Сила единения (СИ) - Иванович Юрий

Шульга не стал хвастаться и бить себя в грудь, доказывая, что это он с дедом Елохой опустили подавляющее большинство бомбовозов и штурмовиков на землю.

Лаврентий отвечал скороговоркой и с нервной улыбкой:

— Андрей, не городи глупостей на пустом месте. Каждого зенитчика придётся орденом награждать! Настоящие герои!

Тогда как Сталин проговаривал новости, поступающие непосредственно от Абакумова:

— Невероятно сильно размахнулся наш Виктор Семёнович, с товарищами!.. Как бы не чересчур… И уже поздно отменять идущую атаку… Этак они весь Кремль до основания разрушат…

— Ничего! Новый отстроим! — рявкнул Будённый в своей громогласной манере. — Главное, чтобы всех заговорщиков сразу же в тех руинах и похоронили! Хе-хе! Правильно я говорю? — и хлопнул по плечу рядом сидящего Кагановича. А мысленно при этом, со злорадством продолжил:

"Чего приуныл, Лазарь сизокрылый?! Помогло тебе лизание микояновских задниц?.. И кто тебя отныне выручать будет?" — он ведь тоже прекрасно знал расклад влияния и взаимоотношений на Олимпе советской власти. При этом давно и прочно не симпатизировал, мягко говоря, старому соратнику по партии.

На такую эскападу, Лазарь Моисеевич икнул и быстро запил это дело красным вином. И только отдышавшись, с надрывным пафосом подтвердил:

— Пусть восторжествует социалистическая справедливость! Всех предателей пусть расстреливают на месте! Туда им и дорога!

На него несколько резковато обернулся Молотов, знающий про Кагановича не в пример больше маршала кавалериста. И подумал при этом:

"Договоришься, Лазарь, что тебя сейчас тут Коба и пристрелит на месте!" — а вслух прошипел:

— С расстрелами спешить не стоит, дорогой Моисеевич. Надо вначале следствие провести, всех виновных обозначить, а уже тогда… карать, кого попало!

Видно, что сильно сдерживался. Не будь здесь посторонних, Молотов ещё и не такое наговорил бы.

Кстати, о самом Вячеславе Михайловиче у мемохарба тоже проскочили воспоминания из прошлой жизни:

"Этот видный советский, государственный и партийный деятель тоже немало прожил, девяносто шесть лет! И это, несмотря на страшную нервную нагрузку на своих ответственных постах и насыщенную революционную деятельность с ссылками и побегами. А почему так?.. Неужели некие исторические упоминания о лечебном средстве АСД оказались правдивыми?.."

Некоторые историки утверждали, что Дорогов довёл своё лекарство до совершенства в виде кристаллов уже в 52-ом году, и этими кристаллами-концентратами пользовался не только Берия, но и несколько высших партийных деятелей государства. Правда, Лаврентия в 53-ем году расстреляли, много он не прожил, не повезло. А вот иные обладатели ценнейшего препарата могли и растянуть удовольствие от обладания такой панацеей. Скорей всего в их числе оказался не только Будённый, Каганович, Ворошилов, Микоян, но и Молотов. А почему ещё дольше не прожили? Так понятно: кристаллы кончились, а их создателя уже давно не было в живых.

В нынешней истории препарат с чуточку иным названием АСБ+Д, появился на четыре года раньше. В том числе и в виде кристаллов. И уже поступил в аптеки и специализированные клиники. То есть стал, совместно с иным препаратом "круцин", достоянием всего народа. Пусть только и столичного.

"Это к делу не относится! — сам себя прервал Шульга. — Надо быстрей придумывать, как отсюда выбираться?.."

К самом деле, сложный квест получился. Условия выхода знают только два человека, и они — пакри. А Сталин — ещё и аза, как называют знахарей-колдунов Кавказского региона. И оружие — только у него. Стоит ли отбирать и действовать нахрапом? Никакого резона! Вроде как… Ибо и задерживаться здесь не стоило надолго. Мало ли что в голову вождя стрельнет? Вдруг он пожелает устранить людей, узнавших тайну его роскошного укрытия?

Оставалось только ждать, ориентируясь на последние новости с поверхности. А они продолжали поступать сплошным потоком:

"Ух, как в обкоме зашевелились, забегали! — восторгался Лётчик. — Словно тараканы под тапком! Только узнали, что Кремль штурмуют, так сразу и попытались разбежаться. А первые секретари республик, вдруг срочно забронировали литерные поезда на свои малые родины. Хе-хе! Зайчишки, трусишки!.."

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

"И что, сбежали?" — стал уточнять мемохарб.

"От доброго дяди Некроманта, ещё никто не сбегал! — умудрился в астрале докладчик рассмеяться утробным смехом. — Их же телохранители — их и повязали! Сейчас пакуют пленных в подвалы и дисциплинированно ждут дальнейших указаний. Либо от самого Сталина, либо от рассвирепевшего Абакумова. Либо от нас… Хе-хе! Ну а я ещё постараюсь, чтобы отдых в подвалах пошёл сидельцам на пользу… Потом чистосердечней каяться будут!"

"Опять чудовище им покажешь?"

"Ха!.. Им достаточно будет свет выключить и светящийся лик товарища Ленина запустить внутрь. И пусть он их поругает малость, да последними словами, по пролетарски. Вот будет потеха!.."

Находящийся в бункере Киллайд, только крякнул, представив себе намечаемую "шутку". И затылок озадаченно почесал, сомневаясь в необходимости такого воздействия на пленных секретарей ЦК союзных республик. Что не осталось незамеченным со стороны Сталина:

— А чем это товарищ Шульга так озабочен?

— Вот думаю: вовремя вы меня позвали! Иначе такая стрессовая ситуация могла привести к самым непредсказуемым сбоям в работе сердечнососудистой системы товарища Жданова. Да и вам, несомненно, помог. Не так ли?

— Вполне рабочая версия… Ну и что?

— Так я к чему, может, кто ещё плохо себя чувствует? Так обращайтесь, помогу по мере своих сил.

Предложение юного знахаря вызвало разную реакцию у присутствующих лиц. Каганович очень хотел снять нервный стресс, но не осмелился просить. Будённый, Молотов, Ворошилов, Смирнов — бравировали, считая себя здоровыми. Ахутина было не прослушать, но по виду он вроде чувствовал себя нормально и старался в данной компании сильно не отсвечивать. Валентина Истомина целиком окунулась в сферу кухонного обслуживания, ей было не до лечения. Хотя переживания последнего часа на ней отразились во всей красе: осунулась, побледнела, подурнела.

Сталин со Ждановым ещё были на взводе после недавних массажей, чувствуя себя сравнительно хорошо, если не сказать, что великолепно. Положительного адреналина у них хватало. Прислушались к своим ощущениям, переглянулись, заговорщески хмыкнули и …промолчали. Зато Лаврентий Павлович заинтересованно блеснул стёклышками своего пенсне:

— Александр! Если силы у тебя остались, я бы не отказался… так сказать, получить заряд бодрости.

Шульга сразу двинулся к Берии, встал у него за спиной и прикоснулся ладонями к шее и затылку главного куратора атомной программы.

"Уже ближе стою к единственному пистолету в этой комнате, — размышлял он о шансах скорого ухода на поверхность. — Хотя у Жданова тоже может быть припрятанный пистолет… Прощупать его искоркой, чтобы порох в патронах самовоспламенился?.. Да и пистолет Коровина, что под рукой у вождя можно так же вывести из строя… Но вроде, пока, ситуация не критична…"

Пошли доклады от троицы грапповцев, держащих под контролем Кремль:

"Все очаги сопротивления локализованы. Стрельба прекращена. Разве что в подвалах добивают некоторых, ненужных зарубежных дипломатов. Микоян и все его соратники сидят по отдельным кельям монастыря. Начаты экспресс допросы второстепенных секретарей и замов. Очень интересно поведение старшего баталера, который проник в секретные помещения, ведущие к линиям метро… Вроде он там включает освещение и проводит расконсервацию механизмов и подвижного состава".

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Тут на связь вышел Фреза:

"Сам министр госбезопасности, несмотря на свои ранения, решил лично проехаться в захваченный Кремль. Набирает баллы своей решительностью и бесстрашием. Причём ему о спокойствии в главном средоточии власти советской, докладывал тот самый интендант, что знает о подземной линии метро в Кунцево. Скорей всего и линии связи используются неизвестные заговорщикам".