Оранжевая страна. Книги 1-3 - Александр Вячеславович Башибузук

конечно, ни о чем конкретно не говорил, даже наоборот – напустил туману, но у меня все же сложилось определенное понимание ситуации. Представим могущественного, но пожилого льва, возглавляющего прайд и правящего в нем железной лапой, особенно не выбирая методов. Недовольство зреет, но никто пока не может бросить ему открытый вызов. Все ждут ошибки, чтобы броситься и растерзать вожака. Конечно, тут я переборщил в сравнениях, но в общем, кажется, суть верна. Почему в реальной истории ничего не получилось? Все получилось, но гораздо позднее – по ряду объективных обстоятельств в этой войне Британия выиграла. На самом деле проигрыш бурам грозил бриттам просто лавиной неприятностей, и не только в Южной Африке. И они это понимали и вложили в победу практически все свои силы. Не получилось у претендентов в этот раз. Недоработали, недодумали, промедлили, не пришло еще время, да и сейчас они не предпринимают практически никаких усилий, ограничиваясь по большей части наблюдением… а если бы получилось? Даже представить страшно. Впрочем, это не важно, на данный момент стоит рассчитывать на весьма ограниченную помощь, так как эти клятые финансисты не будут вкладываться в изначально провальное предприятие. Вот если дела пойдут на лад, хотя бы внешне, то тогда…

– Сразу говорю, Евгений Яковлевич, я для себя ставлю задачу отстоять Блумфонтейн и по возможности потрепать Робертса. И все. Остальное будет зависеть от выполнения этой задачи.

– Что «остальное»?

– Исход войны в целом.

– Гм… – Подполковник кашлянул и с недоумением на меня посмотрел. – А такое возможно?

Я проигнорировал его вопрос и поинтересовался:

– Вы в курсе настоящей обстановки на театре военных действий, Евгений Яковлевич?

– Конечно… – Максимов расстелил на столе карту. – В принципе все как вы и предсказывали. Робертс пока не трогается с места, приводит в порядок свои силы. Не далее как вчера к нему прибыло подкрепление из Кимберли. Бота и Де Вет пробовали его атаковать вот здесь и здесь, но успеха почти не снискали и отошли на свои позиции. В свою очередь Робертс, активно используя свою кавалерию, проводит разведку боем и, судя по всему, собирается в ближайшее время нанести удар.

– Естественно, никто из бурских генералов не озаботился укрепленными позициями? Я имею в виду серьезные укрепленные позиции… – Я сопоставлял нанесенную на карте обстановку с известной мне по реальному ходу событий и пока особых отличий не находил. Все идет, как и шло, разве что у буров стало немного больше сил.

– Нет, – покачал головой Максимов. – Но план у них, скорее всего, есть. Будут изматывать Робертса боями, цепляться за каждый холмик, по возможности контратаковать и…

– И отступать, – перебил я подполковника. – А Робертс будет их методично выдавливать с каждой позиции. Кто командует у буров? Каждый по себе? – По глазам Максимова понял, что так и есть, и уточнил: – На кого мы… гм… вы можете влиять?

– Президент Стейн и Бота, – коротко ответил подполковник. – Эти люди прислушаются к советам. Правда, только прислушаются, беспрекословного подчинения нет и, судя по всему, не будет. Есть возможность повлиять на Де ла Рея и де Вета, но только посредством вышеуказанных людей.

Веселенькая история. Ох и веселенькая. Ох и влез ты, Миха, в болото… Ладно, на самом деле ты, дружище, все уже продумал, так что не хрен кокетничать.

– Ну что же… вы записывайте, записывайте, Евгений Яковлевич. Для начала – колючая проволока. Нам понадобится вся колючая проволока, что есть в Республике, и много рабочих рук; мне плевать, если это будут пленные или даже кафры. Затем – все производственные мощности города, я имею в виду механические мастерские и доступ к военным складам. Да, насколько я знаю, у вас в отряде есть морской минный инженер, так вот его – в полное мое распоряжение.

Не знаю, как относился ко мне раньше подполковник. Вряд ли с искренней симпатией, особенно после требования оплаты за свои услуги. Но после вот этого разговора в его глазах, кажется, появилось некоторое уважение и недоумение.

Никаких тактических действий я с Максимовым толком не обсуждал. Пусть пока все идет своим чередом. Начнет Робертс, вот тогда сразу станет ясно, поменялись у него планы кампании или нет. А пока мы подготовим ресурсы – поставить заграждения из колючей проволоки и заминировать некоторые участки местности никогда не поздно. А еще просто напрашивается идея отправить пару коммандо с толковыми старшими к бриттам в тыл, чтобы перерезать коммуникации. Дело в том, что фельдмаршал, под предлогом повышения мобильности своих войск, принял волевое решение отделить от частей обозы и свести их в настоящие обозные поезда, порой не успевающие за войсками. Мобильность, конечно, повысилась, но теперь ресурсы у него ограничены и зависят от снабжения из Кимберли, где бритты организовали опорную базу. Грех этим не воспользоваться. И это не все, далеко не все, что может придумать исторически подкованный мичман КТОФа. Но всему свое время.

– Действительно разумное решение, но требует некоторого согласования, – отметил Максимов. – Все остальное тоже не проблема, я немедленно займусь.

– Тогда на сегодня все. С утра я буду на полигоне. Там и увидимся. А пока мне надо кое-что еще проработать.

– Да, – Максимов у самой двери обернулся, – я говорил с Карлом Альбертовичем, он сообщил, что вы можете навестить Елизавету Георгиевну.

– Надо было с этого начинать.

В госпиталь я летел как на крыльях. Черт… сумасшествие какое-то. Вот же зараза, вцепилась в меня рыбацким тройником и никак не хочет отцепляться. Воистину, любовь зла, полюбишь и козла… козлицу… Надо с этим что-то делать, причем срочно.

Лизхен стала похожа на тростиночку, на лице остались прежними одни глаза.

– Ты пришел… – По ее щеке покатилась крупная слеза.

– Здравствуйте, Лизавета Георгиевна, почему это я не должен был прийти? – Я аккуратно промокнул ей платочком слезку. – У кого это глаза на мокром месте?

– У меня… – всхлипнула девушка. – Вот и буду плакать. Целуй меня, тогда не буду…

– Непременно. – Я осторожно поцеловал ее. – Ну хватит, хватит.

– Мне сказали, ты меня спас, – тихонечко прошептала Лиза и отчего-то покраснела.

– Не впервой. Похоже, это становится моей почетной обязанностью. Вот приставлю к тебе караул.

– На сегодня все! – вмешался в разговор фон Ранненкампф и показал на дверь палаты. – Ничего не хочу слышать!

– Как она? – поинтересовался я у него, когда мы вышли.

– Пока стабильно, – вздохнул доктор. – Но, к сожалению, я пока ничего не могу сказать определенного. Покой и только покой.

– То есть ни о какой транспортировке пока речь не может идти?

– Пока не может.

Ну что же, повод схлестнуться с бриттами остается. Хотя, честно говоря, мне он уже и не нужен.

Вечер провел, снаряжая патроны и черкая карту. Вот как будет действовать Робертс? А хрен его знает…

А сестричек-мулаток не стал пользовать. Тьфу ты, идиотизм какой: до сих пор измученное лицо Лизхен пред глазами стоит. Может, она меня приворожила? А что? Бывали, знаете, прецеденты.

– Якобсдаль? Точно, мимо него он не пройдет. Значит, отметим здесь первую позицию!

Глава 18

Оранжевая Республика. Блумфонтейн. Отель «Эксельсиор»

27 февраля 1900 года. 09:00

Едва позавтракав, я сорвался в мастерские – отвез винтовки с револьвером и забрал заказ. Мастера постарались на славу, исполнив вместо трехсот комплектов – целых четыреста. Просто отлично, но, правда, немного накладно.

А потом, к своему удивлению, я обнаружил в мастерских Вагнера и Штруделя – тех самых новоиспеченных ракетчиков.

– А вы что тут делаете? Кто отпустил с полигона? Немедленно извольте объясниться.

– Герр капитан! Герр Мезенцев и капрал Шнитке отпустили! – Штрудель вытянулся в строевой стойке. – Мы хотели поговорить с мастерами на предмет.

– Возможности исполнения, – продолжил за него Вагнер и протянул мне лист бумаги.

– Вот даже как? – На листочке обнаружилась идеально начертанная