"Нейтрал" (СИ) - Семенов Игорь

Совсем скоро они стабилизируют КЧР-барьер между мирами — и тогда больше не одна сволочь из число Проклятых не сможет появиться в их родном мире! Пусть эти твари дохнут в своем полумертвом, замерзающем мире… Устроили глобальную катастрофу — пусть теперь расплачиваются за ее последствия!

Интерлюдия

Генерал-лейтенант Бифур Сталеваров закончил чтение отчета о допросе пленных эльфов и задумался… Как жаль, что простые эльдары и слабенькие маги знают сущие крохи информации, а допросить их высших магов — задача почти нереальная! Сделать это смог бы разве что очень сильный менталист, кто сможет буквально «взломать» мозг ушастым уродам и заставить их рассказать все, что они знают. Без этого все бесполезно… Эти твари сдохнут, но ничего не скажут, что им не делай! А достаточно сильного менталиста им взять негде — уже пробовали… В свое врем так чуть не лишились кси-оператора Высшего разряда Овага Длинноногова — когда попробовали допросить одного из потомков «кольценосцев», а тот не только не поддался, но и сумел в ответ взломать мозг орка. Хорошо что успели обезвредить ушастого урода браслетами-подавителями прежде, чем тот успел свести с ума кси-оператора. А отехничить ментальные практики — задача очень непростая… От нужного заклинания смогли перевести на технический уровень лишь малую часть — что и легко в основу работы «сканера».

И вот пара уродов из потомков кольценосцев уже больше двух десятков лет, с того времени, как их захватили в плен при Армавирском прорыве, сидят в камере — и никто не знает, что с ними делать. Думали психологически сломать тех заключением в одиночках, но пока тоже ничего не получалось. Хотя два десятка лет просидеть в тесной полутемной камере — такого, как думали, не выдержит никто. Ни фига! Эти уроды словно отключались от реальности — и им было все равно. Лишь ухмылялись, когда спустя какое-то время их приводили на допрос, и не говорили ничего!

И вот на дня поймали очередного потомка уродов-«кольценосцев»… Точнее, уродку, заявившую, что «авари» с гномами «продались людям», «извратили суть магии» и «изменили обычаям предков», и отказавшуюся отвечать на какие-либо вопросы.

— Проклятье! — треснул кулаком по столу генерал.

Судя по словам «простых эльфов», кого удалось взять живьем и допросить, Проклятым откуда-то стало известно про их планы по ликвидации возможности создания прорывов — про начавшееся строительство трех сверхмощных кси-модуляторов в США, Аргентине и Австралии, и вариант мог быть только один. Эту информацию «слил» им кто-то из их реальности… Только кто? Американцы? то-то пронюхавшие англичане? Или все хуже — и предатель кроется где-то среди своих?

Недавно же него вызвали к самому Сталину — который был в откровенно паршивом настроении. Вождь считал, что утечка случилась где-то в КГБ, еще на этапе переговоров с американцами, и теперь все, кто участвовал в них под подозрением… А сам проект передали целиком в ведение 22 Главного управления — хотя по первоначальному плану они должны были вступить в работу буквально на последнем этапе. Что для генерала выглядело чуть ли не личной обидой. Этой девчонке-квентке! Да она еще в школу ходила, когда он уже эльфийских диверсантов вылавливал!

— Вы лучше разберитесь, какая сука сливает информацию о вашей работе! — на возражения генерала отрезал товарищ Кузнецов. — А с передачей работ 22 управлению — это распоряжение Кобы.

Спорить с самим Сталиным Бифур, естественно, не стал. Ибо товарищ Сталин — он был непререкаемым авторитетом для любого гнома. Никому бы и в голову не пришло возражать ему! Раз Вождь так решил — значит, у него есть какие-то свои причины для этого. Кто он такой чтобы лезть с возражениями?

Но дело прежде всего… Забрали проект — значит, забрали. А вот ответственности за поиск шпионов с него никто не снимал… Только где, мать их, найти хоть какие зацепки? Всех, кто участвовал в переговорах, уже допросили под сканером — толку не было никакого. Перетрясли отстраненную от работ научную группу — тот же результат. Допросили всех, кто хоть как-то мог быть связан с информацией — и все равно никакого результата. Подробно изучили личные дела, проверили связи, чуть ли не по минутам установили, кто и где был и что делал в нужное время. Результата никакого! И это откровенно не нравилось Бифуру…

По сути, вариантов оставалось не так уж много. Либо у шпиона стоит очень сильный ментальный блок, позволяющий обмануть сканер. Что было крайне маловероятно, но все же возможно… Пару раз уже сталкивались с таким, при допросе «пришельцев». Либо… их как-то прослушали с помощью магических или техномагических средств, которые не удалось обнаружить. И если оно так, то кто знает, где еще могли применить те же средства и что узнать с их помощью? Любой из вариантов был очень плохим… И даже сложно было сказать, какой из них хуже.

Глава 11

После того, как они сдали руководству результаты работ по теме «Облака-2», в Спецкомитете вернулись к уже привычной работе по исследованию различных магических артефактов и моделированию их действия — и про «Просветление» и все, что с ним связано, словно забыли, чему Диман был даже рад. Не то, чтобы ему самому было жалко всякую человекообразную сволочь, но на Машу оно производило достаточно мрачное впечатление, а они за это время успели почти подружиться… Однако в конце декабря, уже незадолго Нового Года, к ним неожиданно приехала Анариэль — и на следующий же день состоялось совещание о результатах работ, где довелось выступить и Диману — с отчетом о результатах проведенных измерений… с аналогичными отчетами выступали и еще несколько членов научной группы, включая «теоретиков», пытавшихся провести анализ причин произошедших неудач.

— Значит, считаете, что дело в том, что он — менталист? — выслушав ученую-гномку, спросила Анариэль.

Кстати, это была первая гномка, кого вообще довелось увидеть Диману. И выглядела она весьма необычно для человека — низкая, но при этом словно «квадратная», с мощными мускулистыми руками и хоть и не такой, как у мужчин ее расы, но все же бородой. Вроде той, что у Ленина на «классических» снимках.

— Да, — ответила та. — Анализируя результаты этих и прошлых экспериментов над кси-операторами, мы установили, что все случаи неудач были именно с менталистами. По всей видимости, их способности как-то препятствуют влиянию на разум, что и становится причиной их сумасшествия…

— Понятно, — задумчиво произнесла квентка. — Хочется верить, что мы не ошибаемся. Потому что руководство приняло решение о допуске к эксперименту добровольцев…

Как стало понятно из последующего рассказа Анариэль, для участия в эксперименте было отобрано семь добровольцев из больных психическими заболеваниями людей и орков. Кто согласился рискнуть в обмен на возможное полное излечение от заболеваний и возможность вернуться к нормальной жизни… Как оно уже давным-давно делается с квенти — никаких психиатрических больниц у них не существует с незапамятных времен, а если кто все же сходит с ума — ему проводит «Просветление» кто-нибудь из сильных магов или, как было принято говорить теперь, кси-операторов. Раньше, в Арде, такой в обязательном порядке был в каждом крупном роде. В «Новом мире» это стало недопустимой роскошью — даже кси-операторы высоких разрядов откровенные слабаки по меркам древних магов, дотягивая лишь до ранга «Мудрых». Однако как-то все же хватало… Теперь предстояло попробовать такой способ лечения психических заболеваний на людях и орках. И если все пройдет успешно, то через полгода наблюдения и замеров те смогут вернуться к нормальной жизни, а следом за ними пойдут и другие…

— Ладно, — после раздумья произнесла Анариэль. — Готовьте на завтра оборудование и первого добровольца…

И вот они снова сидят за приборами — только на этот раз вместо бандита доброволец. Вадим Колесников, мужчина тридцати лет с шизофренией в тяжелой степени, проведший последние несколько лет провел в психоневрологическом интернате без особой надежды когда-то оттуда выйти. И постоянно с браслетами-подавителями — ибо во время приступа кси-оператор может натворить такого, что мало не покажется. Пусть даже и всего «четверка». Но сейчас он также спит под действием снотворного. А вот Анариэль, как оказалось, отнеслась к работе несколько иначе, чем уже знакомая орка. Прежде всего — подошла, внимательно осмотрела и на несколько секунд взяла его за руки. Затем зачем-то завязала повязкой глаза себе и мужчине и, усевшись в находящиеся вне поле зрения камеры рабочее кресло, положила свои руки на руки «пациента» — хотя орка, как помнил Диман, клала их на голову.