Шестерни системы - Андрей Валерьевич Степанов

— Слава, я выйду, — Ира, явно побаиваясь, бросила взгляд на доктора, который бесцеремонно ворочал еще одного умершего. — Мне нехорошо.

— Да, конечно. Иди, — Станислав на миг сделался ласков, но стоило девушке выйти, тут же отправил наружу и доктора:

— Что ты там их ворочаешь! Эти точно скончались?

— Да, — буркнул медик. — Этот истек кровью, а у этого — прострелен желудок. Хорошо, что он был без сознания, иначе бы орал. Его бы вынести... нет, наоборот, лучше не трогать. Пока ничего не течет...

— Выйди раз больше от тебя здесь нет надобности, — грозно отправил его наружу граф. — Теперь мы можем поговорить с глазу на глаз. Ситуация мне не нравится и потому я должен тебя спросить — собираешься ли ты уехать отсюда. Сегодня или завтра?

— Не планировал, — я покачал головой. — У меня есть задача: привезти тебя. Или доказать, что ты совершил что-то такое, из-за чего тебя нельзя привезти в столицу.

— Не меня, а мое разрешение или отказ, — уточнил граф.

— Это уже мелочи. История в этом городе складывается слишком непонятной для меня и одновременно с этим — слишком интересной, чтобы я в последний момент сбежал, даже получив от тебя утвердительный ответ. Кроме того, на завтра у меня планы с местным начальником полиции.

— Да ты уже со всеми познакомился!

— Не таким образом, как мне бы хотелось. Завтра у нас дуэль.

— Ха! — эта новость повеселила графа так, что он хлопнул мне по плечу, забыв о ране.

— Спасибо, конечно, — выдавил я еле-еле, потому что от боли даже перехватило дыхание. — Не думаю, что я это заслужил.

— И как ты планируешь теперь это провернуть? Из Порфирьевича стрелок просто никудышный, он не захочет стреляться с тобой.

— Выберет саблю?

— Не могу знать. Сам проверишь. Но, если ты хочешь, я могу пойти с тобой в качестве секунданта.

— Их может быть двое? — уточнил я.

— Угу. Странный ты, однако, барон. Элементарных вещей не знаешь. И откуда тебя только Анна-Мария откопала — как с луны свалился!

— Я же из столицы, — подмигнул я. — Там сейчас кого только нет.

— Меня нет, — все так же хитро посматривая на меня, ответил Новиков. — Моя семья жила какое-то время севернее Владимира прежде, чем перебраться сюда. Так что о столичных странностях я в курсе — а твоя как-то не вписывается.

— Давай будем считать, что я просто особенный, — ответил я ему в тон. — Не все так просто в этой жизни. И не все является тем, чем кажется поначалу.

— Что ж, господин философ, позволь тогда попросить тебя об одной услуге. Небольшой.

— Говори. Невозможного обещать не буду.

— Мне казалось невозможным, что ты вступишься за мои раскопки. Так что эту грань ты уже перешагнул, — граф махнул кулаком. — И все же мы им показали! Жаль, в живых никого нет — и потому, с учетом новостей, что ты мне сообщил... хм... я прошу тебя поговорить с Порфирьевичем. Мы с ним совсем не в ладах сам знаешь из-за кого — и мне он ничего не расскажет.

— И я смогу, если не погибну на дуэли, выпытать из него все, что тебе надо, — я почувствовал какую-то странную эйфорию. Хотелось улыбаться, и неважно, что будешь выглядеть глупо при этом.

— Это мазь, — Новиков заметил мое состояние. — И насчет просьбы ты не совсем прав. Не нужно никого пытать. Нужно просто увидеться с заключенными и расспросить их. Как они узнали про меня, как нашли, почему оказались в тюрьме. Были ли у меня на раскопках — журнал учета я тоже пересмотрю, но я уверен, что я не ошибаюсь и это не мои люди.

— Хорошо, я понял, — кивнул я. — Сделать это будет нетрудно.

— Тогда в сторону разговоры, мой друг! — весело воскликнул граф. — Уверен, что вместе мы разберем все это дерьмо, что на нас свалилось.

— А куда ты денешь тела?

— С моими работниками у меня есть письменные договоренности, а что до пришлых людей, — он пожал плечами, — так у меня много ям.

После разговора мы вышли наружу. Я накинул на себя грязное и безвозвратно испорченное пальто — рубашка и вовсе не годилась никуда. Теплой воды в лагере не оказалось и граф распорядился, чтобы сюда подогнали автомобиль Иры.

Мы сошлись на том, что девушка отсутствует уже довольно долго и ей пора возвращаться. Поначалу сам граф порывался отвезти меня до гостиницы, проявляя отзывчивость, но логика была не на его стороне — девушке тоже предстояло избавиться от обилия пыли на одежде и лице.

Предстояло сделать все так, чтобы не вызвать подозрений. По приезду в гостиницу выяснилось, что Новиков уже позвонил портье и нас проводили до черного хода. Там поинтересовались, требуется ли мне новая одежда. Получив отрицательный ответ, служащий решил дождаться, когда девушка отправится в душ.

Та выкинула все, что на ней было, кроме нижнего белья, в номер, а я собрал и передал служащему.

— Десять минут! — отрапортовал тот и бегом бросился вниз, вернувшись с идеально чистой одеждой, пока девушка еще была в душе: — А вам точно не надо..? — спросил он, и, когда я повернулся к нему спиной показать рассеченное пальто, кивнул, забрал чаевые и ушел прочь.

Прошло еще полчаса после его ухода, когда я наконец смог занять ванную и привести себя в порядок. Ира вышла, замотанная не в одно полотенце. Я уже привык, что Аня в моем присутствии не слишком стесняется, да и время в ванной мы чаще проводили вместе.

Обменявшись смущенными улыбками, мы разошлись в дверях ванной, и я старательно отмыл себя от пыли и грязи. Обычно в душе приходят какие-нибудь мысли, но в этот раз в голову ничего не шло, кроме планов на предстоящую дуэль.

Ничего мрачного, только размышления. Убивать главу полицейского участка я не собирался. Хорошее ранение на память — другое дело.

Закончив с внешним видом, я вернулся к чемодану, чтобы заполнить пустые магазины к пистолету. Ира с любопытством наблюдала за мной:

— До сегодня я не понимала, как можно просто так взять и убить человека, — задумчиво произнесла она. — Нажать на курок или