулём Викиного Мустанга ты выиграл несколько заездов в драгрейсинге. Макс, а почему у тебя прав нет?

— Как-то не довелось получить еще. Но я над этим работаю.

— А где ты научился так водить?

В ответ я только развел руками.

— Даже не знаю что сказать. Водить я давно умею. Просто права не получал. Такое бывает, ты же знаешь.

— Да, такое бывает, — этом откликнулся Андрей, — когда у тебя экзамен?

— Через месяц, а что?

— Да так, пока ничего.

Он достал из кармана телефон и кому-то позвонил.

— Алло, привет Костян. Да нормально я вчера доехал, что ты начинаешь?.. Хорош, хорош, мне уже Серега с утра всю плешь проел, давай ты не будешь делать тоже самое? У меня к тебе дело… у тебя на работе будет окошко на выходных? Небольшое, часик всего. В восемь? Да, подойдет. Ну всё, старик, спасибо. До связи.

Андрей положил трубку, убрал телефон и снова обратился ко мне.

— В общем так, Шумахер недоделанный. В субботу без десяти восемь я тебя жду на Ходынке. Покажешь что ты там делал за рулём моего Гольфа. И если меня всё устроит то я возьму тебя на работу. После того как получишь права, конечно.

— Ты же не гайки крутить меня снова хочешь поставить? — на всякий случай уточнил я.

— Конечно нет. Так что, придёшь?

— Обязательно.

Мы пожали друг другу руки и разошлись. А в субботу я, как и обещал, в заявленное время, уже был на Ходынке.

Глава 16

В середине двадцать первого века в России вообще и в Московской области всё стало очень даже неплохо с гоночными трассами. Сразу несколько объектов принимали соревнования мирового уровня. Moscow Raceway в Волоколамском районе имел категорию Grade 1, что позволяло проводить там соревнования любого уровня, от национальных до чемпионатов мира по авто и мотоспорту и этапов Формулы Один.

Которую регулярно принимала гоночная трасса в Олимпийском парке в Сочи. Эта гонка, после того как на других треках ввели целый ряд совершенно идиотских требований типа запрета гридгёрл, была одной из самых популярных среди пилотов Формулы Один и крутящихся вокруг Формулы селебрити.

Помимо этих двух трасс существовали еще чуть ли не два десятка уровнем пониже, но которые позволяли проводить огромный спектр различных соревнований.

Сейчас, в самом начале двадцать первого века, всё по-другому. Кроме различных локальных и очень специфических трасс для ралли есть, по большому счёту, всего два относительно приличных трека.

Невское кольцо, которое проходит рядом с крытым стадионом имени Кирова, в покинутом мною времени эта трасса тоже будет существовать хоть и существенно изменится после сноса старого стадиона и постройки на его месте Газпром Арены.

Второй трассой было Ходынское поле. Аэродром на Ходынке формально еще является действующим, но на самом деле он доживает свои последние дни, и его летное поле используется для проведения различных российских соревнований по авто и мотоспорту.

И именно сюда Андрей меня и вызвал для того, чтобы я или показал свой высокий класс или наоборот с позором исчез с его горизонта.

В мои планы, само собой, входило первое. Да, максимум на что я мог рассчитывать с ним это место пилота в частной и очень бедной команде участвующей в локальной гоночной серии, но это давало хоть какой-то, но статус, который я при должной сноровке мог монетизировать.

Мне всего 19, есть еще время себя показать должным образом и получить пропуск в совсем другую лигу. В мир профессиональных автогонок. Сначала кузовных, а потом чем чёрт не шутит и на самый верх. В Формулу Один, чемпионат мира по ралли, или в Леман с Даккаром.

Попасть туда с улицы, через стритрейсинг практически нереально, при кажущейся схожести, это совершенно разные миры. Уличные гонки — это больше покатушки богатых бездельников, ну или отморозков, пусть сейчас в них и стали крутиться относительно большие деньги.

Другое дело — нормальный автоспорт, пусть даже и не очень высокого уровня. Минорные серии при всей их