Шок и трепет 1978 - Максим Арх

Не замечал. Но очень может быть. Ведь, стоит признать, что сумасшедший никогда не признается, что он сошёл сума, ибо не понимает этого.

— А ну, давай тогда двигай к капитану. Там разберёмся, — сказал тот, кивнув в сторону капитанского мостика.

— Да я, собственно, туда и так собирался направиться, — ответил я, вновь с тоской глянул на слегка волнующееся море и пошёл в указанном направлении.

Капитан, увидев, что его подчинённый пришёл в компании неизвестного солдата удивлённо поднял бровь.

— Мичман? Кто это? Где ты его взял, Серёжа?

— На палубе шатался, — ответил сопровождающий.

— Но откуда он тут? — капитан осмотрел меня с ног до головы и строгим голосом произнёс: — Кто такой?

— Солдат Кравцов! — чётко отрапортовал я, встав по стойке смирно.

— Солдат? Из какой части?

— Мотопехотной.

— А что ты на моём корабле забыл?

— Я точно не помню, — шмыгнул я носом, — но, по-моему, я собирался спасти корабль от утилизации и возглавить поход.

— Поход? Куда? — обалдели моряки.

— Как это куда? В далёкие и жаркие страны, конечно.

— Что за страны? Ты хотел из СССР сбежать⁈ — ещё обалдел мичман.

— Нет, конечно, — замотал я головой. — Просто хотел по миру поплавать. Может страну какую захватить и организовать продажу сахарного тростника, — и, увидев совершенно изумлённый вид моряков, решил успокоить: — Не волнуйтесь, я не Себастьян Перейра и торговать чёрным деревом намерений у меня не было.

После моих слов мичман аж закашлялся, и прохрипел:

— Товарищ капитан, он сумасшедший! Надо докладывать на базу.

Капитан корабля усмехнулся:

— Нет, Серёжа, он не сумасшедший. По-моему, это рядовой просто над нами смеётся. Видишь, как фрагмент из фильма «Пятнадцатилетний капитан», удачно вставил.

— Смеётся? Так может зубы ему пересчитать? — зарычал мичман и протянул к моему лицу здоровенный кулак, на котором была татуировка в виде якоря.

Я немедленно сделал шаг назад и строго-настрого произнёс:

— А ну-ка отставить рукоприкладство! Нельзя бить солдат! Об этом, товарищи командиры, вам должно быть хорошо известно! Ибо ещё Александр Васильевич Суворов так прямо и говорил: «Нельзя командирам бить солдат!»

Тут я, конечно, немного врал, ибо точных слов об этом не помнил. Да и вообще не знал, говорил ли такое или что-то подобное известный и прославленный полководец или не говорил. Сейчас это было не важно. Авторитетная фамилия прозвучала, и именно с помощью её я собирался избежать конфликта.

Капитан с мичманом переглянулись.

— Никто тебя бить не будет. Это я пошутил. Юмор у меня такой — морской! — успокоил нас всех Серёжа, убрал кулак и, нахмурив брови, приказал: — А ну, отвечай на вопросы капитана!

— Так точно! — отрапортовал я.

Капитан откашлялся и относительно миролюбиво произнёс:

— Тогда давай сначала. Ты Кравцов и служишь в мотопехотной части, которая стоит рядом с Фёдоровкой. Так?

— Так точно, товарищ капитан!

— Хорошо. Идём дальше. Скажи: как ты сюда попал?

— Да вот, случайно попал — забрёл в темноте, — открыл я собравшимся настоящую истину.

— Но, как это возможно? Где была охрана? — не переставал удивляться капитан.

— Не знаю. Трап никто не охранял. В ином случае, меня бы не пропустили.

— Гм, Геннадий Петрович, а солдатик прав, — согласился мичман и, потерев своё горло, добавил: — Вероятно, после концерта отдыхали. Надо будет рапорт подать.

— Безобразие! — согласился с ним капитан и посмотрел на меня. — И что мне с тобой делать⁈

— Как что? Надеюсь, вы не собираетесь избавиться от случайного участника похода, и скармливать меня акулам, выкинув за борт? — осторожно предположил я.

— Не говори ерунды! У нас тут нет акул, которые питались бы солдатами.

— И пианистами? — неожиданно ехидно хмыкнул мичман.

Капитан вопросительно на него посмотрел, а скромный я отвёл свой взор в сторону, став смотреть на море.

— Товарищ капитан, неужели Вы не заметили сходства этого невольного дезертира с одним из музыкантов оркестра? — продолжил наблюдательный Серёжа. — А конкретнее — с пианистом?

— Пианистом? — удивился капитан и всмотрелся в мой прекрасный лик. И так посмотрел и этак, а уже через пару секунд воскликнул: — Точно! То-то я смотрю, он мне кого-то напоминает — конечно, пианиста!

Ну а после опознания началась долгая дискуссия. И даже не дискуссия вовсе, а вопросы и ответы.

Я придумал историю о том, что с детства люблю корабли и что как только появилась возможность, то воспользовался ей, чтобы постоять на палубе настоящего военного судна.

— Так значит, ты забрался на корабль, а потом уснул? — спрашивали меня моряки, сами того не понимая, помогая мне сочинять легенду.

— Именно так оно и было, ведь переезд и концерт буквально вымотали мой юный организм, — отвечал им я, продолжая что-то врать.

В конце концов, они своё любопытство удовлетворили, а я, вновь отметив, что от точки, где проходил концерт, я с каждой секундой удаляюсь всё дальше и дальше, решил попросить товарищей моряков высадить меня.

Моё простое предложение вызвало в рядах командиров замешательство.

— Тут причала нет, чтобы ты смог сойти на берег, — произнёс капитан.

— Да и нельзя нам останавливаться. От графика отстанем, — поддержал его мичман.

Ситуация оказалась более безнадёжной, чем я рассчитывал. По всей видимости, получалось, что мне придётся плыть до самого Архангельска. А это мало того, что далеко от моей родной части, но ещё и много времени займёт. Отсутствие солдата без оснований на столь длительный период — это не просто не большой эксцесс, а самое настоящее ЧП!

Допускать глобального кипиша я не хотел, а потому решил взять всё в свои руки.

— Ладно, товарищи командиры, спасибо вам за гостеприимство, но мне пора в часть. А у вас случайно рюкзака нет? Я бы туда сапоги положил. А то, когда буду плыть, то, боюсь, с ноги слетят и утонут.

— Стой! Ты чего, вплавь собрался? — удивился мичман.

— А, что делать? Меня в части искать будут, — пояснил я и в двух словах рассказал о своих опасениях.

Но моряки мои героические планы со смехом отвергли.

— Зачем плыть вплавь, если есть лодка? — сказал капитан.

И уже через мгновение по громкоговорителю дал команду спустить шлюпку на воду.

Не прошло и трёх минут, а мы уже стояли у борта корабля рядом со спущенным шторм трапом.

Внизу на воде была лодка, в которой находилось четверо матросов.

Капитан протянул мне руку и, после моего рукопожатия, произнёс:

— Вообще, товарищ солдат, по большому счёту, мы должны были бы тебя задержать и сдать в военную комендатуру. И мы бы так и сделали, если бы тебя не узнали. А так, не хотим, чтобы у тебя были проблемы. Ты хорошо играешь. Твоя музыка про Гришу Ротора очень хорошая и гармонично сочетается с романами, которые написал замечательный Александр Сергеевич Васин. Мои дети зачитываются его книгами. Надеюсь, после службы ты не бросишь музыку. Встретишься с Васиным и продемонстрируешь ему свою композицию. Возможно, у вас получится совместно сделать музыкальная постановка про приключения волшебника из Мытищ. Так что береги себя! — залез в карман и протянул мне несколько купюр. — На вот, возьми. Десять рублей хватит, чтобы на попутках добраться до Фёдоровки. А там уж пять километров пешкодралом. Ничего прогуляешься. Тебе полезно.

— Благодарю, товарищ капитан, но деньги у меня есть, — с этими словами я снял сапог и вытащил из-под стельки две сотенные купюры. Чтобы исключить все лишние вопросы от удивлённых моряков, сразу же пояснил: — Я ведь только две недели как с гражданки. Не успел ещё потратить.

Моих объяснений было более чем достаточно, и, пожав руки настоящим морякам, я спустился в лодку.

Матросы навалились на вёсла и уже через десять минут мы подошли к берегу.

Что сказать, море отпускало меня не охотно, в отличие от командиров корабля, а потому, когда спрыгивал с носа лодки, нога моя поскользнулась, и я упал в воду.

Матросы, радостно заржав, обозвали меня неразумной сухопутной сколопендрой и, попрощавшись, поплыли обратно к кораблю. Ну а я, помахав им на прощание рукой, решил, что моя очередная морская эпопея подошла к концу, а потому развернулся на сто восемьдесят градусов и, стараясь отряхнуть ладонями мокрую гимнастёрку, пошёл в сторону, где, судя по показанной на корабле мне карте, должна проходить дорога.

Пройдя около трёх километров по полю, вышел на совершенно не оживлённую трассу, на которой движение практически отсутствовало. Дорога была асфальтированной, а машин на ней видно не было.

Стоять на месте смысла не было, поэтому засунул руки в карманы и, насвистывая весёлую мелодию, побрёл в сторону Фёдоровки.

https://youtu.be/7VEzEeMz1Vk?si=qWc8MA2uP7HQD-Lq&t=33 Cannibal Corpse — Hammer Smashed Face

За полчаса моего путешествия,