Потусторонний. Пенталогия (СИ) - Муха Руслан

Осмотрелся — убедился, что нежелательных свидетелей моего удивительного появления из воздуха нет, и направился к дому. Громко постучал в дверь, прислушался — тишина. Все-таки не повезло. Ни Зунара, ни Рейджи здесь не было. Подёргал ручку, дверь оказалась не заперта.

— Здрава, Зунар, Рейджи! — позвал я.

Но никто не откликнулся. Побродил по комнатам, убедился, что обитатели бунгало еще недавно были здесь — грязная посуда в раковине, еще теплый кофейник, початая бутылка виски, брошенный нано-сэд на столе, поставленный на паузу фильм…

Усмехнулся, представляя Зунара, пытающегося разобраться в неведомой технике, шокированного нашими фильмами, почти лишенными цензуры.

Пока хозяева отсутствовали, решил изучить земные новости. Меня распирало от желания узнать, как устроились возвращённые мною на Землю, в Москву, спецагенты, также неплохо бы поискать информацию о произошедшем на Пенья-де-Берналь.

Первым делом полез искать последние новости из Москвы. Почти сразу же нашел в русских СМИ:

"Правительство до сих пор не дало официальных объяснений по поводу загадочных событий, произошедших недавно на Лосином острове. Напомним: на прошлой неделе там были обнаружены почти сто человек, являющихся гражданами США, Канады и Мексики. Несколько очевидцев утверждают, что они буквально появлялись из воздуха один за другим, и, собравшись, начали громко звать на помощь по-английски.

По неофициальной версии произошедшее на Лосином острове было ничем иным, как секретными военными опытами, которые вышли из-под контроля учёных США.

На данный момент иностранные граждане находятся в безопасности, сотрудникам миграционной службы удалось установить личность каждого и информация о том, что большинство иностранцев являются военнослужащими своих государств — подтвердилась. Так же иностранные граждане единогласно выразили желание получить политическое убежище на территории РФ и утверждают, что в странах гражданской принадлежности имеется угроза их жизни и здоровью.

Правительства США, Канады и Мексики отрицают информацию о военных опытах, а также требуют экстрадиции их граждан, обвинив их в государственной измене и выдаче засекреченной информации другому государству".

Официальные новости показались мне слишком неоднозначными, но в сети нашлось немало статей и гипотез по этому поводу. Всемирная паутина буквально бурлила от этих новостей, а главное — многие пользователи сети сумели поднять шумиху с появлением этих беженцев сопоставить с произошедшим взрывом в Пенья-де-Берналь.

В Мексиканских СМИ прошла информация, что по официальным данным произошли неудачные военные опыты, а более никаких пояснений им так и не дали и наверняка подробности засекретили.

Зато мексиканские приверженцы теорий заговоров развернули активную деятельность, успели измерить радиационный фон возле деревни Берналь, а также закидать интернет изобличающими правительство роликами. Теорий конечно же было множество, но, к сожалению, ни одна из них не была близка к правде. Но и я не уверен был, что человечеству нужна эта правда.

Скорее всего, спецагенты расскажут российским властям все о происходящем на Хеме, вот только такую взрывную информацию верхи РФ все равно замнут и полностью засекретят. Остается только надеяться, что те, кто отправил нас на Хему оставят бывших агентов в покое.

В небольшом смятении я покинул бунгало и решил пока подождать Зунара и Рейджи на пляже: полюбоваться умиротворяющими тропическими пейзажами, перевести дух и собраться с мыслями.

От бунгало вела мощенная гладким камнем тропинка, ведущая прямиком на пляж. И, сняв туфли и носки, по этой тропинке я и направился, наслаждаясь приятными ощущениями от теплых камней и мягкого песка под ногами.

Вышел из-за зарослей и пальм, обзор пляжа стал шире, и я вдалеке увидел, как в шезлонге под большим оранжевым зонтом сидит загорелый, слегка потолстевший Зунар в больших круглых солнечных очках. Рядом на маленьком низком столике стоял высокий стакан с золотистым напитком, опустошённый наполовину. Зунар кажется задремал, потому что не заметил, как я подошел.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Я слегка наклонился и шепнул ему почти в ухо:

— Здрава, Зунар.

Он встрепенулся, очень медленно повернулся и, сорвав солнечные очки с глаз, ошалело вытаращился на меня.

Я улыбался во весь рот, откровенно радуясь встрече. Зунар же явно не мог поверить, что это действительно я. Завороженно встал с шезлонга, даже слегка похлопал меня по щекам и, посмотрев на солнце, потрогал собственный лоб, очевидно решив, что его хватил солнечный удар.

— Зунар, это я, — сказа я на вадайском, не в силах сдержать улыбку.

Зунар что-то быстро ответил, из чего я смог вычленить только "Азиз" и "как".

— Я пришел вернуть вас домой, — сказал я заранее заученную фразу.

— Домой? Как? — ошарашенно уставился он на меня.

— Я узнал, как можно избавиться от родового проклятия, — сказал я медленно, вспоминая правильные слова. А после достал из кармана родовые медальоны Тивара и показал Зунару.

Он с ужасом отшатнулся и тут же осыпал меня непереводимыми ругательствами.

— Они останутся здесь, — сказал я и, замахнувшись, швырнул их подальше в океан. — Здесь они не работают, здесь нет шакти.

Зунар какое-то время глазел в замешательстве то на меня, то на то место, куда улетели медальоны, затем на секунду задумался, а после — его лицо озарила радостная, но не без сомнений улыбка. Он что-то спросил и с надеждой уставился на меня. Я предположил, что он спрашивает: правда ли это. В ответ я уверенно кивнул.

Зунар, не помня себя от радости, схватил себя за голову, взъерошил волосы, что-то безумно бормоча и глупо улыбаясь. Потом он снова уставился на меня озадаченно и что-то спросил. Я разобрал только слова: "как" и "дом". Видимо, спрашивал, как мы вернемся домой.

Я показал ему браслеты Мараны и сказал:

— Шакти — врата.

Но Зунар явно не понял меня. Я махнул рукой, мол, сейчас поймешь и сказал:

— Собирайся.

— Рейджи хами сабджи руха, — сказал Зунар.

Я нахмурился, пытаясь понять, что с Рейджи и где она.

Зунар снова и ещё раз повторил тот же вопрос, и наконец до него дошло, что я его не понимаю.

— Она пойти рынок, — на очень плохом английском сказал Зунар, чем рассмешил меня.

Но только он закончил фразу, как позади кто-то испуганно вскрикнул. Я обернулся, а там, уронив сумки с продуктами и прижимая руки ко рту, стояла изумленная Рейджи.

— Ну, значит, теперь можем возвращаться, — обрадовался я, и указав на Рейджи Зунару, и ткнув в себя пальцем, дал ему понять, чтобы он ей все объяснил.

Несколько минут ушло на то, что они, возбуждённо восклицая, по-видимому, обсуждали моё появление и предложение о возвращении домой. Когда и Рейджи, наконец, стала в курсе того, что проклятие рода позади и теперь можно возвращаться, она шумно с облегчением выдохнула и с какой-то остервенелой радостью пнула сумку с продуктами — этот жест мне сразу стал понятен. Наверняка Зунар, привыкший жить в роскоши и окружении слуг ничего не делал, а домашней работой кому-то все же заниматься было нужно. И тут сомневаться не стоило, что эту работу взвалила на свои плечи Рейджи, которая в свою очередь тоже никогда не касалась уборки, готовки, стирки и прочих домашних хлопот. Да, очевидно тяжко пришлось здесь хемовским аристократам.

Рейджи, что-то быстро мне сказав, умчалась в дом за вещами.

Зунар все это время стоял, довольно улыбаясь, и что-то говорил мне. Окинув себя придирчивым взглядом, он цокнул, что-то забурчал и тоже направился в дом. Похоже, решил, что пляжные шорты слишком неподобающий вид для нары клана и нужно переодеться.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Пока я их ждал, заметил вывалившиеся из сумки рамбутаны, сел в шезлонг и, очищая волосатую шкурку и смакуя экзотический плод, любовался неспешно накатывающими на берег волнами. Тишина и покой — теперь таким редким мгновениям передышки я придавал куда больше значения. Буквально глоток свежего воздуха. Когда чего-то лишаешься, что раньше воспринималось как само собой разумеющееся, начинаешь это очень ценить.