Связующее звено - Андрей Валерьевич Степанов

ему окажут лучшую помощь, — ответил Павел и принялся туго заматывать простреленное колено Эда, игнорируя его мучительные стоны. — Поможешь довести его до автомобиля?

— Да куда деваться! — недовольно воскликнул Евгений Петрович, когда Трубецкой ловко перекинул мне ключи. — Но если ты выкинешь еще что-нибудь, честное слово, всех троих посажу до выяснения обстоятельств!

— Уговор, — Павел затянул узел на колене Эда и протянул капитану руку. Тот нехотя пожал и махнул своим: свободны.

Люди вышли, а я нацелился на следующую жертву — теперь предстояло поговорить с Викторией.

Глава 32. Последний привет из дома

Только я забыл про одну маленькую деталь. До того, как мы попадем обратно в Империю, нам предстояло разобраться с Денисом и прояснить ситуацию насчет документов и золота.

Капитану предложили ехать за нами следом на его автомобиле. План опять составил Трубецкой и держал его у себя в голове до последней секунды.

Лишь когда мы упихали скрученного и перемотанного Эда на заднее сиденье побитого «доджа», Павел сообщил мне, что намерен вернуться в нашу квартиру. Потом осмотрел автомобиль и выскочил наружу.

Мы пересели во внедорожник Евгения Петровича. Разумное решение, на мой взгляд, потому что патрули на дорогах не позволили бы нам проехать и пары километров. В ночь, когда все ждали появления «доджа», камеры и автомобили явно расставили на всех центральных и объездных дорогах города.

А вот Эду придется мерзнуть в холодном салоне. Печка, проработавшая не больше пяти минут, не изменила температуру воздуха настолько, чтобы сидеть в пикапе стало комфортно.

Капитан не сказал ни слова, но недовольство было написано на его лице. Вместе с нами ехала еще пара полицейских. Один посматривал на меня с недоверием, но слишком часто:

— Что такое? — не удержался я.

— Нет, ничего, — тут же ответил он, а потом добавил, спустя минуту: — Ты же пытал человека.

— И? Ты видел, что он сделал. Позволить ему застрелиться было бы куда милосерднее, но у него была важная информация.

— Это не повод...

— Давай я буду решать, что является поводом, а что нет, хорошо? — грозно спросил я.

— Я думал, что в наше время таких людей нет, — пробормотал он, отвернувшись.

— Каких таких? Жестокость сейчас — обоснована. Если тебе мало десятков убитых...

— Нет, кто дал вам право так поступать!

Впервые я задумался перед тем, как ответить. Следовало дать четкий ответ так, чтобы не давать лишней информации.

— Начальство. Прямой приказ, — ответил вместо меня Трубецкой с переднего сиденья. — Мы уже получили консультации по этому поводу и нам разрешено применять к нему силу в любом виде. Воздержитесь от дальнейших расспросов, пожалуйста.

Полицейский заткнулся и больше не проявлял инициатив. Вообще никаких.

Павел попросил остановить за несколько улиц до многоэтажки.

— Подъедете через пять минут. Припаркуйтесь так, чтобы в поле зрения была старая «мазда», и ждите нас.

Затем мы совершили долгий обход. Сперва добрались до дома, затем вошли через первый подъезд, пользуясь тем, что кто-то заказал доставку еды в такое позднее время.

Через крышу попали в нужную нам часть дома и вернулись в квартиру. Робот-пылесос устало тыкался в стену.

Я снял с него оба ботинка и переобулся. Надеть сухую и чистую одежду второй раз подряд — непередаваемое удовольствие. Главное, что в привычку это не входит. Забрал из куртки конверт и в очередной раз задумался над его вскрытием. Но сдержался и покинул квартиру.

Как и предвидел Павел, около «мазды» нас встретили. Двое стояли рядом с автомобилем, еще двое зашли с боков. Свет от фонаря на доме отлично освещал всю площадку.

— Хитрецы, думали, что спрячетесь от нас? — спросил Денис. В руке он держал внушительный пистолет. — Документы при вас?

— Мы еще только едем за ними. Вот собирались. Готовились, составляли план.

— Да ну? А кто же устроил перестрелку неподалеку от города? Грохот стоял такой, что даже здесь отзвуки слышно было.

— Не знаю. Точно не мы, — развел руками Павел.

— Не куплюсь.

— М-да? Макс, отдай им этот чертов конверт.

— Ты уверен? — уточнил я.

— Не спрашивай, просто отдай. Мы ведь сможем получить оба автомобиля. Вернее, их содержимое?

— Разумеется, сможете, — Денис забрал у меня конверт, буквально выдернув его из пальцев. — Но у нас к вам есть пара вопросов, так что сперва мы побеседуем.

— Что, прямо здесь?

— Нет, проедем кое куда, — он едва заметно мотнул головой и тот из четверки, что стоял ближе всех к Павлу, сделал шаг в его направлении.

— Где же наша не пропадала, — сказал тот и опрокинул нападавшего.

Денис вскинул пистолет, но я тут же ударил его по руке — тому еще мешался конверт, который некуда было спрятать. Оружие упало на асфальт, а я воспользовался моментом и нанес еще несколько ударов.

Грохнул выстрел и тут же раздались хлопки откуда-то со стороны. Денис не обращал на них никакого внимания, пытаясь отбиться от меня. И у него это почти получилось.

Несмотря на пару увесистых оплеух, которыми я его наградил, ему удалось повалить меня на землю. Он успел прижать грудь коленом и уже тянулся к оружию, когда его голову заметно наклонил вниз упертый в затылок пистолет Евгения Петровича.

— Этот парень запачкаться не боится, так что я без проблем запачкаю твоими мозгами его куртку, если шевельнешься, — быстро проговорил капитан, заставив Дениса поднять руки.

Затем он так же оперативно скрутил его, сковал наручниками и поднял голову:

— Пашка! — и перепрыгнул через меня.

Перепуганный неожиданным криком я тоже вскочил и увидел Трубецкого, который привалился к автомобилю, держась за бок.

— Нормально все, — простонал он и глянул на окровавленные пальцы, а потом поморщился. — Или не очень. Нам надо в ломбард, — обратился он ко мне.

— Бредит, — прошептал Евгений Петрович.

— Не бредит, — я быстро спрятал конверт в куртку и забрал оружие Дениса. — Отвезите нас. Пожалуйста. А этих заберете. Если мы не объявимся завтра, заберете тогда и автомобиль, и парня в нем, если он не замерзнет. До полудня примерно, — продолжал объяснять я, когда мы вдвоем уталкивали раненого Трубецкого в автомобиль капитана. Ранение оказалось более серьезным, чем я подумал изначально, и шпион уже почти терял сознание, хотя при помощи подручных средств ему успели